Удар по Британии, ядерный порог или переговоры по Украине: зачем директор ЦРУ срочно прилетал в Москву

Что известно о поездке Рэтклиффа

Спустя сутки после визита директора Центрального разведывательного управления США в Москву конкретной информации о содержании его переговоров по-прежнему почти нет.

Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков сообщил, что Рэтклифф не встречался с Владимиром Путиным. Переговоры проходили с представителями российских специальных служб, после чего их результаты были доложены главе государства.

Поездка заранее не анонсировалась. По имеющейся информации, американская делегация прибыла в Россию на военно-транспортном самолёте C-17 Globemaster III, а Киев перед визитом попросили временно ограничить удары по Москве, Санкт-Петербургу и северо-западным регионам России.

Президент США Дональд Трамп назвал поездку «почти рутинной», однако одновременно допустил, что после неё «может что-то получиться» в вопросе прекращения войны на Украине.

Эти обстоятельства плохо сочетаются с версией об обычном рабочем контакте. Для рядового разговора между ЦРУ и Службой внешней разведки России необязательно срочно направлять в Москву директора управления, использовать американский военный самолёт и запрашивать временное ограничение украинских ударов.

В то же время отсутствие публичной информации не доказывает ни одну из наиболее тревожных гипотез. Большинство появившихся в СМИ версий основаны на косвенных признаках, исторических параллелях и оценках бывших сотрудников разведки.

Бывшая заместитель директора Национальной разведки США Бет Саннер описала возможный смысл миссии следующим образом: Вашингтон мог сообщить Москве, что знает о её предполагаемых планах, и предупредить не осуществлять их.

Это напоминает визит тогдашнего директора ЦРУ Уильяма Бернса в Москву в ноябре 2021 года. Бернс передал российскому руководству предупреждение о последствиях возможного вторжения на Украину. Однако прямых доказательств того, что нынешняя миссия Рэтклиффа имела аналогичную цель, пока нет.

Десять версий визита Рэтклиффа

Цветовая градация отражает редакционную оценку вероятности того, что соответствующая версия была одной из основных причин поездки. Она не означает, что какая-либо из гипотез подтверждена.

1. Управление военной эскалацией

Наиболее убедительная версия состоит в том, что Рэтклифф прибыл для предотвращения выхода конфликта из-под контроля. Вашингтон мог одновременно располагать информацией о планах Киева нанести новые глубокие удары и о готовности Москвы ответить значительно жёстче, чем раньше.

В таком случае задача директора ЦРУ заключалась не в заключении мирного соглашения, а в установлении временных ограничителей: какие действия сторон приведут к ответу, где находятся российские и американские «красные линии» и что необходимо сделать для предотвращения прямого столкновения России и НАТО.

Эта версия объясняет и просьбу временно приостановить украинские удары. Такая пауза прежде всего обеспечивала безопасность американской делегации, но одновременно могла демонстрировать способность Вашингтона влиять на отдельные решения Киева.

Не исключено, что США получили сведения о подготовке события, которое само по себе ещё не означало начала большой войны, но могло запустить неконтролируемую цепочку ответных действий.

2. Возвращение к договорённостям Анкориджа

Ряд источников связывает поездку с результатами российско-американских переговоров в Анкоридже. Москва неоднократно давала понять, что прежде чем обсуждать новые варианты урегулирования, хочет получить окончательный ответ по предложениям, ранее сформулированным администрацией Трампа.

Если американская сторона не может выполнить собственные обещания, Кремль, вероятно, требует официально зафиксировать провал этого переговорного направления. Если возможность компромисса сохраняется, Рэтклифф мог привезти обновлённые условия и запросить конкретный ответ.

Слова Трампа о том, что после поездки «может что-то получиться», усиливают эту версию. Вероятнее всего, директор ЦРУ передавал не готовое соглашение, а закрытый набор предложений, предупреждений, требований и возможных гарантий.

Выбор руководителя разведки в качестве посланника позволял обсудить вопросы, которые Вашингтон и Москва пока не готовы выносить на официальный дипломатический уровень.

