Menu
Login
  •  
  •  

Греческий экспедиционный корпус на Украине и в Крыму

Самая большая политическая ошибка премьер-министра Греции Элефтериоса Венизелоса. Самая большая политическая ошибка премьер-министра Греции Элефтериоса Венизелоса.

Первая мировая война шла к концу, когда 27 октября 1918 года премьер-министр Франции Жорж Клемансо информировал командующего Македонским фронтом французского генерала Франше д’Эспере о намерениях Антанты произвести интервенцию на юге России, с основной целью, согласно его заявления: «Продолжить там борьбу против Центральных держав, но и осуществить экономическую блокаду большевизма, чтобы вызвать его падение».

Генерал д’Эспере, несколько сдержанно, высказал отличное от премьер-министра мнение, указывая на ограниченное количество войск, которыми он располагал для такой операции, с другой стороны — на усталость своей армии после 4 лет войны, предупреждая о опасности печальных последствий.

В то время, как через 3 дня, 31 октября было подписано Мудросское перемирие, а 11 ноября — Компьенское перемирие, которое по сути означало завершение Первой мировой войны, через месяц, 18 декабря, в Одессе высадилась 156-я французская дивизия.
Жорж Клемансо обратился к премьер-министру союзной Греции с просьбой оказать поддержку в этой экспедиции. Греческий премьер Элефтериос Венизелос, надеясь на взаимность, ответил положительно, предложив неполный корпус немногочисленной греческой армии, в составе 3-х дивизий, то есть силы, превышающие французские. Предложение Венизелоса было сделано в обмен на поддержку греческих территориальных претензий в Восточной Фракии и Малой Азии на территориях, сохранявших своё коренное греческое население. Щедрость греческого-премьера правительство Клемансо приняло с благодарностью, предоставив «обещания» о поддержке греческих территориальных претензий.

Венизелос предоставил для экспедиции 12 кораблей греческого военного флота.

Несколько позже Венизелос отправил в Грузию и далее в Понт, где происходил геноцид понтийского эллинизма, полковника Полемархакиса и будущего писателя Никоса Казандзакиса с задачей, помочь в организации сопротивления местному греческому населению.

Военные силы союзников, принявшие участие в экспедиции, включали в себя:
1) 2 французские дивизии: 156-ю и 30-ю (последняя прибыла в Одессу из Румынии).
2) 4-я польская дивизия которая уже находилась в Одессе.
3) 1-й греческий корпус армии (в составе трёх дивизий: Ι, ΙΙ и ΧΙΙΙ), находившийся тогда в Восточной Македонии
4) Части Белой армии Деникина, находившиеся в регионе Одессы и в Крыму.

10 января 1919 года в Одессе высадился французский генерал д’Ансельм Филипп, который и был назначен командующим всех союзных сил.
Указанные французские дивизии были ослаблены, поскольку за 15 дней до их отправки началась демобилизация французских солдат и сдача их оружия. Как следствие, самой значительной, и по сути основной силой, которой располагал генерал д Ансельм был греческий 1-й корпус армии, который сохранял свой военный состав.

Командовал этим корпусом с 1917 года на Салоникском фронте генерал Константин Нидер.


Численность 2-х греческих дивизий, отправленных в Россию, достигала 23 350 человек. В рядах экспедиционного корпуса были опытные боевые и ставшие известными в будущем офицеры Пластирас (диктатор и премьер-министр), Кондилис (диктатор), Отонеос (командир «священного отряда» и политик), Григориадис, Манетас и Сарафис (нач.штаба ЭЛАС).

Отправка греческого экспедиционного корпуса была произведена поспешно и без соответствующей организации из порта Салоники поэтапно, в основном на французских транспортах и без тяжёлого вооружения. Орудия, боеприпасы и пр. следовали затем на других транспортах и грузовых судах. Центрального греческого командования у экспедиционного корпуса не было. Греческие части по прибытию, переходили под командование местных французских командиров и рассеивались на более мелкие соединения, батальоны и роты без связи между собой. У французов не было конкретного плана операций. Утром 20 января 1919 года в Одессе высадились первые части ΙΙ греческой дивизии — 34-й и 7-й пехотные полки. 2-й полк ΧΙΙΙ греческой дивизии высадился 24 марта в Севастополе. Через несколько дней высадились и остальные части. Из трёх запланированных для участия в экспедиции дивизий, в конечном итоге в походе приняли участие только две, ΙΙ и ΧΙΙΙ дивизии.

