Menu
Login
  •  
  •  

Прорыв Галатов к Дельфам

Прорыв Галатов к Дельфам

Продолжение. Начало Даже беглый перечень части  дельфийских богатств дает яркое представление о том, какая сказочная добыча ожидала здесь завоевателей.  Дельфы для каждого эллина, почитавшего патриотизм, как  главную добродетель гражданина, были общегреческим святилищем.

   В течение последующих шести дней кельты решались лишь на небольшие вылазки против греков, но  успеха, не достигли – Фермопильский проход оставался недоступен для варварской армии. На седьмой день большой отряд кельтов предпринял попытку подняться на гору Эту, со стороны  города Гераклеи. 

Когда-то у подножия этой горы располагался цветущий город Трахин, лежавший в развалинах, от него на вершину Эты вела узкая тропа, а в конце её стоял древний храм Афины Трахинской, в котором находилась богатая сокровищница. Кельты собирались по этой тропе подняться на гору, разграбить святилище, а затем спуститься на противоположную сторону горы и зайти в тыл,  защитникам Фермопильского прохода. История повторялась! Путь указал варварам кто-то из местных жителей.

   Со стороны эллинов, эту тропу охранял отряд сирийских греков. Командовал ими Телесарх. На склонах Эты, на узкой горной тропе разгорелась жестокая битва. Сирийские греки, одержали победу, и убили множество кельтов, а остальных обратили в бегство.  Телесарх, геройски пал, в этом сражении.

Кельский воин

    Военачальники кельтов, были раздосадованы очередным поражением:  стойкость защитников Фермопил сводила на нет  их усилия, в среде кельтов была растерянность –  поход оказался под угрозой полного провала. Главному полководцу  Бренну, пришла в голову идея, заставить этолийцев вернуться к себе на родину, чтобы кельтам  легче было вести войну с остальным эллинским войском.
 
   Этолийское ополчение составляло значительную часть эллинской армии, насчитывая 7000 бойцов. Их уход с позиций ослабил бы всю греческую армию в целом.  Часть войска, 40 тысяч пехоты и 800 всадников, Бренн поставив во главе их Орестория и Комбутиса, направляет в Этолию.  Перейдя вновь через Сперхей, по мостам, через Фессалию, кельты вторгаются в страну этолийцев.
    Кельты достигли Этолии, и на пути оказался город Каллифея, лежащий в живописной долине среди гор, на склонах которых белели колонны храмов и уютно расположились жилые домики с черепичными кровлями.  Кельтское войско с марша захватило город. Слово Павсанию:

« Расправа, которой Комбутис и Оресторий подвергли каллифейцев, была самой жестокой и бесчеловечной, известной в истории, не похожей ни на одно, даже самое зверское человеческое преступление. Они вырезали всех мужчин, избивая одинаково и стариков, и младенцев, у груди их матерей; у тех из них, которые, питаясь материнским молоком, были жирнее и нежнее, галаты, убив их, пили кровь и поедали их мясо. Женщины, и те из девушек, которые были взрослыми, и предусмотрительными, как только город был взят, успели сами себя убить; тех же, которые еще уцелели, кельты подвергли всякого рода глумлениям со страшными насилиями, как люди, по природе равно чуждые и жалости, и любви. Женщины, которым удавалось овладеть мечом галатов, сами на себя накладывали руки; другим же в скором времени суждено было погибнуть от голода и отсутствия сна, так как варвары тут же открыто, передавая друг другу, насиловали только что испустивших дух и даже ставших уже холодными трупами».
   Варвары,  в течение, нескольких дней, подвергли безудержному грабежу храмы богов и частные дома, а затем подожгли разоренный  город. Затем, они двинулись по дороге, ведущей в сторону Коринфского залива.
  Произошло то, на что и рассчитывал Бренн. Весть о чудовищной трагедии достигла Фермопил, и этолийское войско, в полном составе, спешно, отправилось на родину. Страшная участь Каллифеи всколыхнула всю Грецию…

