Menu
Login
  •  

Украине – церковный мир, а раскольникам томос

  • Автор  Егор Тамалинцев
  • Просмотров 2977
Украине – церковный мир, а раскольникам томос

 

Сколько существует Украина как независимое государство, столько же вокруг церковных расколов ведется публичная полемика, которая бесспорно стала важнейшей составляющей в формировании этнопсихологического типа нового поколения украинцев.

Церковный раскол – кто не слышал этого словосочетания, накрепко вселившегося в умы украинского народа. Каждый, кто берется освоить эту непростую тему, а тем более поразмышлять о ней на страницах средств массовой информации и с экрана телевизора, принимает за основу избитую схему, призванную убедить аудиторию безупречностью выдвигаемых аргументов. Как правило, центром полемики выступает навязываемая обществу идея противопоставления Украинской Православной Церкви существующих раскольнических структур со своими Киевскими патриархатами, хотя в действительности корнем зла является пагубность самой природы церковных расколов.

Надуманный конфликт подаётся как данность, за ширмой которой скрываются безразличные к христианским ценностям лица, ловко использующие церковь в личных идеологических и политических целях. Технически это выглядит так: адепты расколов, ставшие на путь откровенного нарушения церковных канонов, с лёгкостью апеллируют  элементами этнического и национального превозношения, чуждыми евангельскому учению. К этому добавляют пару оборотов из лексикона, принятого в церковной среде, – «поместная», «автокефальная», превращая свои заблуждения в эмоциональные претензии ко всем, кто с ними не согласен. Ныне в Украине адептов раскола много, представлены они во всех слоях общества и своими действиями не на шутку вредят единству украинцев. О нравственном тупике, в который сами себя загнали отечественные раскольники, и о их новоявленных приспешниках пойдёт речь в данной статье.

«Мы знаем, что всякий,

рожденный от Бога, не грешит;

но рожденный от Бога хранит себя,

и лукавый не прикасается к нему».

(I Ин. 5,18). 

Утомлённые ложью ищут выход

Национальный раскольнический ребус вряд ли решится силами самих раскольников как сообща, так и в одиночку. Это понимают и нынешние водители украинских расколов. Фактор времени для них за прошедшие десятилетия постепенно выступил на первое место и выражается приблизительно так: «Сколько же нам еще находиться под грифом «не признан»? Эта вопросительная мысль, нивелирует ранее выдвигаемые, поражавшие своей значимостью идеологические доктрины, ставя весь нравственный потенциал раскольников перед мучительным выбором между канонами и идеей Киевского патриархата – главного символа украинского раскола. Проблема долгоденствия за пределами града церковного, от которого все устали, для значительной части украинцев сегодня актуальна как никогда.

Позади у раскольников – четверть века упорного стояния в расколе. Годы неоцерковного младенчества, отрочества и совершеннолетия прошли хоть и под покровом власть предержащих – президентов, чиновников, силовых структур и близких по автокефальному духу средств массовой информации, но все же, всматриваясь в свой облик, отступников одолевает навязчивый вопрос: как долго можно еще находиться в состоянии «непризнанности?». Это когда по обряду и форме ты есть, а по благодати и присутствию в раскольнических сердцах спасительной силы Христовой – нет! Одна ложь и пустота. Сегодня, томимые духом собственных амбиций, раскольники вступили в очередную фазу самоистязаний, надеясь вырвать свои заблудшие души из оков раскола с помощью «томоса» который им посулил их давний заграничный обличитель.

Неожиданно интерес к украинским  расколам взлетел на недосягаемую высоту, после того, как к процессу их «врачевания» подключился Стамбульский патриархат, предложив собственную методику под названием – «томос Украине». Эта версия духовно-терапевтического вмешательства должна завершиться триумфом создания новой поместной церкви. К четырнадцати существующим православным церквям прибавится новая – пятнадцатая! Пока планы на реализацию столь смелой заявки вызревают в умах её авторов, попробуем разобраться, что из этого выйдет.

Если набрать в поисковике фразу «томос Украине», то на конец октября 2018 года, за пол-секунды можно получить примерно 108 000 000 результатов! Привести примеры публикаций в заголовках и текстах, где присутствует упомянутая фраза, окажется делом неблагодарным, так как по объему может занять солидный фолиант и не одну неделю работы. Важно другое – раз уж тема оказалось столь актуальной, а по накалу страстей и мнений вышла на первое место в жизни украинского социума, то почему бы не томить дальнейшие ожидания заинтересованных лиц, а взять и просто вручить Украине томос?