Ι дивизия «не доехала» до России, так как через несколько месяцев Греция была вовлечена Антантой в более масштабный Малоазийский поход, переросший в войну.. После прибытия 156 французской дивизии и первых греческих частей, предоставленных под командование генерала Бориуса (комдива 156-й дивизии) было создано 3 фронта: 1) фронт Березовки (в 70-110 км севернее Одессы), 2) фронт Николаева (в 100 км северо-восточнее Одессы) 3) фронт Херсона (в 40 км восточнее фронта Николаева), с которого и начались операции


В район Херсона был переброшен 1-й батальон 34 греческого полка, под командованием майора Константина Влахоса, насчитывавший 23 офицера и 853 рядовых, и одна французская рота, насчитывавшая 145 человек с 2 орудиями 65 мм. Греческий батальон и французская рота находились под общим командование французского майора Зансона. Собственно фронт Херсона представлял собой авангард, опиравшийся на линию вокруг железнодорожной станции, которую защищала рота греческого батальона, и основную оборонную линию, опиравшуюся на крепость города, которую защищали все остальные силы. Узнав о появлении греческих войск в Херсоне, командующий силами Красной армии в регионе, атаман Григорьев, распространил листовку:

«Эллины, офицеры и солдаты. Мне неизвестна, какая либо вражеская акция, со стороны русского народа, против вашей страны. Но я знаю, что Эллада является колыбелью демократии. В Афинах, в эпоху славной греческой древности, философы, ораторы и поэты воспевали демократию. Русский народ учился демократическим идеям Древней Греции, восстал против своих тиранов и не только сверг деспотический монархический режим царя, но создал новое государство, основанное не только на политике, но и общественном и экономическом равенстве. Мы сожалеем, что видим вас на стороне французских капиталистов и империалистов. Сожалеем, что вы забыли демократические традиции своей страны. Сожалеем, что вы прибыли в нашу страну, как союзники царизма. Мы призываем вас не предавать, свои традиции, и предупреждаем, что если вы будете воевать против нас, ваше наказание будет суровым. Атаман Григорьев».

1 марта атаман Григорьев предъявил греческой роте авангарда свой ультиматум, с требованием сложить оружие и отбыть из региона до 17.00 следующего дня. Христос Караяннис, в своей «Истории одного солдата, 1918—1922» приводит детали телефонного разговора атамана Григорьева с лейтенантом Илиасом Матиосом, защищавшим железнодорожную станцию. Атаман Григорьев вкратце повторил содержание своей листовки, добавив, что «если мы оккупировали ваши земли и не знаем того, мы вернём их, если мы должны вам рубли, мы вернём их вам, и не забывайте, что русские также пролили кровь за вашу Свободу. Советую вам уйти. Оставьте нас позаботиться о ваших союзниках». Атаман напомнил, что под его началом 10.000 бойцов и на ответ Матиоса, что он не уйдёт, спросил, что лейтенант может сделать своими малыми силами. Матиос гордо ответил, что раз «Вы, атаман, знакомы с греческой историей, я напоминаю Вам, что спартанцев Леонида было только 300. Приди и возьми». Атаман Григорьев завершил разговор фразой «жаль». На следующий день, 2 марта, в 14.00 Красная армия и отряды атамана Григорьева начали обстреливать из орудий город и побережье, после чего последовала атака пехотных частей. Эта атака была отражена всеми силами фронта, греческими и французскими, которые сохранили свои позиции. При этом, кроме 2 французских орудий, артиллерийская поддержка была оказана также французской канонеркой «Плутон».

В последующие 4 дня (3-6 марта) части Красной армии продолжили обстрел, задействовав бронепоезда. 7 марта после упорных боёв, многочисленные пехотные соединения Красной армии заняли восточную часть города, телеграф и кладбище. На следующий день было оказано давление на западную часть города и положение обороняющихся стало ухудшаться. 9 марта была предпринята генеральная атака пехотных частей Красной армии, с использованием бронепоездов, в результате которой была занята железнодорожная станция, после чего греческие силы, обстреливаемые также населением, собрались к крепости, а французские силы на побережье. Положение для обороняющихся союзников, становилось критическим. В полдень подошли 2 греческих батальона из 1-го пехотного полка, под командованием полковника П. Гаргалидиса и им удалось вызволить окружённый греческий батальон, но последовавшие уличные бои, в которых на стороне Красной армии приняли и подпольщики города, стреляя из окон, вынудили союзников к общему отступлению. Утром 10 марта греческие и французские части оставили город и были перевезены морем в Одессу. Посадка войск на суда и их отход были произведены при поддержке эскадры французских кораблей. Греческие потери на этом фронте составили 12 офицеров и 245 рядовых. Рота Матиоса потеряла 117 человек убитыми, а также 140 человек раненными и одного пропавшего без вести.