Слово Павсания: «Из всех городов, изо всей Этолии, также выступило в поход все взрослое население, и даже люди преклонного возраста присоединились к ним под давлением нужды или храбрости. С ними вместе, шли в поход и женщины, добровольно взявшись за оружие, еще больше, чем их мужья, охваченные гневом на галатов». 
   Нагрузившись добычей, кельты, оставили город и двинулись обратно, не ожидая сколько-нибудь серьезного сопротивления. Неповоротливая из-за награбленного добра, колонна кельтов растянулась  по дороге, и неожиданно натолкнулась на небольшое войско, идущее на помощь этолийцам из города Патры. Это наспех собранное ополчение, переправившись через Коринфский залив, пройдя быстрым маршем, пришло на помощь этолийцам. Греки Патр столкнулось с кельтами в яростном и ожесточенном встречном бою…

Кельтский шлем

Слово  Павсания:
   «Они ударили на врагов с фронта, так как были обучены сражаться в пешем строю в тяжелом вооружении, но понесли тяжёлые потери ввиду численного превосходства галатов и их бешеной стремительности при нападении».
Патрасцам, удалось нанести значительный урон  врагам, и задержать их дальнейшее продвижение. Это обстоятельство, сыграло решающую роль. Пока шло кровопролитное сражение кельтов с патрасцами, подоспели  этолийцы.

Слово Павсания: « Этолийцы же и этолийские женщины, расположившись вдоль всей дороги, поражали варваров дротиками и стрелами». Напор варваров ослаб, и патрасцы из отступления перешли в контратаку.

     Вспомним поход Ксеркса, произошедший, за два века, до описываемых событий. Персидский повелитель, вторгнувшись в Македонию, послал один из корпусов своего войска, в обход горы Олимп, так как в это время греки устроили лагерь в Итеа, намереваясь преградить путь персам в Темпейском ущелье. Это персидское войско, с тяжёлыми боями, понеся большие потери, еле пробилось через Этолию к Коринфскому заливу, уже после Саламинской битвы. С потомками этолийцев, потрепавших персов, пришлось иметь дело варварам галатам.                             


    Сражение, закончилось для кельтов весьма плачевно. Сначала патрасцы, а затем этолийские ополченцы,  нанесли захватчикам сокрушительный удар и наголову разгромили их.  Из 40 тысяч кельтов, меньше половины  вернулось к войску у Фермопил.
 Вести о страшной судьбе города Каллифеи, достигли не только эллинского войска, стоявшего на страже прохода, но и жителей близлежащих городов Гераклеи и Энианы. Эти кошмарные вести заставили их задуматься о своей собственной судьбе.  Бренн, угрожая им поголовным истреблением,  приказал им  показать тропу, проходящую по земле энианов и ведущую в обход Фермопильского прохода. Это была та самая тропа, по которой 200 лет назад изменник Эфиальт провел войско персов в тыл Леониду и его спартанцам…
Энианы и гераклеоты, хотели одного – чтобы огромная орда убийц и каннибалов скорее ушла с их земли. Бренн, воспользовался такой возможностью и, отобрав 40 тысяч воинов, сам возглавил их и двинулся по тропе за проводниками.

 Павсаний сообщает:  
   « Случилось так, что в этот день вся гора была покрыта густым туманом, который затемнял солнце, так что фокейцы, сменившие сирийских греков на охране тропы, заметили варваров, когда они были близко от них. Галаты начали бой, и фокейцы храбро отбивались, но,  были сломлены и ушли с тропинки. Отступая, они успели сообщить союзникам об окружении. Афиняне успели на триерах вывезти из-под Фермопил эллинское ополчение. Они разошлись все по своим родным городам». В сложившейся обстановке им ничего другого не оставалось: страшный и беспощадный враг проник в Среднюю Грецию, и  теперь, надо было, спасать свои дома.

  Как и двести лет назад, предательство решило исход героического Фермопильского сражения, только на этот раз не было геройской гибели защитников: в распоряжении афинянина Каллиппа были триеры, они и были использованы  для спасения союзников.
Предателя Эфиальта, все эллины единодушно предавали проклятию, и когда он был убит, спартанцы наградили убийцу. В случае с гераклеотами и энианами, такого не произошло, потому, что вполне очевиден был мотив их действий. Ведь сами они, не могли противостоять огромной армии кровожадных варваров.

