От слежки Predator к «Щиту Ахилла»: почему старые посредники вновь оказались рядом с оборонными миллиардами

Речь идёт уже не только о том, кто получит контракты на миллиарды евро, но и о том, может ли сеть посредников, связанная с незаконной слежкой за политиками, военными и журналистами, участвовать в формировании цифрового ядра национальной обороны.

Эта публикация продолжает материалы «Афинских новостей» «Греция передаёт Израилю ключи от своей ПВО» и «От Predator до “Щита Ахилла”: кто контролирует закрытые оборонные сделки Греции».

После решения КΥСЕА активировать программу «Щит Ахилла» стоимостью более 3 млрд евро главный вопрос заключается уже не только в технических характеристиках израильских систем SPYDER, Barak MX и David’s Sling.

Не менее важно установить, кто обеспечивает продвижение этих систем в Греции, какие связи существуют между оружейными посредниками и участниками дела Predator и почему эта сеть не стала предметом полноценной парламентской и судебной проверки.

Человек, объединяющий две истории

В центре публикации греческого издания pronews находится предприниматель Ставрос Комнопулос, основатель компании Kestrel.

На протяжении десятилетий Kestrel занималась представительством иностранных оборонных компаний в Греции. Комнопулоса называют греческим представителем израильских Rafael Advanced Defense Systems и Aeronautics Defense Systems.

Rafael производит или участвует в производстве нескольких систем, закупаемых или продвигаемых для греческих Вооружённых сил:

• дальнобойных ракет Spike NLOS;
• реактивной системы залпового огня PULS;
• зенитного комплекса SPYDER;
• противоракетной системы David’s Sling.

Но имя Комнопулоса появляется не только в истории оборонных контрактов. Оно также фигурирует в публикациях и материалах, связанных с размещением в Греции компании Intellexa и её шпионского программного обеспечения Predator.

Как Kestrel оказалась рядом с Intellexa

Одним из наиболее конкретных эпизодов является размещение в Афинах израильского программиста Ротема Фаркаша, которого связывают с разработкой Predator и компанией Cytrox.

Фаркаш поселился в квартире в районе Палео-Фалиро. Согласно документам и журналистским расследованиям, расходы по аренде жилья оплачивала компания Kestrel.

Связанная с ней компания Rafnar Hellas, согласно опубликованному частному договору, выступила гарантом по аренде помещений, использовавшихся Intellexa в районе Эллинико.

В тот период управляющим и совладельцем Rafnar Hellas назывался Панайотис Тамвакидис, родственник Комнопулоса, одновременно занимавший руководящую должность в Kestrel. Компании также связывал общий адрес на проспекте Кифисиас.

Таким образом, структуры, связанные с Kestrel, оказывали людям Intellexa практическую помощь с жильём и созданием инфраструктуры в Греции.

Это позволяет поставить вопрос о том, выполняла ли Kestrel роль местного посредника и организатора первоначального размещения Intellexa.

Однако оплата аренды сама по себе ещё не доказывает участия в незаконном применении Predator. Для более серьёзного вывода необходимы доказательства того, что руководство Kestrel знало, для каких операций создавалась эта инфраструктура.

Феликс Битзиос и Яннис Лавранос

В материалах дела также утверждается, что Комнопулос мог познакомить представителей израильского бизнеса с предпринимателем Феликсом Битзиосом.

Битзиос стал одним из центральных участников греческой истории Intellexa. Его деловые структуры были связаны с компанией, занимавшейся Predator, а позднее он оказался среди обвиняемых по делу о незаконной слежке.

Подробно о скрытой структуре управления Intellexa и Krikel, подставных директорах и роли Битзиоса и Лавраноса «Афинские новости» писали в материале «Судебный процесс над компаниями Intellexa–Krikel по делу Predator».

В той публикации были рассмотрены:

• предполагаемая реальная роль Янниса Лавраноса в управлении Krikel;
• использование подставных руководителей и фиктивных структур;
• связи Krikel с государственными контрактами;
• контакты сотрудников Intellexa с офисами Krikel;
• роль Феликса Битзиоса в общей корпоративной сети.

Компания Krikel была связана с обслуживанием системы цифровой связи TETRA греческой полиции. Поэтому речь шла не просто о частных предпринимателях на рынке программного обеспечения, а о структурах, уже имевших доступ к государственным системам безопасности.

Суду пришлось самому расширять расследование

Во время процесса выяснилось, что целый ряд ключевых свидетелей и обстоятельств не был полноценно исследован на досудебной стадии.

В статье «Как в Греции пытались “отмыть” связь ΕΥΠ и Predator, но суд начал вытаскивать скелеты из шкафа» рассказывалось, как суд вызвал дополнительных свидетелей, которых следствие ранее не сочло необходимым допросить.