3. Ограничение украинских ударов

Отдельной темой могли стать дальние удары Украины по российской территории и использование американских разведывательных данных. Москва считает, что без технической, спутниковой и информационной поддержки Запада значительная часть подобных операций была бы невозможна.

Рэтклифф мог обозначить пределы американского участия или предложить временное снижение интенсивности ударов в обмен на встречные действия России.

Это не означает, что Вашингтон полностью контролирует Киев. Однако США сохраняют существенное влияние благодаря поставкам вооружений, разведывательной информации, спутниковой связи и другой критически важной помощи.

Временная пауза могла также стать пробным шагом: американцы демонстрируют возможность ограничить определённые украинские операции, после чего ожидают от России сопоставимого ответного действия.

4. Предупреждение о возможном ударе по Британии или НАТО

Наиболее жёсткую версию изложил автор греческого издания Pronews Теофрастос Андреопулос. Он связывает приезд Рэтклиффа с информацией о подготовке российской операции против Великобритании либо другой страны НАТО.

Британские источники безопасности, на которые ссылались западные СМИ, утверждали, что в российских структурах обсуждается ответ на передачу Украине беспилотников, технологий и компонентов дальнобойных ракет. Потенциальными целями назывались оборонные предприятия и критическая инфраструктура.

Андреопулос допускает непосредственный военный удар и связывает происходящее с выходом на испытания российской подводной лодки «Хабаровск», предназначенной для размещения носителей «Посейдон». Однако совпадение событий по времени не доказывает их прямой связи.

Значительно реалистичнее выглядит риск гибридной операции: масштабной кибератаки, диверсии, повреждения подводной инфраструктуры или действий против британских военных объектов без официального признания российского участия.

Версия о применении «Орешника», «Посейдона» или другого стратегического оружия остаётся намного менее вероятной, поскольку подобный удар мог бы привести к прямой войне России с НАТО.

Издание «Страна» справедливо отмечает, что эта гипотеза пока построена главным образом на аналогии с поездкой Уильяма Бернса в 2021 году. Конкретной информации о том, что Рэтклифф действительно предупреждал Москву против нападения на европейскую страну, нет.

5. Предупреждение против применения тактического ядерного оружия

В российских информационных источниках периодически обсуждается возможность применения тактического ядерного оружия против украинских оборонительных позиций, военных объектов или критической инфраструктуры. Подтверждений того, что такое решение принято, нет.

Если американская разведка зафиксировала тревожные признаки либо получила соответствующий сигнал по закрытым каналам, личная поездка директора ЦРУ становится логичной. Рэтклифф мог предупредить о последствиях и потребовать разъяснений относительно намерений Москвы.

Подобный прецедент существовал в ноябре 2022 года. Тогда директор ЦРУ Уильям Бернс встретился в Анкаре с руководителем СВР Сергеем Нарышкиным на фоне опасений возможного применения Россией ядерного оружия.

При этом тактический ядерный удар по рассредоточенным войскам имеет спорную военную целесообразность, а радиоактивное заражение осложнило бы дальнейшие действия самой российской армии.

Поэтому вероятность уже принятого решения остаётся низкой. Гораздо вероятнее, что стороны обсуждали ядерный порог как один из пределов дальнейшей эскалации.

6. Новая мобилизация или крупное наступление

Некоторые западные комментаторы предполагают, что американская разведка получила сведения о подготовке новой российской мобилизации или значительном расширении военных действий.

Вновь проводятся параллели с ноябрём 2021 года, когда Уильям Бернс приехал в Москву после получения американской разведкой информации о подготовке российского вторжения на Украину.

Прямых подтверждений этой версии пока нет. Кроме того, сама по себе дополнительная мобилизация вряд ли потребовала бы срочного визита директора ЦРУ, если только она не являлась частью значительно более масштабного плана.

Такая информация могла обсуждаться в ходе переговоров, но плохо объясняет всю совокупность обстоятельств поездки.