Путь в Среднюю Грецию был варварам открыт – впереди их ждала богатая добыча в храмах и святилищах; и самой вожделенной целью для них теперь являлись священные Дельфы.
    

Предположительно так выглядел храм Аполлона в во время описываемых событий       
    Павсаний сообщает, что Бренн во главе своего войска, обошедшего Фермопилы по тайной тропе, узнав, что защитники прохода уплыли, сразу же двинулся в открытую для варваров Среднюю Грецию. Он не стал ждать подхода другой части своей армии, стоявшей перед входом в Фермопилы; этим войском командовал Акехорий. Этот кельтский военачальник, выждав какое-то время и убедившись, что Бренн ушёл на юг, оставил часть своей армии под Гераклеей для охраны базового лагеря и награбленного добра, а сам во главе основных сил устремился вслед за командующим. Такие действия кельтских военачальников говорят о том, что после Фермопил, они уже не ждали  организованного сопротивления со стороны эллинов, торопясь быть первыми в самом сердце Эллады – священных Дельфах. Именно сюда направлялись со своими армиями,  Бренн и Акехорий.
   Известие о том, что варвары наступают по земле Фокиды сразу двумя огромными армиями, имея целью Дельфы, и сокровища Дельфийского оракула, вызвало одновременно ужас и священный гнев по всей Элладе.  Элладе грозило полное уничтожение. В  городах стали создаваться ополчения, немедленно выступившие на защиту священного города – духовного, религиозного и культурного центра всей Эллады. По свидетельству Павсания, из всех городов Фокиды – области, на территории которой расположены Дельфы, прибыли воинские отряды. Четыре сотни гоплитов прибыли на защиту Дельф из города Амфиссы, этолийцы также прислали небольшой воинский отряд, а несколько позже этолиец Филомел двинулся в сторону Дельф с войском в 1200 человек. Эллинские военачальники основную свою тактическую задачу видели в том, чтобы не допустить соединения войск Бренна и Акехория – если бы это произошло, кельтов никак не удалось бы остановить. Поэтому, этолийцы, шедшие с северо-запада, стали нападать на армию Акехория с тыла, всячески мешая его продвижению.

Павсаний пишет:
  « Они не вступали в бой с галатами, но во время пути нападали на задние ряды, грабя  обозы и убивая охрану. Поэтому, движение варваров было очень медленным».
  Пока Филомел с этолийскими отрядами всеми возможными способами мешал продвижению армии Акехория, остальные войска эллинов собирались вблизи Дельф, готовясь встретить армию Бренна. Стремившийся к разграблению дельфийских сокровищ, Бренн сам способствовал тому, чтобы облегчить эллинам их задачу по недопущению слияния обеих кельтских армий.
   Город Дельфы и его знаменитый оракул были воздвигнуты в незапамятные времена на южном склоне горы Парнас на высоте 500-700 метров над уровнем моря. Святилище расположено под сенью двух гигантских скал, с вертикальными стенами, разделенными недоступным для путника ущельем. Эти две скалы носят название Федриады. В древности восточная скала именовалась Ямбея, а западная Нафплия. У подножия этих скал, там, где они смыкаются, протекает священный источник Касталия. Когда солнце заходит, его последние лучи отражаются на склонах Федриад, и тогда вся долина заполняется золотистым сиянием. Само название Федриады, происходит от слова «федрос» - сияющий, светлый. Когда над Парнасом собираются тучи, эти скалы выглядят сумрачными и грозными… Святилище Аполлона стояло на склоне горы в окружении кипарисов, миндальных деревьев и сосен.
    
