Диссертация о «первенстве» Константинополя: спор, который придется решать

Игумен Дионисий (Шлёнов) 30 июня 2026 года защитил докторскую диссертацию «В защиту соборного устройства Православной Церкви: теория первенства Константинопольского патриарха и её критика». Все 16 участвовавших в тайном голосовании членов объединённого диссертационного совета поддержали присуждение ему степени доктора богословия.

Поводом для нового внимания к работе стала большая аналитическая публикация Союза православных журналистов. СПЖ рассматривает диссертацию в контексте украинского церковного конфликта и противостояния между УПЦ, ПЦУ, Константинопольским и Московским патриархатами.

Исследование объёмом 1300 страниц

Масштаб работы необычен даже для докторской диссертации: около 1300 страниц и 1408 позиций в библиографии. Автор прослеживает развитие представлений о первенстве на протяжении церковной истории и подробно рассматривает аргументы обеих сторон.

В центре исследования находятся 34-е Апостольское правило, 9-е, 17-е и 28-е правила Халкидонского собора, история церковных апелляций, порядок предоставления автокефалии, управление православной диаспорой и содержание титула «Вселенский».

Дионисий анализирует понятия «первый», «глава» и «Церковь-Мать», а также византийские и поствизантийские прецеденты. Особое место отведено трудам греческих богословов — как сторонников расширенного понимания полномочий Константинополя, так и их оппонентов.

Среди рассматриваемых авторов — митрополит Иоанн Зизиулас, митрополит Григорий Папатомас, митрополит Кирилл Катерелос и архиепископ Макарий Гриниезакис. Поэтому работу нельзя свести только к повторению официальной позиции Московского патриархата, хотя её исходная установка и итоговые выводы очевидно близки московской стороне.

Официальные оппоненты признали масштаб собранного материала, одновременно указав на спорность отдельных положений. Таким образом, диссертация не завершает дискуссию, а систематизирует аргументы для её продолжения.

Первенство чести или реальные полномочия

Главный вывод Дионисия состоит в том, что Константинопольский патриарх обладает первенством чести, но это положение не создаёт универсальной судебной и административной власти над остальными Поместными церквами.

Автор последовательно оспаривает следующие приписываемые Константинополю исключительные права:

• принимать апелляции от иерархов других автокефальных Церквей;
• быть высшей общецерковной судебной инстанцией;
• единолично предоставлять автокефалию;
• управлять всей православной диаспорой;
• обладать исключительным правом созыва межправославных совещаний;
• сохранять особую власть над Церквами, получившими от него автокефалию.

Позиция Константинополя выглядит иначе. Фанар утверждает, что речь идёт не о подобии католического папства и не об абсолютной монархической власти, а о канонических обязанностях первого престола.

В официальном изложении Константинополь связывает право апелляции с 9-м, 17-м и 28-м правилами Халкидонского собора, византийской канонической традицией и историческими случаями обращения других Церквей к Вселенскому престолу.

Фанар называет этот механизм не способом подчинения других Церквей, а «предохранительным клапаном», необходимым для разрешения конфликтов и восстановления церковного мира. Именно здесь проходит центральная линия спора: являются ли приведённые примеры проявлением универсальной юрисдикции или добровольным обращением к авторитетному первому престолу в конкретных исторических обстоятельствах.

Украина: когда теория превратилась в практику

Украинский вопрос стал главным современным испытанием обеих концепций. 11 октября 2018 года Синод Константинопольского патриархата подтвердил намерение предоставить Украине автокефалию, восстановил ставропигию в Киеве, принял апелляции Филарета Денисенко и Макария Малетича и отменил обязательную силу решения 1686 года.

Фанар утверждает, что акт 1686 года позволял Московскому патриарху только рукополагать избранного в Киеве митрополита по икономии, но не передавал Киевскую митрополию окончательно. Москва, УПЦ и автор диссертации считают, что передача имела полный и необратимый характер.

В отдельном исследовании, позднее включённом в диссертацию, Дионисий пришёл к выводу, что акт 1686 года «носил невозвратный характер и не может быть подвергнут пересмотру».

Константинополь, напротив, в решении от 11 октября 2018 года заявил, что отменяет юридическую силу грамоты, принятой для обстоятельств своего времени.

Созданная при решающем участии Фанара ПЦУ получила Томос 6 января 2019 года. В нём Константинополь назвал новую структуру своей духовной дочерью, сохранил за собой полномочия в отношении украинской диаспоры и возможность рассмотрения апелляций.

ПЦУ признали Константинопольский и Александрийский патриархаты, Элладская и Кипрская церкви. Большинство других общепризнанных Поместных церквей такого решения не приняли. Русская церковь прекратила евхаристическое общение с Константинополем, а затем ограничила общение с признавшими ПЦУ иерархами других Церквей.

Для сторонников Фанара Томос стал восстановлением исторической справедливости и ответом на запрос независимого украинского государства. Для УПЦ и Московского патриархата — вмешательством на чужую каноническую территорию и легализацией раскола без покаяния и согласия признанной на тот момент канонической Церкви.

Почему этот спор особенно важен для Греции

Для Греции дискуссия не является внешним конфликтом между Москвой и Киевом. Константинопольский патриархат занимает центральное место в греческом православном мире, а Элладская церковь в 2019 году признала право Фанара предоставить Украине автокефалию и вступила в общение с главой ПЦУ Епифанием.

Однако решение не устранило разногласий среди греческих иерархов и канонистов. Одни считают поддержку Вселенского патриархата исторической и церковной обязанностью греческих Церквей. Другие опасаются, что расширительное толкование полномочий первого престола меняет соборное устройство всего Православия.

Последствия уже вышли за пределы богословия: были нарушены связи с Русской церковью, осложнились паломнические и межцерковные отношения, а греческих иерархов фактически поставили перед необходимостью выбирать сторону.

Поэтому исследование, созданное в Москве, нельзя автоматически отвергать только из-за его происхождения. Но столь же неправильно рассматривать его выводы как окончательный и беспристрастный приговор Фанару. Для серьёзной дискуссии необходим сопоставимый ответ греческих богословских школ и самого Константинопольского патриархата.

Спор, который придётся решать соборно

Главная ценность диссертации Дионисия заключается не в жёсткости отдельных формулировок, а в постановке фундаментального вопроса: кто и каким образом принимает обязательные для всего Православия решения.

Константинополь считает, что без реального первенства Православие рискует превратиться в федерацию изолированных национальных Церквей, неспособных разрешать общие кризисы. Его оппоненты отвечают, что первенство без согласованных границ способно перерасти в наднациональную власть, несовместимую с соборностью.

Автор диссертации надеется, что его работа сможет послужить восстановлению утраченного единства. Это возможно только в том случае, если исследование станет не очередным оружием в межцерковной полемике, а поводом для содержательного ответа и открытого соборного обсуждения.