В том то и дело, что просто дать не получится, по одной, видимо мало кому известной причине – томосы государствам не выдаются! Для тех, кто бездумно применяет в средствах массовой информации фразу «томос Украине», специально ещё раз следует напомнить, что никакие томосы, никаким государствам, никем выданы быть не могут! Именно поэтому документы, исторически принятые в церковном обороте не могут определять или быть ориентированы на регламентацию жизни гражданского общества.

Вот яркий пример, – когда Стамбульский греческий патриарх Варфоломей 12 марта 1995 года принял в свою юрисдикцию Украинскую Православную Церковь в США, иерархия которой до этого считалась в православном мире раскольнической, то ни в одной американской газете того периода не разыщется фраза «томос Соединённым Штатам Америки»! Для представителей прессы Соединённых Штатов, такая простая вещь понятна, как белый день. Если пойти дальше, то в этом ключе фраза «томос Америке» звучит просто анекдотично. Теперь должно быть всем ясно, что выражение «томос Украине» надо воспринимать как пример журналистской некомпетентности, спустившейся до уровня обывательского невежества. 108 000 000 примеров об этом красноречиво свидетельствуют, но есть надежда, что количество запросов на термин «томос Украине» в ноябре и далее по времени значительно упадёт.

Кстати, в 1996 году к УПЦ в США присоединились приходы украинской диаспоры Западной Европы и других континентов. Так Стамбулом были подобраны все неканонические украинские эмигрантские группировки мира. Дуга вожделенных амбиций гражданина Турции Димитриоса Архондониса замкнется в круг, когда дело дойдет до Киева, и одну свою ногу он уже бесцеремонно поспешил водрузить на Андреевском спуске. Надо заметить, что в неблаговидную позу растяжки его никто не ставил – это видимый результат его печального погружения в бездну своеволия и лжи киевских раскольников.

И это не первый случай публичного проявления Стамбульского маловерия. Вот один из многих, – 26 июля 2008 года, во время Божественной литургии, причастившись из одной чаши Святых Христовых Таин совместно с Предстоятелем УПЦ, патриарх Варфоломей Первый с высоты Соборной площади Свято-Успенской Киево-Печерской Лавры озвучил свое крайне отрицательное отношение к любым украинским раскольникам.  Об этом услышали все. Но спустя  год он вступает с одними из них в переговоры, создает какую-то специальную комиссию, которая должна рассмотреть «детали» их принятия в свою юрисдикцию и делает это так, как будто бы канонов вовсе не существует… 

preview

Между Стамбулом, английской королевой и Госдепартаментом США

Но не будем отвлекаться на пустяки, набираем в поисковике слово «томос», делаем запрос и на выходе получаем примерно 3 240 000 результатов. Обобщая данные выводим, что термин «томос» означает указ предстоятеля поместной православной церкви по некоторому важному вопросу церковного устройства. Путём издания томоса некоторой части «материнской» церкви предоставляется автономия в управлении или автокефалия. Из этого делаем заключение: к документам, исходящим из канцелярии какой-либо поместной церкви Украина как светское государство никакого отношения не может иметь по определению. Зеркалом для государства является её собственная Конституция, статьи которой от президента до руководителя самого низшего звена являются основой для выполнения их чиновничьих функций, а не церковные документы, подписанные предстоятелями поместных церквей. Дарование автокефалии государством так же противоречит основному каноническому правилу. Ибо никто не может дать другому право, которого не имеет сам. Государственная власть не только не имеет верховной церковной власти, но не имеет вообще никакой церковной власти.

Тогда почему в украинском обществе термин «томос Украине» будоражит умы не только простых украинцев, но даже посла Великобритании госпожу Джудит Гоф?

Посмотрим, какую информацию ей бы предоставил её атташе, если бы она поручила собрать данные о состоянии православия в Украине.

Вот, предположительно, с чем бы ей в схематическом виде удалось ознакомиться:

«В государстве Украина существуют три зарегистрированных православные конфессии:

1). Украинская православная церковь (УПЦ).

2). Украинская автокефальная православная церковь (УАПЦ).

3). Украинская православная церковь – Киевский патриархат (УПЦ-КП).