   С моря святилище увидеть нельзя. Из современного городка Дельфы можно видеть Коринфский залив, горы Пелопонесса и порт Итеа, восточнее которого, находятся остатки древнего порта Кирас. Сюда прибывали корабли из других стран, с гостями желавших испросить предсказания оракула. Здесь пересекались торговые пути с севера на юг и с востока на запад, поэтому Дельфы именовались Пупом  земли.
   Храм оракула был окружен оградой, а его ворота располагались под портиком, от которого сегодня остались лишь крыльцо и несколько стволов колонн. Над входом были начертаны надписи:
«Познай самого себя» и «Избегай крайностей». Территорию святилища заполняли памятники и предметы искусства, памятные колонны и бронзовые статуи. Количество их не поддается подсчету – так римский император Нерон в одном только 67 году н.э. вывез из Дельф около 500 статуй для украшения римских дворцов. Во времена кельтского нашествия сокровищ Дельф было,  меньше, но тем не менее, они являлись самым богатым местом во всей Греции. Одних статуй Аполлона здесь были десятки, из которых самой грандиозной была статуя выполненная из бронзы, высотой 18 метров. А из памятников, существовавших к III веку до н.э., следует упомянуть следующие: девять бронзовых статуй богов и героев Аркадии, установленные в честь победы аркадского союза над спартанцами в битве при Левктрах (371 г.до н.э.);  памятник, сооруженный в честь победы афинян над персами при Марафоне (490 г.до н.э.), состоявший из 13-ти бронзовых статуй героев сражения, среди которых находилось изваяние афинского стратега Мильтиада, командующего афинянами в этой славной битве;    величественный памятник – так называемый памятник Навархов из Спарты, под
предводительством Лисандра разбивших афинян на реке Эгос, что ознаменовало конец разорительной Пелопонесской войны (404 г. до н.э.). Памятник Навархов, представлял собой группу из 37-ми бронзовых статуй, изображавших богов, морских военачальников и рядовых моряков, прославивших себя в ходе сражения. Изображения рядовых матросов, покрывших себя воинской славой, соседствовали со статуями богов! Вот как ценили эллины воинскую доблесть… Памятников, олицетворяющих  события из героического прошлого разных городов Эллады, на склонах Парнаса имелось невероятное множество.

Кельский воин

   От подножия гор, к Святилищу вёл  Священный путь, которым следовали гости, прибывающие со всех концов  греческого мира. Вдоль этой дороги, располагались здания сокровищниц – храмовидные строения, воздвигнутые как дар Аполлону, от различных греческих городов. Самая первая из них, была сокровищница сикионцев. Рядом с ней, стояла сокровищница жителей Сифноса (Иония). Она была замечательна прекрасной архитектурой, своим великолепным портиком, украшенным барельефами на мифологические сюжеты, и двумя  кариатидами, подпирающими этот портик вместо колонн.
   Далее, следовали сокровищницы, в которых хранились дары Аполлону от фиванцев, от беотийцев, от мегарцев, сиракузцев и книдийцев.
   Одной из самых великолепных сокровищниц в Дельфах была сокровищница афинян, она  представляла собой копию дорического храма. Фриз здания был украшен  изображениями подвигов Геракла и Тесея, и  битву с амазонками. На треугольном выступе в южном углу сокровищницы афинянами были сложены военные трофеи битвы при Марафоне.
Вся площадь вокруг этих сооружений и дорожки вымощены и поддерживались в идеальном порядке. Были плавательные бассейны, гимнастические залы, стадион на 7 тысяч человек, театр на тысячу зрителей и торговые площади. На территории Святилища  заседали тридцать правителей города Дельфы, вблизи  возвышался самый древний храм священного места – святилище Геи, богини Земли. Согласно преданию, здесь некогда пророчила пифия Герофила, предрёкшая Троянскую войну. На высокой колонне стояла статуя Сфинкса, дар Дельфам от острова Наксос, он олицетворял собой Стража Священных Мистерий, охраняющего тайны Посвященных. Несколько ниже колонны Сфинкса находилась роскошная сокровищница коринфян, которую воздвиг тиран Кипсел в VII веке до н.э. Неподалеку располагалась Арка Афинян, длинное сооружение (30 метров), крыша которого опиралась на семь колонн ионического стиля; в Арке хранились трофеи афинян, добытые в морских сражениях с персами в V веке до н.э.