Среди них оказались люди, связанные с:

• созданием Intellexa в Греции;
• технической инфраструктурой Predator;
• эвакуацией оборудования из дата-центров;
• компаниями Krikel и Intellexa;
• контрактами с государственными силовыми структурами;
• возможными операторами системы слежки.

Сам факт того, что суду пришлось восполнять пробелы расследования, усилил сомнения в том, что первоначальная проверка была направлена на установление всей цепочки ответственности.

Суд установил незаконное использование Predator

В феврале 2026 года Афинский суд признал Таля Дилиана, Сару Александру Хаму, Феликса Битзиоса и Янниса Лавраноса виновными по делу о незаконных прослушках с использованием Predator.

Подробности судебного решения изложены в публикации «126 лет лишения свободы… условно: фигуранты дела Intellexa остаются на свободе до апелляции».

Каждому из четырёх подсудимых было назначено совокупное наказание в размере 126 лет и 8 месяцев лишения свободы, из которых исполнению подлежат восемь лет. Исполнение наказания было приостановлено до рассмотрения апелляции.

Подсудимых признали виновными по эпизодам, связанным с:

• незаконным доступом к информационным системам;
• нарушением тайны телефонной связи;
• вмешательством в системы хранения персональных данных;
• незаконной обработкой персональной информации.

Следовательно, незаконное использование Predator в Греции является уже не только журналистским предположением. Оно установлено решением суда первой инстанции, хотя приговор ещё может быть пересмотрен апелляционным судом.

Международную реакцию на решение и оценки дела как «греческого Уотергейта» «Афинские новости» собрали в отдельной публикации «“Греческий Уотергейт”: международные СМИ о приговоре по делу Predator».

Дилиан признал продажу Predator греческим властям

Особенно важное развитие появилось в июле 2026 года.

В иске о клевете, поданном в Израиле, основатель Intellexa Таль Дилиан указал, что Predator был продан государственным структурам Греции.

Подробно содержание судебного документа разобрано в публикации «Predator был продан греческим властям: новое признание в иске Таля Дилиана».

Дилиан разделяет два обстоятельства:

• продажу системы государственным органам Греции, которую он называет законной;
• дальнейшее незаконное использование Predator, ответственность за которое он отрицает.

Иными словами, основатель Intellexa заявляет: система была передана государственному покупателю, но после продажи он якобы не контролировал её применение.

Это утверждение прямо противоречит прежней позиции греческого правительства о том, что государственные органы не приобретали Predator.

Пока не установлено, какое именно ведомство выступило покупателем, кто подписал договор, из какого бюджета была оплачена система и кто получил оперативный доступ.

Жертвы Predator требуют компенсации

После вынесения приговора жертвы незаконной слежки начали готовить гражданские иски против Дилиана, Intellexa и других участников сети.

Об этом «Афинские новости» сообщали в материале «Жертвы Predator готовят иски против Дилиана и Intellexa».

В числе предполагаемых истцов назывались журналисты и другие люди, чьи телефоны подверглись заражению.

Эти процессы могут привести к раскрытию новых документов, переписки и финансовых связей, которые не были исследованы в рамках первого уголовного дела.

Особое значение имеют утверждения Дилиана о наличии документов греческих государственных органов, подтверждавших эффективность Predator и помогавших продвигать его на рынках третьих стран.

От прослушек к оборонным контрактам

На этом фоне возвращение тех же коммерческих связей в историю крупных оборонных контрактов становится проблемой национальной безопасности.

За последние годы израильские компании получили или приблизились к получению сразу нескольких стратегических программ:

• Spike NLOS для поражения наземных и морских целей;
• PULS для дальнобойной реактивной артиллерии;
• SPYDER для противовоздушной обороны;
• David’s Sling для противоракетной защиты;
• радиолокационные и командные компоненты «Щита Ахилла»;
• программное обеспечение для объединения всей системы.

Если Spike NLOS и PULS являются отдельными видами вооружений, то «Щит Ахилла» должен стать цифровой нервной системой всей греческой ПВО.

Именно поэтому связь местных представителей производителей с людьми и структурами из истории Predator не может рассматриваться как незначительная коммерческая подробность.

Следили ли за участниками оборонных закупок

Среди целей Predator находились политики, военные, государственные чиновники, предприниматели и журналисты.

Ранее «Афинские новости» подробно сообщали о масштабах слежки в публикации «Слушали всех: новый виток скандала с прослушкой оппозиции и журналистов».

Некоторые цели были непосредственно или косвенно связаны с:

• руководством Вооружённых сил;
• силовыми ведомствами;
• государственными закупками;
• контролем деятельности правительства;
• расследованием оборонных и технологических контрактов.