Главной особенностью является то, что в отличии от канонически признанной УПЦ, УАПЦ и УПЦ-КП не имеют евхаристического единства с Вселенским православием. Эти объединения на протяжении всего периода их существования считаются всеми поместными православными церквями безблагодатными околоцерковными структурами.

В настоящее время Стамбульский греческий Патриарх Варфоломей, игнорируя требование канонов, рассматривает вопрос о создании в Украине новой церкви.  Признанную УПЦ и не признанные УАПЦ и УПЦ-КП, желает объединить в одну структуру. Знаком равенства между канонической УПЦ и раскольниками, по его мнению, должен стать якобы подписанный им томос. Характерно, что стимулом к действию Стамбульского патриарха для «врачевания раскола» являются официальные обращения исключительно со стороны лишь раскольнических УАПЦ и УПЦ-КП. Для облегчения достижения собственных целей, 11 октября 2018 года, Варфоломей собрал Синод, на котором, «обсудив дело Украины» приступил к предоставлению автокефалии ново создаваемой церкви, название которой окончательно им не определено. Судя по содержанию пяти пунктов принятых решений можно сделать вывод, что Синод однозначно идентифицировал существующие в Украине раскольнические УАПЦ и УПЦ-КП как «дочерние церкви», для которых Стамбульская греческая община является «матерью-церковью». Именно для этих безблагодатных околоцерковных самообразований и предназначается выдача предполагаемого спасительного томоса. И, представьте себе, «соборные» решения принимаются, оглашаются как истина, и никого не волнует, что вместо духа «единства мира и любви» их сентенции насквозь проникнуты духом показного пренебрежения к существующей Украинской Православной Церкви.

В вопросе слияния с раскольниками, каноническая УПЦ на высшем уровне отвергла любые формы сотрудничества с Стамбульской патриархией, поставив на вид Варфоломею прямое нарушение им канонов и церковного права.  В ответ на такое решение, инициаторы создания новой украинской церкви выдвинули странную сентенцию в отношении епископата, клира и мирян УПЦ под весьма размытым термином – «кто захочет». Мол «кто захочет» пусть переходит», а «кто не захочет» пусть остаётся в УПЦ. Именно это и выдаёт истинные, но тщательно скрываемые желания Варфоломея, мол мне всё равно, «кто захочет», а «кто не захочет», – лишь бы войти в Украину и закрепить на её территории свои структуры».

Нет сомнения, что британский посол, войдя в курс дела, задастся одним единственным глубокомысленным вопросом – «Насколько это может навредить УПЦ?». После уверенного ответа атташе – «На много!», тут же распорядиться об организации встречи на  25 октября 2018 года с одним из фигурантов объединительного процесса – главой Автокефальной церкви в Украине с которым она в английском стиле будет вести обстоятельный разговор о создании Автокефальной церкви в Украине. Не правда ли забавно! Интересно, что бы сказала королева Елизавета Вторая по этому поводу?

По странному совпадению именно в этот день, 25 октября 2018 года, на официальном сайте Государственного департамента США пресс-секретарь Хизер Науэрт (Вашингтон, округ Колумбия) разместила «Заявление для прессы» в котором говорится, - «Мы уважаем Вселенского Патриарха как голос религиозной толерантности и межконфессионального диалога». Чуть ранее, 19 октября 2018 года, в другом «Заявлении для прессы» Государственный секретарь упомянутого ведомства Майкл Р. Помпео отметил – «Мы призываем церковных и правительственных чиновников активно продвигать эти ценности в связи с движением к созданию автокефальной Украинской Православной Церкви». Для раскрытия причин, по которым чиновники Британии и США

включились в процесс объединения украинских раскольников от православия, потребовалось бы отдельное исследование, что не входит в рамки данного материала. Ограничимся лишь двумя моментами, вызывающими недоумение. Первый касается констатации факта, что ещё во времена советской атеистической Украины, 2 октября 1990 года, Постановлением Совета по делам религий при Совете Министров УССР был зарегистрирован «Статут об управлении Украинской автокефальной православной церкви» (протокол №11). В довершение свершившейся исторической справедливости в создании национальной церкви отметим, что 19 марта 1991 года Постановлением Совета по делам религий при Кабинете Министров УССР зарегистрирован «Гражданский Устав патриаршей канцелярии УАПЦ. Официальное название – Киевская Патриархия». С этого дня в Украине Киевский патриархат УАПЦ получает юридическое признание и вступает в правовые отношения с государством.