   В  местностях  Дельф, часто случаются землетрясения. В VI веке до н.э. была воздвигнута стена длинной 85 метров, для укрепления террасы, на которой возвышался Храм Аполлона. Позднее паломники высекали на них благодарственные надписи в честь Оракула, их около восьмисот. Важными достопримечательностями были два огромных трипода (бронзовых треножника): один от жителей Кротона, другой от жителей города Платеи в честь победы над персами в 479 году до н.э. Трипод, из чистого золота, был установлен на колонне, отлитой из бронзы – ствол колонны был выполнен в виде трех переплетенных змей. Был трипод от жителей Массалии (нынешний Марсель). Гордостью Дельф можно назвать мраморную колесницу с богиней Киреной  в качестве возничей – дар жителей Кирены, греческой колонии в Ливии, а также двадцать статуй Аполлона, доставленных с Липарских островов, по одной за каждое из двадцати тирренских (этрусских) судов, потопленных липарцами в морском сражении.
   Даже беглый перечень части  дельфийских богатств дает яркое представление о том, какая сказочная добыча ожидала здесь завоевателей.  Дельфы для каждого эллина, почитавшего патриотизм, как  главную добродетель гражданина, были общегреческим святилищем.


Кельские воины во время боя

Слово Павсанию:  «В Дельфах, против Бренна и его войска, стояли собравшиеся эллины. Богом были даны варварам немедленно чудесные знамения, наиболее ясные из всех, какие только когда-либо были. Земля, которую занимало войско галатов, в течение большей части дня сильно сотрясалась и, не переставая, гремел гром и ударяли молнии. Они поражали ужасом кельтов, и не давали им ясно слышать приказания. Кроме того, молнии, падая с неба, поражали не одного какого-нибудь человека, но сжигали и стоявших рядом с ним, и их оружие. Тогда появились перед ними и призраки героев – Гиперох, Лаодок и Пирр; причисляют сюда и четвёртого, местного дельфийского героя Филака». 

   Внезапное землетрясение,  довольно частое в Греции, помогло грекам.
Когда эллины обратились к Дельфийскому оракулу с вопросом – как им защитить Дельфы от приближающихся варваров, бог устами своей пифии  ответил: «Забота об этом падает на меня».  Призраки героев на поле битвы -  в истории войн частое явление. При Марафонском сражении среди афинских гоплитов появился призрак вооружённого Тесея, который  шел в бой впереди  фаланги афинян. 
Павсаний продолжает:
  «…В течение ночи, кельтам было суждено испытать  ужасный, священный страх. Внезапно ударил мороз, и пошел снег. Началось землетрясение. Отрываясь от Парнаса, скатывались и падали прямо на варваров, большие камни и целые утесы и под этими низвергающимися скалами погибали у них не один или два человека, а сразу по тридцати и более людей. С восходом солнца эллины напали на них из Дельф. Все другие греки, стоявшие вне города, напали на них с флангов. Фокейцы, которые особенно хорошо знали местность, съехали по снегу по откосам Парнаса, незаметно зашли в тыл кельтам, и стали поражать врагов дротиками и стрелами, с ближайших высот, находясь сами в безопасности.
В начале сражения, телохранители Бренна,  галаты, наиболее отличающиеся ростом и силой,  выдерживали бой, осыпаемые со всех сторон дротиками и стрелами.                   

Считалось , что кельские воины воевали обнаженными

   Когда Бренн получил тяжелую рану, и его едва живого вынесли из сражения, галаты, теснимые со всех сторон наседавшими на них эллинами, полные злобы, стали отступать. Своих собратьев, которые не были в состоянии следовать за ними, из-за ран или слабости, они сами же добивали. Отступив, варвары, расположились лагерем, где их во время отступления захватила ночь. Ночью на них напал панический страх, произошедший по воле Пана. Смятение напало на войско поздним вечером; сначала немногие из них обезумели, и им казалось, что они слышат топот скачущих коней и чувствуют приближение врагов; в скором времени это безумие перебросилось на всех остальных. Схватившись за оружие, став друг против друга, вследствие охватившего их в данный момент безумия, они взаимно убивали и гибли сами, уже не понимая собственного языка. Но тем и другим, одинаково казалось, что их противники – эллины, как сами они, так и их оружие, и что речь их эллинская. Безумие, ниспосланное на них богом, закончилось для галатов жестоким избиением».