Это создаёт необходимость проверить, не использовался ли Predator для:

• получения информации о позиции военного руководства;
• контроля чиновников, рассматривавших предложения поставщиков;
• выявления противников определённых контрактов;
• получения сведений о предложениях конкурентов;
• давления на журналистов и политиков;
• наблюдения за участниками судебных расследований.

Публичных доказательств того, что Ставрос Комнопулос лично использовал Predator для продвижения систем Rafael, пока нет.

Но наличие деловых пересечений между Kestrel и инфраструктурой Intellexa делает эту версию предметом, который следствие обязано либо подтвердить, либо убедительно исключить.

Роль посредника не исчезает при межгосударственном соглашении

Правительство может утверждать, что контракты заключаются непосредственно между государствами, а потому частные посредники не играют решающей роли.

Но межгосударственная форма сделки не отменяет деятельность представителей производителя.

Они могут:

• организовывать презентации и переговоры;
• поддерживать контакты с чиновниками и военными;
• продвигать конкретную техническую архитектуру;
• участвовать в формировании требований;
• подбирать местных субподрядчиков;
• согласовывать обслуживание;
• влиять на распределение промышленного участия.

Если местный представитель производителя ранее фигурировал в материалах дел о коррупции или связан с инфраструктурой незаконной слежки, межгосударственная вывеска не должна превращаться в стиральную машину для его репутации.

Показания Андониса Кантаса

Имя Комнопулоса ранее появлялось в показаниях бывшего заместителя руководителя Генерального управления оборонных инвестиций и вооружений Андониса Кантаса.

После своего ареста Кантас заявил следователям, что получил от Комнопулоса 400 000 евро в связи с программой закупки ракет Exocet MM40 Block 2 для Военно-морских сил.

Это утверждение содержалось в показаниях Кантаса и не равнозначно вступившему в силу обвинительному приговору Комнопулосу.

Однако столь серьёзное заявление бывшего чиновника, непосредственно участвовавшего в оборонных закупках, должно было сделать участие того же посредника в новых стратегических контрактах предметом особенно строгой проверки.

Kestrel и дело Super Puma

Компания Kestrel фигурировала и в расследовании закупки вертолётов Super Puma.

В прокурорских материалах Kestrel и офшорная структура Malwern, связанные со Ставросом Комнопулосом и Александросом Цацосом, назывались посредниками в соответствующем контракте.

Следствие изучало денежные переводы через офшорные структуры, часть которых была связана с бывшим лидером партии ЛАОС Йоргосом Каратзаферисом.

Каратзаферис позднее был осуждён за нарушения, связанные с декларациями имущественного положения, но не за получение взятки по самому оборонному контракту.

И этот эпизод не доказывает автоматически виновность Комнопулоса в новых сделках. Но он усиливает необходимость полной проверки его роли и финансовых интересов.

Что Комнопулос говорил прокуратуре

Особое внимание вызывает содержание показаний Комнопулоса, данных прокуратуре в декабре 2022 года.

Согласно опубликованным выдержкам, он заявил, что не знаком с Талем Дилианом и Шахаком Авни, не сотрудничал с ними, а Феликса Битзиоса и Янниса Лавраноса знает лишь ограниченно.

Одновременно существуют документы, которые, как утверждается, связывают Kestrel и Rafnar Hellas с оплатой жилья Фаркаша и предоставлением гарантий для размещения Intellexa.

Если подлинность этих документов подтверждена, следствию необходимо установить:

• кто принимал решение об оплате;
• знал ли об этом Комнопулос;
• какие отношения существовали между компаниями;
• почему эти обстоятельства не были отражены в его ответах;
• были ли показания проверены по корпоративным и банковским документам.

Исходная греческая публикация утверждает, что Комнопулос дал заведомо ложные показания. Юридически такой вывод может сделать только суд. Но противоречие между показаниями и опубликованными документами действительно требует нового процессуального объяснения.

Почему некоторые связи остались за пределами расследования

Авторы греческого материала обращают внимание на то, что в заключении прокурора Ахиллеаса Зисиса якобы не получили достаточного отражения:

• роль Kestrel;
• размещение Ротема Фаркаша;
• участие Rafnar Hellas;
• контакты с представителями Intellexa;
• возможное содействие созданию инфраструктуры Predator.

На основании этого pronews делает вывод о политической защите людей, необходимых для продвижения израильских вооружений.

Прямых доказательств вмешательства правительства в прокурорское расследование опубликовано не было.

Однако отсутствие ясного ответа на документально подтверждаемые связи закономерно подрывает доверие к расследованию.

ПАСОК требует парламентского расследования

Вопрос о незавершённости расследования Predator остаётся и в политической повестке.