Тогда, что под движением к созданию автокефальной Украинской Православной Церкви подразумевает Государственный департамент США в лице Майкла Р. Помпео, если автокефальная церковь в Украине существует 28 лет! Если это религиозное объединение ущербно или незаконно, то те, кто в «Заявлении для прессы» подразумевается под термином «Мы», пусть и разъяснят мировой общественности свою позицию, а не занимаются фразёрством. Ожидаем на страницах Государственного департамента США «Разъяснения для прессы», отчего Госдепартамент США продвигает идею замены существующей автокефальной церкви в Украине другой автокефальной церковью.

Теперь о посыле Хизер Науэрт – «Мы уважаем Вселенского Патриарха как голос религиозной толерантности и межконфессионального диалога». Во-первых, у Вселенского патриарха есть два имени – светское и монашеское, можно было бы указать хоть одно из двух, что бы было ясно, о ком идёт речь или просто из уважения. Госпожа Хизер Науэрт почему-то не забыла  в своём «Заявление для прессы» указать собственное имя и даже фамилию проставила! В Турции Вселенского патриарха именуют Стамбульский греческий Патриарх Варфоломей Первый и надо полагать именно его и имела ввиду Хизер Науэрт. Если Государственный департамент США сознаётся в том, что уважает Вселенского патриарха живущего в Турции как голос религиозной толерантности и межконфессионального диалога, то тем более, он обязан уважать Предстоятеля Украинской Православной Церкви, Блаженнейшего Митрополита Онуфрия как голос религиозной толерантности и межконфессионального диалога, чей духовный центр находится в Киеве! Государственному департаменту США необходимо обзавестись знающими консультантами в области церковного права, и понимать, что раз уж представители демократий Британии и США позволяют себе вмешиваться в церковную жизнь других государств, тогда законным ответом может стать вмешательство христиан этих церквей в жизнь демократий Британии и США. А там, если честно, где ни копни, то, как говорят на Украине – «чёрт ногу сломает».

Что бы сказала Джудит Гоф, если бы священный синод, какой-нибудь поместной церкви на своём заседании принял решение о нецелесообразности и ликвидации монархии в Великобритании? Или, к примеру, чтобы сказал Майкл Р. Помпео, если бы было принято решение об отводе от границы США и Мексики в рамках политической толерантности пятитысячного заградительного военного контингента и, на основе демократических ценностей, беспрепятственно пропустить на территорию США «караваны беженцев», нуждающихся в крове и пище? 

Под сенью нулевой поместной церкви

А теперь о главном. В истории православных церквей не было случая, когда томос выдавался прежде появления церкви, которой предназначался, так же, как и не было случая, когда ребёнок был крещён прежде своего появления на свет. Отсутствие полноценного фигуранта в кандидаты на пятнадцатую поместную церковь – главный фактор, сковывающий своеволие Стамбульского патриарха Варфоломея. Поспешил, поддался бесовскому соблазну, втянул в дело свой епископат, вселенскую шумиху развёл, бумагу составил, может быть, даже подписал, а дать некому. Досадно. Вот статистика церкви, для которой предназначается томос:

  • Предстоятель – отсутствует,
  • Епископов – 0
  • Священнослужителей - 0,
  • Епархий – 0,
  • Приходов – 0,
  • Монастырей и скитов – 0
  • Подворий - 0,
  • Учебных духовных заведений – 0,

Устав, зарегистрированный согласно законам страны пребывания – отсутствует.

И, наконец, название церкви – а бес её знает.

Хотя, раз уж стал одной ногой в Киеве, то дело надо доводить до конца. В этом разлагающем душу движении, дорога однозначно ведёт к украинским раскольникам, больше не к кому! Только вот томос благодать не дает, её получают в таинстве священства, через апостольскую преемственность путем рукоположения. Отсутствие благодати у украинских раскольников не допускало их к святыням Афона, только одного этого достаточно для определения и понимания Богопротивной сути их природы. В какой момент Варфоломея оставил рассудок, толкнув старого человека на путь дискредитации не только исторического величия Константинопольской кафедры, но и законов церковного права, придерживающихся Вселенским православием.