Греческие солдаты в Одессе, 1919 год

Греческие солдаты в Одессе, 1919 год


В греческих источниках, как правило, нет негативных оценок действий атамана Григорьева и информации о «расстрелянных им сотнях (!)» греческих пленных, «сдавшихся на милость Григорьеву», «тела которых Григорьев отправил на пароходе в Одессу». Цифры, приводимые в подобных описаниях в сегодняшних русскоязычных медиа, не подтверждаются историографами греческого генштаба о числе греческих солдат, принявших участие в бою, не говоря уже о потерях и всяких красочных эпизодах с «кавалерией на мулах». На деле, войска П.Гаргалидиса при прорыве окружения, уничтожили почти целиком один из отрядов атамана Григорьева. В отместку хлопцы атамана, расстреляли 70 греческих обозников с мулами, сдавшихся им в плен. Как известно мулы боевыми конями не являются. Некоторые источники упоминают, что греческие потери за 2 месяца боёв достигли 398 убитых и 657 раненных и объясняют это соотношение 1:1,17, вместо обычного 1:3 или 1:4, именно резнёй или расстрелом пленных и раненных.

Фронт Николаева поддерживался 7-м пехотным полком греческого экспедиционного корпуса, под командованием французского полковника Леге. Один из батальонов этого полка был выдвинут 2 км восточнее Николаева. Отступление и оставление Херсона, но и непрерывно прибывающие силы Красной армии, вынудили верховное командование экспедиции дать приказ оставить фронт Николаева. Эвакуация началась в 06.00 14 марта и силы были переброшены к Одессе, оставив часть своего снаряжения. В полдень того же дня в город вошли силы атамана Григорьева.

Фронт Березовки был самым значительным в ходе экспедиции, до вынужденной эвакуации Одессы союзниками. Этот фронт представлял собой слабую оборонительную линию, образовавшуюся с 20 февраля, когда один батальон 34-о греческого полка был послан к Василиново (120 км северо-восточнее Одессы), вместе с французскими частями зуавов. Военные столкновения с Красной армией начались 7 ноября 1919 года, когда пехота красноармейцев, поддержанная артиллерией, атаковала левый фланг обороны союзников. Атака красноармейцев была отбита сравнительно легко. 11 марта все союзные силы, после приказа полученного из Одессы, были переведены в район Березовки, где выше означенный греческий батальон выставил свои авангарды в направлении Василиново и восточнее железной дороги, в то время как зуавы расположились западнее железнодорожной линии. 17 марта атака Красной армии против Березовки была успешно отражена греческими авангардами

18 марта 1919, когда планировался отход и передислокация союзных сил, части Красной армии произвели новое мощное наступление, при поддержке бронепоездов. Бой при Березовке продолжался целый день. После беспорядочного отступления, сначала французских частей, которые бросили своих раненых, к вечеру началось спешное отступление и греческих частей, а также двух эскадронов русских добровольцев к Сербке. Греческие потери на фронте Березовки составили 9 офицеров и 135 рядовых.
С 19 марта греческие части сформировали новый фронт прикрытия Одессы в районе Сербки. Этот фронт стал усиливаться прибытием французских и русских частей. 26 марта фронт продвинулся на правом фланге до Капитанской, усиленный бригадой Белой армии, русской батареей тяжёлой артиллерии 120 мм и приданными двумя батальонами 5/42 греческого гвардейского батальона эвзонов. Дополнительно, этим силам были приданы французский артиллерийский эскадрон 75 мм и 2 каваллерийских эскадрона (один французский и один румынский). Общее командование фронтом принял генерал Нерел, командир 30-й французской дивизии. Непрекращающиеся артобстрелы бронепоездов вынудили левый фланг обороняющихся отойти к Большому Буялыку. Эти позиции заняли красноармейцы. Командир 3-го греческого полка, подполковник Кондилис, предпринял контратаку и вновь занял все позиции, оставленные у станции Сербка. Красная армия, наращивая свои силы, предприняла попытку окружения обороняющихс.