7. Иран и безопасность американских объектов

Москва сохраняет тесные отношения с Тегераном, тогда как Соединённые Штаты усиливают военное и экономическое давление на Иран. Вашингтон подозревает Россию в передаче иранской стороне разведывательной информации, способной помочь при действиях против американских и израильских объектов. Москва это отрицает.

Рэтклифф мог потребовать от российских спецслужб не переходить определённые границы или обсудить безопасность американского персонала, баз и кораблей на Ближнем Востоке.

Трамп заявил, что санкции против Ирана не были темой поездки. Это снижает вероятность иранской версии как основной, но не исключает обсуждения вопросов разведывательной и военной безопасности.

Россия также могла использовать иранскую тему как один из элементов более широкого торга с Вашингтоном.

8. Стратегическая ядерная стабильность

Контакты руководителей разведок традиционно используются для обсуждения рисков, которые невозможно доверить публичной дипломатии: ошибок систем раннего предупреждения, опасных военных учений, перемещений стратегических сил и действий, способных быть ошибочно воспринятыми как подготовка первого удара.

Такая тема могла сопровождать переговоры независимо от их основной повестки. Однако сама по себе стратегическая стабильность плохо объясняет срочность поездки, поскольку для подобных контактов существуют постоянные закрытые каналы.

Более вероятно, что вопрос ядерной безопасности был связан с конкретной ситуацией вокруг Украины, Европы или возможного российского ответа на западные действия.

9. Обмен агентами или другая закрытая операция спецслужб

Ещё одной возможной причиной визита мог стать не публичный обмен заключёнными, а закрытая договорённость вокруг задержанных разведчиков, агентов или информаторов.

Не исключено, что в распоряжении одной из сторон оказался человек, о задержании которого намеренно не сообщалось. В подобных случаях переговоры могут полностью проходить вне публичного пространства, а информация об обмене появляется спустя месяцы или не раскрывается вообще.

Речь могла идти о возвращении американского или российского агента, передаче нескольких задержанных, выводе раскрытого сотрудника либо урегулировании ситуации вокруг источника, представляющего особую ценность для одной из разведок.

Такой сценарий соответствует формату контактов между ЦРУ и российскими спецслужбами. Он также способен объяснить повышенную секретность и отсутствие дипломатических представителей. Если обсуждалась судьба особенно важного агента, участие Рэтклиффа могло потребоваться для предоставления политических гарантий или немедленного утверждения условий.

Определённое внимание привлекает использование американского военно-транспортного самолёта C-17. Теоретически такой борт мог быть задействован не только для доставки делегации, но и для обеспечения закрытой логистической операции.

Однако C-17 регулярно используется для перевозки американских делегаций, сотрудников охраны, защищённого оборудования и средств связи. Поэтому тип самолёта сам по себе ничего не доказывает. Подтверждений того, что во время визита передавались люди или какие-либо объекты, нет.

Против этой версии как основной говорит и просьба временно ограничить украинские удары по целой группе российских регионов. Хотя такая мера могла быть обычным условием безопасности делегации, она также указывает на более широкий военно-политический контекст.

Вероятность того, что судьба агента обсуждалась как дополнительная тема, можно оценить как среднюю. Вероятность того, что именно ради обмена Рэтклифф совершил срочную поездку в Москву, заметно ниже.

10. «Почти рутинный» контакт спецслужб

Наконец, нельзя полностью исключить официальное объяснение: Рэтклифф приехал для поддержания рабочего канала между ЦРУ и российскими специальными службами.

Такие контакты необходимы даже между противниками. Они позволяют передавать предупреждения, согласовывать действия в кризисных ситуациях и предотвращать столкновения, возникшие из-за ошибки или неправильной оценки намерений другой стороны.

Однако обычный обмен мнениями редко требует необъявленного визита директора ЦРУ на военном самолёте. Формулировка Трампа о «почти рутинной» поездке, вероятнее всего, была призвана успокоить общественность и союзников, а не полностью раскрыть содержание переговоров.