Измышления Варфоломея Первого о том, что бумажный документ заменяет таинство рукоположения – непостижимая дерзость, граничащая с ересью, однозначно ставящая под сомнение разумность дальнейшего общения христиан с таким человеком. Старцам Афона остаётся только посочувствовать, когда вдохновлённые Варфоломеевой ересью толпы раскольников из Украины ринутся к престолам в монастыри Святой Горы. Ещё недавно такая мысль воспринималась как чудовищная химера, а сегодня это вменяется самим Стамбульским патриархом. Разве «духовник Афона» не знает, что украинские раскольники никогда не входили в состав Стамбульского патриархата и, находясь в границах Украины, всегда представляли для Вселенского православия раскольническое самочинное сообщество? Если Варфоломей породнился с ними, то, может, выписывать им какие угодно грамоты, и быть готовым к тому, что для  почитающих святость и чистоту Церкви, такие документы никто признавать не будет.

Говорят, что Варфоломей имеет духовное образование, но тогда он должен знать, что всякая автокефальная церковь полномочна дать автокефалию только той части церкви, которая канонически подлежит её юрисдикции. Дарование автокефалии части другой какой-либо автокефальной церкви есть нарушение основного канонического принципа о неприкосновенности прав всякой автокефальной церкви и строго осуждается законом. Существующие поместные церкви чуждались позорной связи с украинскими расколами, которые с момента своего образования до сегодняшнего дня инкубируются в собственном царстве греха, питаясь соками «национальных теологий» собственного измышления.

Тем более, в границах современной Украины нет административных единиц, входящих в состав Стамбульского патриархата, а, значит, и заявку о каких-то юрисдикционных правах надо рассматривать на уровне тривиальной авантюристической выходки! «Его Божественнейшнее Всесвятейшество Вселенский Патриарх кир Варфоломей», а именно так его именуют на одном из сайтов греческой общины Стамбула (орфография сохранена), добровольно покорившись суете, забыв о «новом небе и новой земле, на которых обитает правда» (2 Петр. 3,13), поддался страсти властвования, в котором одно лишь зло. Однако стихии мира сего не могут властвовать там, где действует благодать Божия. Поток его провокационных манифестаций, направленных на подрыв канонического устройства Вселенской Церкви, вынуждает вспомнить о словах Господа: «Но между вами да не будет так: а кто хочет между вами быть большим, да будет вам слугою; и кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом (Мф. 20, 26–27).

Предоставление украинским раскольникам томоса не наделит их благодатной силой Святого Духа, отчего и пятнадцатая церковь, какое название бы ей ни вменилось, не будет способна выполнять функцию спасительной миссии. Наоборот, факт выдачи томоса украинским раскольникам явится обстоятельством, которое упраздняет действие благодати в храмах и приходах, входящих в состав Стамбульского патриархата, по статусу делая их равными губительной сущности украинским раскольникам. Надежда на личное  спасение и молитвы в лоне Стамбульского патриархата утрачивают смысл, так как преступники церковных канонов обратят его в родовспомогательное заведение для  множения греха. К столь плачевному состоянию Стамбульскую греческую православную общину привело  греховное человеческое властолюбие, несовместимое не только с монашеством, но и с элементарными нормами морали, не говоря уже об основах академического нравственного богословия её предстоятеля – «Божественнейшнего Всесвятейшества Вселенского Патриарха кир Варфоломея Первого».  

Видя, что Стамбульский патриарх силою бесовскою ввергнут в болото украинских расколов, во всех епархиях Украинской Православной Церкви проводятся собрания, на которых священнослужители подтверждают свою верность присяге и каноническому православию. В одной только Одесской епархии УПЦ священнослужителей больше, чем во всём Стамбульском патриархате и голосом их соборной совести оглашена всей Украине преданность церкви и своему Предстоятелю. На что может рассчитывать Варфоломей, вероломно вторгаясь в церковную жизнь, спекулируя на заслугах своих предшественников? У него один выход, пока ещё не поздно, добровольно отказаться от своих разрушительных амбиций, иначе будет вместе со своими последователями справедливо отсечён от семьи единой Святой Вселенской Православной Церкви, что также будет исторически оправдано и неизбежно. 

Обличённый томосом

Путь Варфоломея к воссоединению с украинскими раскольниками, равно как и к томосу, как к последней фазе своего падения, имеет свою историю.