На 1 апреля 1919 года экспедиционные силы и их союзники сузили фронт, оборонялись на линиях:

  • 2 греческих батальона 5/42 гвардейского полка эвзонов (полковник Пластирас) севернее железнодорожной станции Буялык.
  • 1-й греческий батальон 3-го полка на высотах восточнее села Буялык.
  • 2-й греческий батальон 3-го полка, в резерве, на станции Буялык.
  • 3-й греческий батальон 3-го полка, в резерве на станции Риендза.
  • Подразделение греческой горной артиллерии, с приданной ему французской батареей, за расположением двух батальонов эвзонов.
  • 1 греческий батальон 34-го полка, в Кремидовке, в распоряжении генерала Нерела, обеспечивая его штаб.
  • 3-й греческий батальон 5/42 гвардейского полка эвзонов, в районе Павлинки, как прикрытие и резерв.
  • Русская бригада с остальными французскими силами на линии Капитанка-Александровская, восточнее Буялыка.

2 апреля Красная армия предприняла мощное наступление на оборонную линию Капитанская-Александровская, вынудив к отступлению расположенную там бригаду Белой армии. Одновременно части Красной армии при поддержке броневиков предприняли наступление на позиции греческих частей. Это наступление было отбито. Однако после отступления русской бригады и вырисовывавшейся вероятности окружения генерал Нерел приказал всеобщее отступление с отходом на линию Кубанка-Малый Буялик. При отступлении греческий батальон, располагавшийся в Павлинке, был окружён, но сумел прорваться с боем. Русские части Белой армии заняли позиции у Кремидово и Григорьевки на побережье. 5 апреля Красная армия предприняла новое генеральное наступление, которое с успехом отразил 3-й пехотный полк полковника Кондилиса. Напротив, части Белой армии стали беспорядочно отступать к Одессе, теряя контакт с союзниками. Это повлекло за собой отступление и других частей, что вынудило генерала Нерела дать вновь приказ о всеобщем отступлении, с тем, чтобы закрепиться на последнем перед Одессой плацдарме обороны, который подготовил 7-й греческий пехотный полк после своей переброски с фронта Николаева.

Суда на рейде и в Одесском порту в дни эвакуации

Суда на рейде и в Одесском порту в дни эвакуации


Отступление союзников не было прервано, и на последнем плацдарме оборона не состоялась. Был отдан приказ приступить к эвакуации из Одессы. Это было связано не столько с военными успехами атамана Григорьева, сколько с падением кабинета Клемансо 3 апреля и отказа французской Палаты депутатов продолжать финансирование интервенции. В создавшейся обстановке генерал Нерел дал приказ всем силам, находившимся под его командованием, отойти на правый берег Днестра, между Бендерами и Аккерманом, чтобы обеспечить оборону Бессарабии вместе с румынскими и польскими силами. Красная армия прекратила своё наступление на Днестр.

В этот же период 2-й полк ΧΙΙΙ греческой дивизии, который высадился с 24 марта в Севастополе, поддерживал под командованием русского генерала силы Белой армии (4-я и 5-я дивизии), принимая участие в обороне Перекопского перешейка. Около 2.000 французов поддерживали порядок в различных городах Крыма. Обороняющие перешеек части отошли по причине недостатка располагаемых сил и низкого морального духа русских соединений. Несмотря на это, греческий полк дал ожесточённые бои, в особенности в Ишуне (25 км южнее Перекопа) и в Эскикёе-Заме (50 км южнее Перекопа). В конечном итоге, греческий полк, вместе с располагаемыми французскими силами, отошёл к Севастополю, где и организовал оборону города. Русские части Белой Армии отошли к Феодосии. 15 апреля началась атака Красной армии на Севастополь. Оборона союзников была поддержана огнём французских и российских кораблей, а также греческих линкора «Килкис» и эсминца «Пантир». Атака была отражена, но 17 апреля было заключено перемирие продолжительностью 10 дней. В этот период было принято решение произвести эвакуацию из Крыма и вывезти всё союзное имущество в Константинополь.