   На деле, греки, по совету дельфийских жрецов, произвели психическую атаку, описанную ещё Геродотом. Они обмазали мелом, оружие и себя, и как только, взошла луна, внезапно атаковали лагерь галатов. Кельты, увидев белых призраков, пришли в ужас. Среди варваров началась паника описанная Павсанием.

  Разгромленные галаты, преследуемые  эллинами, стали  поспешно уходить  на север.

Павсаний сообщает:
«…фокейцы еще энергичнее насели на кельтов: устроили укрепленные загоны для большей охраны скота и приняли все меры к тому, чтобы нужное для жизни продовольствие они не могли получить без боя. И тотчас во всем войске у галатов началась жестокая нужда в хлебе и во всем том, что необходимо для питания».
    Греки развернули партизанскую войну против многочисленных захватчиков. В сражении под Дельфами погибло около 6 тысяч варваров, при отступлении от Парнаса  десять тысяч; и примерно столько же кельтов, погибло при отходе на север от лишений, болезней и голода, а также от непрекращающихся нападений эллинов. К защитникам Дельф, присоединились подошедшие отряды афинян и беотийцев.

Павсаний продолжает:
 « И те, и другие преследовали варваров, устраивали засады и все время избивали их задние ряды. В одну из этих страшных ночей, произошло все-таки соединение остатков войск Бренна с отрядами Акехория, на протяжении всего своего похода терзаемых преследующими их этолийцами; но это соединение уже не могло спасти кельтов от окончательного разгрома. Они, находились в столь плачевном состоянии, что были годны лишь на то, чтобы составить Бренну компанию при отступлении. Остатки кельтской армии, под непрерывными ударами греков пустились в обратный путь к Гераклее, где оставался их базовый лагерь. Бренн, осознав, что поход безнадежно провален, следуя закону чести кельтского воина, потерпевшего поражение, покончил жизнь самоубийством. Весь путь от предгорья Парнаса до реки Сперхей эллины ни на один день не оставляли варваров в покое, а по достижении Сперхея остатки кельтского войска попали в засаду, устроенную фессалийцами и малейцами; избиение варваров было столь велико, что более походило на кровавую расправу, чем на сражение.…Ни один из галатов не спасся домой».
 Так бесславно завершилось нашествие северных варваров на маленькую, раздробленную, но героическую Элладу. Греки остались верны своим  обычаям, и свято чтили память воинов, кто героически сражался и погиб в ходе этой жестокой и изнурительной войны.

  Повествование о войне с кельтами Павсаний завершает сообщением:    «Этот поход кельтов на Элладу и их гибель были в архонтство Анаксикрата в Афинах, на второй год 125-й Олимпиады, когда в беге победил Лада из Эгий; в следующем году, в архонтство в Афинах Демокла, кельты вновь перешли в Азию. Вот каковы были, да будет это известно, события, просходившие здесь».

  Кельты, с Балкан, не принявшие участие  в походе на Грецию, через несколько лет, по приглашению царя Вифинии переселились в его владения. В Малой Азии, они столкнуться с войском царя Сирии Селевка, у которого были слоны и в ожесточённом сражении, были разгромлены. Несмотря на поражение, кельты пробьются в центр Малой Азии, и образуют там область, известную как Галатия с центром Анкира. 

Система Orphus

Не пропусти другие интересные статьи, подпишись:

Поделиться ссылкой:

О том, как поделиться
Правила комментирования
Последнее изменениеПятница, 01 августа 2014 22:42
Комментарии для сайта Cackle
Наверх

Мобильные приложения

 

Новостные ленты

Партнеры сайта

Новости по Email