Тирания меньшинства: как Новая демократия управляет Грецией

Спустя годы современные неолибералы начали говорить о «тирании меньшинства», утверждая, что мы слишком много внимания уделяем правам меньшинств и что нужно сосредоточиться на желаниях большинства «нормальных людей». Это попытка ответить крайне правым, присваивая их позиции.

Однако существует и другая опасность — настоящая «тирания меньшинства», которую мы обсуждаем недостаточно. Я имею в виду риск того, что политическую повестку страны будет определять меньшинство общества, которое в основном считает, что всё идёт хорошо.

Объясняю: если взглянуть на опросы общественного мнения, не ограничиваясь только намерениями голосовать, можно заметить явную поляризацию между большинством, которое недовольно, тревожится о будущем, осуждает правительство, считает, что страна движется в неправильном направлении и не испытывает оптимизма, и меньшинством, которое положительно оценивает работу правительства и премьер-министра, считает, что всё идёт в правильном направлении и оптимистично настроено относительно своего личного положения.

Первая группа — большинство, но она противоречива, раздроблена в своих политических предпочтениях, по сути не имеет представительства (это видно по распределению голосов между различными оппозиционными силами), и значительная её часть склоняется к апатии и абсентеизму.

Вторая группа, напротив, более организованна, сплочённа и последовательна в своём политическом поведении, составляя сегодня электоральную базу Новой Демократии. Именно эта «сплочённость» позволяет ей стабильно обеспечивать Новой Демократии первое место, даёт партии право называть себя самой мощной политической силой и подпитывает «бегство вперёд» нынешнего правительства с его непрерывными законодательными инициативами, часто в откровенно авторитарном направлении, а также с попытками фактически контролировать повестку общественной дискуссии — например, искусственно раздувая проблему мнимой анархии в университетах.

И здесь кроется опасность: в сочетании сплочённого социального меньшинства и партии, которая действительно способна его представлять. Не стоит сомневаться: эта связь не просто «коммуникационная» — правительство действительно принимает решения, которые благоприятствуют этим слоям и их интересам, и распределение государственных расходов играет в этом свою роль.

И я говорю об опасности, потому что проблема не только в том, что Новая Демократия, похоже, способна продолжать управлять, возможно, с парламентской поддержкой либо справа, либо из «центро-левого» спектра. В конце концов, это всегда возможно в рамках правил парламентской демократии.

Проблема в том, закрепится ли ситуация, при которой политическая система будет в основном представлять интересы меньшинства, приводя социальное большинство к своеобразному структурному политическому исключению и постоянному подчинённому положению.

Чтобы избежать недоразумений, я не игнорирую тот факт, что на протяжении десятилетий правительства перестали представлять политические проекты для большинства, то есть для народных слоёв и среднего класса. Возможно, нам нужно вернуться к правительствам Андреаса Папандреу в 1980-х или, по крайней мере, к изначальному намерению СИРИЗА противостоять меморандумам, чтобы найти такие примеры. Однако даже Новая Демократия прежних времён или ПАСОК эпохи Костаса Симитиса или Георгиоса Папандреу были партиями, которые, несмотря на свой «системный» характер, признавали существование народных классов с их интересами и тревогами, а значит, должны были демонстрировать и «социальное лицо».

Напротив, именно в эпоху меморандумов была институционализирована логика, согласно которой сферы политики должны быть очищены от любых ссылок на народные интересы, и считалось, что единственным обещанием может быть лишь «нормальность» и «развитие».

Но в какой-то момент стало очевидно, что «нормальность» и «развитие» не означают ни справедливости, ни перераспределения богатства, ни сокращения неравенства, ни расширения возможностей для всех. Напротив, они могли, при определённых решениях, привести к неравному, поляризованному обществу, где сильное меньшинство воспроизводит своё благополучие за счёт других социальных слоёв. Именно это, в общем-то, и происходит сейчас, на фоне кризиса оппозиции, который делает это меньшинство и политически доминирующим.

И это как раз указывает на сегодняшнюю политическую проблему или, если хотите, на демократический вопрос: необходимость предотвратить сценарий, при котором одна треть решает за остальные две трети. Но также и на реальный политический вызов: создать социальные и политические процессы, прежде всего «снизу вверх», которые одновременно вновь сделают раздробленное социальное большинство народом с общим видением и сформируют политические силы, способные снова сделать его доминирующим.

Мнение автора может не отражать мнение редакции.