Могла ли Москва выставить встречные условия?

Аналитический материал издания «Страна» обращает внимание на важный аспект миссии Рэтклиффа. Если директор ЦРУ действительно передал Москве предупреждение против действий, способных привести к прямому столкновению с европейскими странами НАТО, российская сторона могла ответить не только отрицанием подобных планов, но и собственным набором требований.

В таком случае поездка могла стать началом закрытого торга: Вашингтон обозначает последствия возможной эскалации, а Москва перечисляет условия, которые, по её утверждению, способны эту эскалацию предотвратить.

Определённую историческую параллель можно провести с визитом Уильяма Бернса в ноябре 2021 года. Спустя несколько недель Россия представила США и НАТО проекты соглашений о новой системе европейской безопасности.

Однако российские предложения предусматривали не только отказ от принятия Украины в НАТО. Они включали прекращение дальнейшего расширения Альянса, ограничения на размещение вооружений и фактическое изменение военного присутствия НАТО в Центральной и Восточной Европе.

США и НАТО отвергли требования, нарушавшие, по их позиции, право государств самостоятельно выбирать союзы. Одновременно западная сторона предложила продолжить переговоры об ограничении ракет, военных учениях, контроле вооружений, прозрачности и предотвращении опасных инцидентов.

Поэтому нельзя утверждать как установленный факт, что Москва тогда предложила конкретные условия отказа от вторжения, а Вашингтон сознательно предпочёл войну. Утверждение «Страны» о том, что администрация Джо Байдена воспринимала возможное вторжение как возможность ослабить Россию, является политической оценкой издания, а не доказанным фактом.

Тем не менее события 2021–2022 годов показывают возможную последовательность: после закрытого американского предупреждения Россия способна вынести на обсуждение более широкий пакет требований по безопасности.

Если нынешняя поездка Рэтклиффа была связана с риском прямого конфликта России и НАТО, отношение администрации Трампа к возможным российским предложениям действительно может отличаться от позиции предыдущей администрации.

Для Вашингтона война России с Украиной и прямое столкновение России с государством НАТО представляют принципиально разные уровни угрозы. Во втором случае США оказываются перед крайне опасным выбором: не выполнить союзнические обязательства и поставить под сомнение существование НАТО либо вступить в войну с крупнейшей ядерной державой.

Это не означает, что Белый дом согласится с требованиями Москвы. Однако вероятность закрытого обсуждения новых ограничителей, взаимных обязательств или временных договорённостей в нынешней ситуации выглядит достаточно высокой.

Возможно, наиболее важным результатом поездки станет не то предупреждение, которое привёз Рэтклифф, а встречный ответ, полученный им от российских спецслужб.

Что это означает для Греции

Если поездка действительно была связана с опасностью расширения конфликта между Россией и НАТО, последствия затронут и Грецию.

Страна входит в общую систему военной логистики Альянса. Объекты в Суда-Бей и Александруполисе используются американскими и союзными силами, а греческие порты, аэродромы и коммуникационная инфраструктура имеют стратегическое значение для операций в Восточном Средиземноморье, на Балканах и Ближнем Востоке.

Это не означает существования непосредственной угрозы удара по греческой территории. Однако любое обострение между Россией и НАТО увеличивает значение таких объектов и одновременно делает особенно важными их защиту, кибербезопасность и готовность к гибридным угрозам.

Наиболее реалистичные риски для Греции связаны не с прямой ракетной атакой, а с кибератаками, диверсиями, повреждением коммуникаций, вмешательством в работу портов и энергетической инфраструктуры, а также распространением дезинформации.

Материал подготовлен на основании сообщений Reuters, Associated Press, The Wall Street Journal, The Washington Post, CBS News, The Guardian, Pronews, издания «Страна», а также публичных комментариев Дональда Трампа, Дмитрия Пескова, Бет Саннер, Игоря Мосийчука и других источников. Ни одна из изложенных версий, кроме самого факта контактов директора ЦРУ с представителями российских спецслужб, официально не подтверждена.