Простой пример: 27 августа 2008 года десять архиереев УАПЦ попросились в Стамбульскую патриархию, написав на имя Варфоломея письмо-обращение; 28 сентября Синод Стамбульского патриархата принимает решение о направлении в Киев специальной комиссии, прибытие которой назначается на 3 октября. История, затаившись в строках упомянутого письма-обращения, предложила ему трудный выбор – между канонами и одной из веток украинского раскола – УАПЦ третьего периода возрождения. Перед вставшей дилеммой как-то сразу померкли любые разговоры о «кризисе церковного сознания, которое отошло от идеалов христианского универсализма» (из текста письма) и им подобные. Все гадали лишь об одном – «Примет или не примет». Кажется, все Вселенское православие застыло в ожидании ответа. На самом деле, несмотря на прекращение переговоров, вопрос как тогда, так и сегодня звучал не риторически.

Достаточно вспомнить, что Стамбульский патриархат в отношениях с группами неканонического украинского автокефализма имеет весьма внушительный церковно-правовой опыт. Первого апреля 1990 года Украинская Греко-Православная Церковь Канады была принята в юрисдикцию Стамбульского патриархата. Основой православной церкви в стране «кленового листа» стала многочисленная группа эмигрантов греко-католиков (униатов), перешедших в православие, которые в названии новообразованной церкви демонстративно закрепили свое вероисповедание – были греко-католиками, стали греко-православными. Через четыре года и одиннадцать месяцев, 12 марта 1995 года, Стамбульский патриархат принимает в свою юрисдикцию раскольническую УПЦ в США. Годом позже принимает отовсюду украинских раскольников по принципу «кто захочет».  Отдельно следует отметить, что натурализация украинских эмигрантов на социопочве американских наций достигла поражающих результатов, идущих вразрез с их любимым утверждением о том, что «мы в эмиграции сохранили родной язык». Представительские сайты этих национальных церквей (Канада – http://www.uocc.ca/; США – http://www.uocofusa.org/) красноречиво доказывают другое – доля материалов на  родном украинском языке на страницах этих Интернет-изданий занимает не более двух

процентов, все остальное публикуется на английском. Богослужения тоже проводятся на английском.

Самое интересное, что две эмигрантские группы, имеющие, по сути, одинаковую этническую природу и географическое происхождение (Северная Америка), не объединены в единую церковь, а существуют в рамках Стамбульского патриархата как автономные структуры. Именно поэтому Стамбульский патриархат имеет сложную административно-каноническую структуру на всех континентах, исключая Африку, которая полностью находится в пределах юрисдикции Александрийского патриархата. За всю историю Стамбульского патриархата особо интенсивное обрастание подобными православными церквами приходится на последнее столетие.

Дело доходит до казусов. Так, в феврале 2007 года, Совет митрополии Украинской Православной Церкви в США (Стамбульский патриархат) обратился к патриарху Варфоломею с просьбой «принять решительные меры» для установления в Украине так называемой единой поместной церкви. Другая, не менее национальная структура – Украинская Греко-Православная Церковь Канады (Стамбульский патриархат) – ни о чем подобном своего патриарха не просила. Для канадских епископов тема единой поместной церкви оказалась не актуальной, хотя и те, и другие получают святое миро из рук одного патриарха – Стамбульского. Это доказывает прежде всего то, что для Стамбульского патриархата национального вопроса в выборе нового юрисдикционного субъекта просто не существует. Его интерес в любой точке современного мира проявляется там и тогда, когда государство – объект очередного «канонического» внедрения – обнаруживает слабость во всех сферах своего существования и прежде всего  в гуманитарной области.

Именно такой сейчас и является Украина. На ее территории в разных храмах, находясь во вражде, одновременно «проповедуют» два лидера самостоятельных раскольнических группировок, собственное существование для которых давно стало моральной обузой. Именно поэтому их, так называемые епископаты, отдельно друг от друга в апреле 2018 года, официально направили письма-обращения к Стамбульскому патриарху о создании на их основе новой церкви, для верности скрепив акт слияния томосом. Одни подумали: а почему бы и не попроситься? Другие тоже: а почему бы и не принять? Два вопроса слились в одну незатейливую симпатию друг к другу, предвосхищая вполне предсказываемый ответ. Математика проста: из двух украинских расколов должен получится один, окаймлённый «евхаристическим общением» со Стамбульским патриархатом, а значит канонический.