19 апреля, ещё до принятия решения о оставлении Крыма, моряки с пяти французских военных кораблей соединились в Севастополе с демонстрантами и под красными знамёнами шли по улицам города. Проходя перед казармами 10-й роты греческого полка, французские моряки сначала призывали греческих солдат соединиться с ними, а затем стали их материть. Командир роты обратился к начальнику гарнизона, французу де Вилпену, с просьбой навести порядок, но тот предпочёл не использовать свою военную полицию и дал приказ командиру греческой роты навести порядок самому и при необходимости применить оружие.

Греческая рота стала разгонять демонстрантов, стреляя в воздух, но после того как сама подверглась обстрелу демонстрантами, солдаты, по приказу, ответили на огонь. Демонстрация была разогнана, среди демонстрантов были убитые и раненые, три француза были ранены. Однако ранение французских моряков вызвало брожение на французских кораблях, экипажи которых собрались начать обстрел греческих кораблей и позиций.

Межсоюзническая стычка не состоялась, после того как прибывшие в предыдущий день 3 британских эсминца встали между французскими и греческими кораблями, а на следующий день срочно прибыли 4 британских дредноута. Прибывший с ними английский вице-адмирал С. Калторп телеграфировал греческому правительству: «Греческие солдаты и моряки могут сегодня гордиться тем, что они греки».

Через неделю после франко-греческого эпизода началась эвакуация Крыма. 28 апреля 1919 года, через день после завершения перемирия, греческий полк вместе с другими силами Антанты был переправлен морем в Констанцу, Румыния. 2-й полк ΧΙΙΙ дивизии, вместе с полками, перешедшими в Бессарабию, через несколько недель был переброшен в Малую Азию.


6 апреля 1919 года войска атамана Григорьева освободили Одессу от оккупантов. Командующий Антонов-Овсеенко выступает перед бойцами.


Греческие историки, независимо от своей политической ориентации, в целом негативно оценивают решение Венизелоса принять участие в интервенции против Советской России. К. Авгитидис в своей книге «Интервенция капиталистических стран в Россию и Греция» пишет, что греческие солдаты и офицеры на месте убедились в том, что они принимали участие в империалистической интервенции. Греческие солдаты, принявшие участие в походе, подверглись также влиянию коммунистической идеологии. Кроме своего безрезультатного исхода, участие греческой армии в интервенции против Советской России имело негативные последствия для эллинизма юга России, в частности для «Греческой Одессы», из этого города мигрировало 30000 человек греческого населения. В «Энциклопедии греческой нации» по этому поводу пишется: «Этот поход дорого обошёлся греческим общинам юга России, которые стали рассматриваться новым советским режимом общинами сомнительной благонадёжности и многие члены которых, около 3000 чел были вынуждены покинуть страну и искать убежище в Греции».

Поход также имел далеко идущие геополитические последствия. Исходя из идеологических соображений, но также из политики направленной против Антанты, советское правительство стало оказывать поддержку развивающемуся кемалистскому движению, прерывая многовековую традицию русско-греческого сотрудничества и братства по оружию, направленных против османов. При этом, советское руководство отдавало себе отчёт в характере кемалистского движения и попыталось весной 1922 года помочь Греции найти выход из создавшегося тупика в Малой Азии и спасти греческое население Ионии, создав автономию на эгейском побережье. В обмен советская дипломатия просила признание Грецией Советской России, даже «де-факто». Посланный для этой цели к тогдашнему монархистскому греческому правительству генеральный секретарь компартии Греции, Яннис Кордатос, получил отказ. С другой стороны, обещанная Венизелосу перед походом на Украину, поддержка Франции потеряла своё значение, как только Венизелос проиграл выборы в 1920 году. После этого Франция примкнула к Италии и стала открыто, предательски поддерживать кемалистское движение, что вместе с огромной советской помощью стало основными геополитическими факторами, приведшими к поражению Греции в Малой Азии, геноциду и исходу её коренного греческого населения.

Стоит отметить, что при эвакуации греков Смирны, французские моряки били по рукам беглецов бросившихся в море и пытавшихся цепляться за борта их шлюпок. Они помнили о инциденте между греками и французскими демонстрантами в Севастополе.
Система Orphus

Не пропусти другие интересные статьи, подпишись:

Поделиться ссылкой:

О том, как поделиться
Правила комментирования
Последнее изменениеСреда, 03 августа 2016 23:03
Комментарии для сайта Cackle
Наверх

Мобильные приложения

 

Новостные ленты

Партнеры сайта

Новости по Email