Menu
Login
  •  

13 июня 1949 года - "черная" страница в новейшей истории Понтийского Эллинизма

Греки Кубани в 1948 году перед депортацией (в центре лирарис Дмитрий Георгиади (Кёляли) (источник pontos-news.gr) Греки Кубани в 1948 году перед депортацией (в центре лирарис Дмитрий Георгиади (Кёляли) (источник pontos-news.gr)

В эти дни, середины июня 1949 года, Понтийскому эллинизму, как это уже было в начале 20 века, был нанесен очередной удар в спину. 68 лет назад большая часть причерноморских греков - беженцев с Понта, которые вынуждены были покинуть историческую родину спасаясь от турецкого геноцида, была подвергнута насильственному переселению.

Акция проводилась войсками НКВД согласно "Постановлению о депортации" подписанного Первым Секретарем ЦК ВКП(б) тов. Сталиным. В течении одних суток, повсеместно, чтобы не произошло утечки информации и люди не могли убежать или спрятаться, тысячи семей, под конвоем вооруженных солдат, были загнаны в железнодорожные вагоны для перевозки скота для отправки в Среднюю Азию, Сибирь и Дальний Восток. Во время многодневного этапирования к местам ссылки, люди умирали десятками ежедневно. И в первую очередь старики и дети... Сотни, а может быть и тысячи безымянных могил остались вдоль железнодорожной насыпи транссибирской магистрали.

Однако, следует отдать должное стойкости и трудолюбию понтийского народа. Словно обелиски, в память о безвинных жертвах, в некогда безжизненных областях Казахстана стоят сегодня города и десятки поселков, построенных потомками тех, кто пережил те страшные времена.

ВЕЧНАЯ ПАМЯТЬ ВСЕМ ЖЕРТВАМ СТАЛИНСКИХ РЕПРЕССИЙ!

Государственные преступления совершаемые и сегодня по национальному признаку, не имеют срока давности. Это должны знать те, кто их совершают. Об этом должны помнить и те, кто считает себя человеком.  

Редакция предлагает Вашему вниманию небольшой отрывок из V главы опубликованной на нашем сайте повести Владимира Сидиропуло "Белая беседка" .

"Сон Лаврентия Берия" 

...- Ээааууу!!!- раздалось среди ночи.

  Это был жуткий звук, напоминающий гул из-под земли во время сильного землетрясения, вой и стон раненого зверя.

  От ужаса у девушки в венах застыла кровь. Поджав к животу колени, она обхватила руками колени и, крепко зажмурившись, зашептала молитву.

  В эту же время, в пристройке особняка, молодой офицер охраны, вскочив с табурета, рефлекторно схватился за кобуру с наганом.

  - Спокойно,- сказал его немолодой напарник.- Такое с ним бывает. Кошмары ему по ночам снятся.

  Лейтенант, глянув на часы, и, передернув плечами, неуверенно предложил: - Может, все же, посмотрим?

  - Нечего там смотреть. К тому же не один он, баба у него. Понятно?                                                                                                                                    

  При свете ночника, свесив с кровати волосатые ноги, Берия немигающим взглядом смотрел перед собой. 

- Опять ты! ненавижу тебя! Что тебе от меня надо?! - бурчал на родном языке Берия, потирая пухлой ладонью покрывшуюся испаренной лысину.  

Последнее время ему часто снился один и тот же сон.   

 Ясный солнечный день. Чистый, наполненный озоном воздух, каким он бывает только в горах, как бы добавляет контраста в очертания окружающего мира. Сверкают вершины гор покрытые снежными папахами, изумрудными россыпями кажутся поросшие густым лесом каменистые склоны гор.  

 Поселковая площадь родного села Мерхеули украшенная флагами и транспарантами полна народу. Играет военно-духовой оркестр. Над крыльцом школы, в которой Лаврентий Берия некогда был посредственным учеником, парадный, во весь рост, его портрет, украшенный цветами. 

  Он в маршальском мундире, со всеми наградами, но почему-то в шляпе с опущенными полями и в пенсне, стоит на сколоченной из свежих досок высокой трибуне и произносит речь. В передних рядах много женщин с детьми разных возрастов, некоторые подростки в очках с линзами от близорукости, похожи на него. Берия замечает в толпе сельчан какие-то странные пустоты, точнее человеческие силуэты. Он присматривается и узнает, в бесцветных очертаниях своих бывших односельчан-греков. Вон стоит его однокашник голубоглазый Ахиллес, рядом учитель математики и географии Христофор Сократович. Чуть дальше, высокая как тополь, его соседка красавица Элени, дочь бородатого пастуха Еврипида. Он тоже здесь, огромный, сильный как бурый пещерный медведь, опираясь о тяжелый посох, смотрит на него. Взгляд из-под густых бровей тяжелый, грозный. Из-за бурки пастуха, часто хлопая круглыми птичьими глазками, выглядывает маленький человек, это известный в округе певец и музыкант по кличке Доксар (смычек). В руке у него понтийская лира, с которой он никогда не расстается. Кузнец, мельник, агроном, бабушка Фросо и еще десятки.

  Это их по распоряжению тов. Сталина и его Берии непосредственном участии, под конвоем солдат НКВД выслали в безжизненные степи Казахстана и далекие сибирские деревни. Формальным поводом проведение акции послужил тот факт, что греки бежавшие с Понта от турецкого геноцида в меньшевистскую тогда еще Грузию, не меняли гражданства и хранили вместе с иконами Божьей Матери Сумелы, паспорта Греческого королевства.

«Политически неблагонадежные» так характеризовались беженцы с Понта, в списке других коренных народов Кавказа в послевоенном «Постановлении» о депортации. 

  Внезапно, по площади пробежала большая тень. Люди стали поворачиваться к Солнцу, прикрывая глаза ладонями. По небу к земле приближался всадник на белом коне в развивающемся коротком плаще и в слепящих глаза золотом доспехах. Вокруг его красивой непокрытой головы вторым солнечным диском сиял нимб.

  - О Агиос Гиоргиос! Цминда Гиорги (грузин.)! Святой Георгий!- на разных языках раздался над толпой громкий шепот. Люди начали креститься, некоторые стали на колени.

  От поднявшего густую пыль порыва ветра, рухнул на землю парадный портрет украшенный цветами. Затрещали, перекосились доски трибуны. Берия едва успел спрыгнуть на землю… 

   И вот, он бежит, запыхавшись, за околицу села, в сторону леса.

Спотыкаясь, падает в журчащий ручей… затем, кубарем летит по склону, поросшему колючим кустарником. Очутившись, на поляне с цветущим диким маком, Берия оборачивается.

Забрызганный грязью мундир на нем разорван, с клочков ткани свисают ордена и медали.

Обреченно смотрит он на быстро приближающегося всадника. Огромный конь, накрыв его своей тенью становиться на дыбы, и святой поднимает тонкое копье. В момент, когда холодный наконечник, через перекошенный злобой рот, разрывая внутренности, проникает в тело, Берия с воем просыпается…

Система Orphus

Не пропусти другие интересные статьи, подпишись:

Поделиться ссылкой:

О том, как поделиться
Правила комментирования (комментарии премодерируются)
Последнее изменениеПонедельник, 26 июня 2017 22:50
Комментарии для сайта Cackle
Наверх

Новости по Email

Мобильные приложения

 

Новостные ленты

Партнеры сайта