ПАСОК объявлял о намерении добиваться создания парламентской комиссии по делу о прослушках. Об этой инициативе «Афинские новости» сообщали в статье «ПАСОК готовит парламентскую комиссию по прослушкам».

Главным основанием для такого требования остаётся отсутствие ответа на вопрос, кто именно заказал и координировал слежку.

Теперь к этому добавляется новый вопрос: пересекались ли интересы сети Predator с подготовкой и продвижением крупнейших оборонных контрактов.

От политического скандала к национальной безопасности

Первоначально дело Predator воспринималось как политический скандал, связанный с наблюдением за оппозицией, журналистами и государственными чиновниками.

Но пересечение тех же деловых кругов с оборонными закупками меняет масштаб проблемы.

Если система слежки использовалась против людей, принимавших решения о закупках или контролировавших их, Predator мог стать не только инструментом политического наблюдения, но и средством получения коммерческого и стратегического преимущества.

Это пока версия, а не установленный судом факт.

Но проверить её необходимо именно потому, что возможные последствия затрагивают:

• выбор систем вооружения;
• формирование технических требований;
• межгосударственные переговоры;
• условия контрактов;
• распределение субподрядов;
• позицию политического и военного руководства;
• работоспособность будущей ПВО.

Кто будет контролировать исходный код

Министр национальной обороны Никос Дендиас заявил, что Греция намерена получить исходный код и сохранить национальный контроль над «Щитом Ахилла».

Но пока неизвестно, что именно будет закреплено в окончательных контрактах.

Полный национальный контроль должен означать, что Греция сможет:

• самостоятельно изменять программное обеспечение;
• проверять код на скрытые функции;
• обновлять базы угроз;
• интегрировать системы других производителей;
• ремонтировать ключевые компоненты;
• использовать комплекс без постоянного участия поставщика.

Если Афины получат только ограниченный доступ к интерфейсам, а критические модули останутся закрытыми, фактический контроль сохранит производитель.

После Predator обещаний о цифровой независимости недостаточно. Необходим независимый технический аудит и точное описание прав Греции в контракте.

Что необходимо проверить до подписания контрактов

До окончательной передачи миллиардов и цифрового ядра ПВО необходимо провести независимую проверку:

• роли Kestrel и связанных компаний в размещении Intellexa;
• контактов Комнопулоса с представителями сети Predator;
• платежей за жильё и инфраструктуру сотрудников Intellexa;
• пересечения целей Predator с участниками оборонных закупок;
• участия представителей Rafael в формировании требований «Щита Ахилла»;
• сравнения израильского предложения с американскими и европейскими системами;
• получателей греческих субподрядов;
• реального содержания передачи исходного кода;
• стоимости обслуживания и боеприпасов;
• возможности самостоятельной эксплуатации системы.

Совпадений стало слишком много

Каждый эпизод можно попытаться объяснить отдельно.

Kestrel оплачивала жильё специалисту, связанному с Cytrox, — возможно, обычная деловая услуга. Связанная компания гарантировала аренду Intellexa — возможно, коммерческое содействие. Комнопулос был знаком с Битзиосом и Лавраносом — мир греческих государственных контрактов действительно тесен.

Та же Kestrel представляет компанию, связанную со Spike NLOS, PULS и системами будущей ПВО, — снова можно объявить совпадением.

Но когда отдельные совпадения выстраиваются в устойчивую цепочку, государство обязано перестать делать вид, будто перед ним случайно рассыпавшаяся коробка визитных карточек.

Необходимо установить, являлась ли эта сеть только коммерческим посредником или использовала политические связи и доступ к информации для влияния на государственные решения.

«Щит Ахилла» не должен стать щитом для посредников

Греции нужна современная защита от ракет, беспилотников и авиации. Устаревшие системы необходимо заменять, а разрозненные комплексы — объединять.

Но именно стратегическое значение проекта требует максимальной прозрачности.

Нельзя передавать цифровое ядро национальной обороны компаниям и посредникам, не ответив предварительно на вопросы об их роли в крупнейшем скандале незаконной слежки современной Греции.

Этого ещё недостаточно для обвинительного приговора по делу о сговоре вокруг вооружений.

Но этого более чем достаточно для полноценного парламентского, судебного, финансового и технического расследования.

Если все связи являются обычными деловыми контактами, проверка это подтвердит.

Если же Predator использовался для наблюдения за теми, кто контролировал оборонные закупки, Греция столкнулась не просто со скандалом незаконной слежки.

Она столкнулась с возможностью того, что инструмент тайного контроля помогал формировать решения, от которых теперь зависит безопасность всей страны.

В таком случае правительство передаёт ключи от греческой ПВО не просто иностранным производителям. Оно передаёт их сети посредников, влияние и методы которой государство до сих пор не захотело исследовать до конца.