Поспешность, с которой  разворачиваются события, – лишь подтверждение того, с каким нетерпением Стамбульский патриарх стремиться водворить в Украине свою вторую ногу, выпрямиться из неудобной позы и войти в киевские храмы на правах хозяина, не приложив ни грамма усилий для их строительства. Очень характерная черта для любого чужеземца захватчика – прибрать к рукам то, что тебе не принадлежало. Но это потом, а пока из Украины ему весело подмигивает нулевая поместная церковь, которой надо дать имя, наполнить цифрами, избрать предстоятеля, выработать устав и провести его законную регистрацию. На этом этапе до Варфоломея, наконец, дойдёт в какое болото его привела жажда власти и стремление любой ценой расширить ареал своей юрисдикции в мире. Он фатально для себя заигрался, очевидно, недопонимая, что Киевская или Черкасская области – это не провинция Квебек и не штат Нью-Джерси. К тому же в Украине существует крупнейшая каноническая структура Вселенского Православия – Украинская Православная Церковь, мнением которой Варфоломей вероломно пренебрёг, когда Синод УПЦ предупредил его о том, что в карманных томосах, каноническая церковь Украины не нуждается! На этом фоне Варфоломей, подобно стервятнику-падальщику, парит над стонущей от экономической слабости Украиной, высматривая добычу в виде храмов и монастырей, к которым как показали события, имеет особую хищническую хватку. Несомненно, падение его будет велико и постыдно. 

Не будем упреждать события, предвкушая наполненное трагизмом зрелище сращивания былого величия Константинопольского патриархата в лице Стамбульского патриарха Варфоломея с ветвями украинского раскол образца 2018 года. 

Вперед, в семью «новых территорий»

Стамбульского престола

Какими бы ни были результаты действий Стамбульского греческого Патриарха Варфоломея, можно с уверенностью перечислить варианты при которых центральная идея его затеи – создание единой поместной церкви на Украине не реализуется:

  1. Открытие подворья Стамбульского патриархата в Украине – признаки поместной церкви отсутствуют.
  2. Принятие Стамбулом отдельных приходов или монастырей под прямое управление – признаки поместной церкви отсутствуют.
  3. Принятие УАПЦ и УПЦ как вместе, так и в отдельности в юрисдикцию Стамбульского патриархата на правах автономии или автокефалии – признаки поместной церкви отсутствуют.
  4. Создание церкви путём объединения УАПЦ, УПЦ-КП и УПЦ по принципу «кто захочет» – признаки поместной церкви тоже отсутствуют.

Любое из предполагаемых решений приведет лишь к присутствию Стамбульского патриархата на украинской земле, но никак не к объединению раскольников с канонической УПЦ и созданию единой украинской поместной церкви. «В независимом государстве должна быть независимая церковь» – лозунг не патриарха Варфоломея. Его лозунг таков: «В независимом государстве должны быть приходы, подчиненные Стамбульскому престолу». По большому счету патриарх Варфоломей этого и добивается, стремясь реализовать планы освоения «новых территорий» пока идеология существующей украинской власти этому откровенно способствует. Войти в Украину любой ценой – в этом кроется весь смысл и суть его притязаний.

Абсолютизировать Константинопольский патриархат как единственную возможность для налаживания церковного мира в Украине – даже не заблуждение, а грубейшая гражданская ошибка. Менять Киев на Стамбул равносильно добровольному духовному изгнанию. Для тех, кто согласится на такой размен, оно будет длиться до скончания века. На фоне разворачивающихся событий нашим братьям, оказавшимся в губительных сетях своих собственных горе-поводырей в купе со Стамбульским престолом, надо заниматься не патриаршеискательством, усугубляя разделение, а возвратиться в спасительную ограду Украинской Православной Церкви под омофор ее Предстоятеля Блаженнейшего Митрополита Киевского и всея Украины Онуфрия.

Святитель Кирилл, архиепископ Иерусалимский, говорил: «Если, когда придёшь в город, не просто спрашивай: где храм Господень? Ибо и прочие нечестивые еретики пещеры свои называют храмами Господними. И не спрашивай просто: где церковь? Но: где Вселенская Церковь? Ибо сие собственно имя сей святой и всеобщей Матери-Церкви, которая есть невеста Господа Нашего Иисуса Христа, Единородного сына Божия».

Для украинских раскольников правда Христова рядом, в Украине а не за тридевять земель в Турции и возвращение в каноническую УПЦ –  это единственное условие, при котором только и возможно исполнение призыва Господа нашего Иисуса Христа: «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам (Мф 6,33).

Вместо эпилога: о принятой в статье терминологии

Необходимо отдельно остановиться на вопросах терминологии, применяемой в статье, с тем, чтобы события, разворачивающиеся в связи со сближением патриарха Варфоломея с украинскими раскольниками в определениях и титулах имели в историческом контексте максимальное соответствие тому, что на самом деле, представляет из себя Стамбульский патриархат.

