Гигантский долг и будущие пенсии: куда делись деньги фонда ΕΦΚΑ?

Греческая экономика сегодня живёт в странной двойной реальности. В одной власти говорят о профицитах, росте экономики, улучшении кредитных рейтингов и постепенном снижении отношения долга к ВВП. В другой остаётся огромный номинальный долг, зависимость бюджета от постоянного роста и тревожный вопрос: кто будет платить будущие пенсии, если нынешняя конструкция начнёт давать сбои?

Публикации о том, что Греция якобы уже подошла к «триллионному национальному дефициту», смешивают разные показатели и создают картину финансового конца света, где калькулятор, видимо, уволился ещё до первого абзаца. Но это не значит, что проблем нет. Они есть, и вполне реальные.

По данным Организации управления государственным долгом Греции, государственный долг по маастрихтской методике на конец 2025 года составлял около 360,5 млрд евро, или 146,1% ВВП. По состоянию на 31 марта 2026 года показатель оставался примерно на том же уровне, при этом у государства сохранялся значительный денежный резерв.

Одновременно показатель долга центрального правительства оказался выше и достиг примерно 406 млрд евро. Это не означает, что в стране внезапно возникла новая «дыра» на десятки миллиардов. Просто речь идёт о разных способах подсчёта: маастрихтский долг отражает консолидированный долг сектора госуправления, а долг центрального правительства включает более широкий набор обязательств.

Почему долг снижается на графике, но не исчезает в жизни

Власти любят показывать отношение долга к ВВП. Этот показатель действительно снижается, потому что экономика растёт, инфляция поднимает номинальный ВВП, а бюджет показывает первичные профициты. Но сам номинальный долг остаётся колоссальным.

Именно здесь начинается главное противоречие. Греция может выглядеть лучше в брюссельской таблице, но это не отменяет того, что стране по-прежнему приходится обслуживать сотни миллиардов евро обязательств. Пока процентные ставки по старым европейским кредитам относительно низкие, а экономика растёт, система держится. Но она остаётся чувствительной к любому серьёзному замедлению, новому энергетическому кризису, росту ставок или падению доходов бюджета.

Профицит сам по себе не является доказательством финансовой безопасности. Профицит показывает, что государство в конкретный период собрало больше денег, чем потратило без учёта обслуживания долга. Но он не отменяет старые обязательства, не решает демографическую проблему и не создаёт автоматически устойчивую пенсионную систему.

Repos: не тайный заговор, но очень удобный внутренний кредит

Особое раздражение вызывает механизм repos, через который государство использует свободные средства организаций сектора госуправления, включая социальные фонды, больницы, муниципалитеты и другие государственные структуры.

Это не «секретная схема», о которой Брюссель якобы ничего не знает. Такие операции отражаются в государственных финансовых документах и учитываются в системе управления ликвидностью. Однако для обычного гражданина смысл от этого не становится менее тревожным: деньги фондов и организаций временно работают на нужды государства, а не лежат мёртвым грузом в отдельных кассах.

В ежегодных бюллетенях Министерства финансов подробно описывается использование краткосрочных операций repo между государством и организациями сектора общего управления. В годовом бюллетене Минфина эти операции прямо рассматриваются как часть управления ликвидностью государства.

Проблема не в самом существовании repos. Подобные инструменты используют многие государства. Вопрос в другом: насколько безопасно держать значительную часть ликвидности социальных фондов внутри общей финансовой машины государства, если эта машина одновременно обслуживает огромный долг и зависит от постоянных профицитов.

ΕΦΚΑ: не дефицит в 52 млрд, но проблема от этого не исчезает

Цифра в 52 млрд евро, которую некоторые публикации называют «дефицитом ΕΦΚΑ», некорректна. Речь идёт не о финансовой дыре фонда, а примерно об объёме задолженности работодателей и застрахованных перед системой социального страхования.

Иными словами, это деньги, которые должны ΕΦΚΑ, а не деньги, которых у ΕΦΚΑ якобы уже нет. Но радоваться здесь тоже особенно нечему: многомиллиардная задолженность перед фондом означает, что значительная часть будущих пенсионных обязательств опирается на взносы, которые пока существуют лишь на бумаге.

При этом даже официальные прогнозы не выглядят безоблачными. В публикациях о среднесрочных бюджетных оценках указывалось, что e-ΕΦΚΑ может вновь столкнуться с дефицитом после 2029 года. Об этом писала Kathimerini, ссылаясь на бюджетные прогнозы и демографические тенденции.

То есть сегодняшняя ситуация не выглядит как немедленный обвал пенсионной системы. Но она и не даёт оснований для успокоительных речей. Старение населения, сокращение числа работающих, рост числа пенсионеров и нестабильная база страховых взносов постепенно подтачивают конструкцию, которая и без того держится на постоянной бюджетной поддержке.

Предупреждения Банка Греции

Глава Банка Греции Яннис Стурнарас неоднократно говорил о демографическом риске, который угрожает пенсионной системе и экономике в целом. Речь идёт не о завтрашнем коллапсе, а о долгосрочной математике: меньше работающих, больше пенсионеров, больше расходов на здравоохранение и социальную защиту.

Эта проблема особенно опасна тем, что её нельзя решить одной приватизацией, разовой продажей актива или очередным повышением взносов. Демография не реагирует на пресс-релизы. Она просто медленно делает систему дороже и слабее.

Греция не на пороге банкротства, но запас прочности ограничен

Говорить, что Греция сегодня находится в положении хуже 2010 года, было бы неверно. У страны другой график выплат, более длинные сроки погашения европейских кредитов, выше денежные резервы, лучше доступ к рынкам и более устойчивый банковский сектор.

Но и повторять, что «кризис закончился», тоже слишком удобно. Он просто поменял форму. Вместо немедленной угрозы дефолта появилась более тихая зависимость от роста экономики, туристических доходов, европейских фондов, бюджетных профицитов и способности государства собирать налоги без окончательного удушения работающих людей и малого бизнеса.

Будущая устойчивость пенсионной системы будет зависеть не от красивых цифр в презентациях, а от более скучных вещей: сколько людей реально работает, сколько платит взносы, сколько долгов удаётся взыскать с работодателей и насколько государство способно не превращать средства социальных фондов в вечный источник внутреннего кредитования.

Проблема Греции сегодня не в том, что страна уже рухнула под долгом. Проблема в том, что она всё ещё живёт с долгом, который требует почти идеального сочетания роста, дисциплины, дешёвого финансирования и политической стабильности. История показывает: такие сочетания редко длятся вечно. Впрочем на этом и строился весь рассчет... 

Материал подготовлен на основе данных PDMA, Министерства финансов Греции, Банка Греции и публикаций Kathimerini.