Патриарх Варфоломей усвояет себе несуществующее право называться патриархом Константинопольским. По отношении к нему такое название носило характер доброй традиции из уважения к его предшественникам, и к былому величию Византийской империи до тех пор, пока он не решился ввязаться в позорную историю с томосом. Его действия обострили вопросы не только канонического характера, но также вынесли на поверхность необходимость точной идентификации духовного православного центра, находящегося в Стамбуле в плане объективизации и определения степени его преемственности от Константинопольского патриархата. Это очень важно, особенно сейчас, когда спекуляции на этой почве создают видимость для ложных предпосылок в оценке развивающихся событий.

Термин Константинополь как главный город империи прочно связан с термином Византия. С даты его падения (1453 год) вся терминология, связанная с Византийской империей, становится достоянием истории, и при возобновлении религиозной жизни православных греков за предстоятелем их общины сохранилась формулировка «Константинопольский  патриарх», выполняющая исключительно этикетную функцию. В православном мире с таким положением согласились, хотя власти Турции применяют в именовании христианского архиерея термин, включающий нынешнее название бывшей столицы Византии – «Стамбульский греческий патриарх Варфоломей». Это и есть его правильное, современное, не этикетное наименование.

«А для нас он Константинопольский патриарх!», со слезами на глазах возразят верные его церкви. И будут глубоко неправы, и вот почему. До 1453 года термин «Константинопольский патриарх» включал в себя неотъемлемое органическое единство с императорской властью. Согласно византийским правовым воззрениям, власть императоров распространялась на все православные народы во вселенной. Даже Константинопольские патриархи в посланиях русским митрополитам или князьям указывали, что свои распоряжения они делают с согласия императоров. Иногда и сами русские князья обращались по поводу церковных дел в Константинополь к императорам. Например, когда уже решался вопрос об автокефалии Русской церкви, великий князь Василий Васильевич Тёмный писал последнему византийскому императору Константину Палеологу о поставлении митрополита Ионы русскими епископами.

Необходимо, кроме слепых высказываний, чётко понимать, какая разница между Костантинопольскими патриархами до 1453 и Константинопольским патриархом 2018 года. Патриарх Варфоломей, гражданин Турции, живёт в Стамбуле, по улицам города передвигается только в светской одежде, свой патриархат большей частью называет Экуменическим патриархатом, в лоне которого верных не греческого происхождения больше, чем самих греков. Его патриархат, территориально самый маленький из существующих четырнадцати патриархатов и ограничен небольшой территорией в районе Стамбула под названием Фанар. И самое главное, что томосы раздаёт не с согласия Византийского императора, а по горячему настоянию украинского президента. Чувствуете разницу! Даже такая сравнительная характеристика низводит статус Варфоломея до статуса епархиального архиерея, а именование себя патриархом с приставкой «Константинопольский патриарх», ничто иное, как форма тщеславного притязания секуляризованного сознания местечкового чиновника.

Был бы он Константинопольским патриархом, то скорее взошёл бы на костёр, нежели выдал томос раскольнической группировке, к тому же расплодившейся в пределах юрисдикции другой поместной церкви. Именно эта нравственная мелковатость сделала из него сценариста комедийной пьесы под названием «Пятнашка» на потеху истории. Именовать Варфоломея патриархом Константинопольским, подразумевая под этим синтез исторического величия императорской и церковной власти Великой Византийской империи –  чистейшая фикция!  Спустя 565 лет это звучит как насмешка над одним из центров христианского средневековья, подлинным и неповторимым в своём историческом значении – Константинопольским патриархатом.

Варфоломей не именует Украину тем, чем она была – Киевской Русью, а называет её тем, чем она сейчас есть. Отчего же мы должны титуловать его именем столицы Византии, которой давно нет, а не тем, кем она сейчас есть. Именно поэтому автор статьи именует его в тексте единственно правильным названием – «Стамбульский патриарх греческой общины» со всеми выходящими из этого последствиями. 

Система Orphus

Не пропусти другие интересные статьи, подпишись:

Поделиться ссылкой:

О том, как поделиться
Правила комментирования (комментарии премодерируются)
Комментарии для сайта Cackle
Наверх

Новости по Email

Мобильные приложения

 

Новостные ленты

Партнеры сайта