В Великобритании колониализм так и не закончился

Однако мы не вникаем в суть проблемы. И дело не только в том, что Великобритания несправедлива к Греции или не признает обязательства возвращать древности в страну происхождения. Суть проблемы в том, что колониализм в Великобритании так и не закончился.

Ведь захват мраморных скульптур Парфенона, который британцы упорно пытаются представить, как законную для того времени сделку между лордом Элджином и османскими властями, был частью такой колониальной логики.

Мы привыкли восхищаться великими музеями в европейских столицах, в Париже, Берлине и Лондоне, и забываем, когда и как они были построены. Мы забываем, что было время, когда европейские колонизаторы не только завоевывали территории мира или ставили их под свой контроль, но и обязательно собирали всевозможные трофеи, представляющие культуру завоеванных территорий.

Потом они утверждали, что делают это для распространения знаний, но на самом деле это был еще и способ подтвердить, что теперь "белые" доминируют над "туземцами". Большие коллекции древностей в этих музеях на самом деле являются памятниками колониализму, памятниками эпохе, которая включала в себя множество насильственных и жестоких практик.

Лорд Элгин приехал не для того, чтобы колонизировать Афины, а, по сути, как представитель великой колониальной державы, чтобы заключить сделку с представителями Османской империи, переживающей кризис, именно потому, что он считал, что как представитель "белого" Запада он может собрать древности, которые будут выставлены в колониальной метрополии.

Казалось бы сегодня Британской империи не существует. Но логика империи, культура и соответствующее восприятие реальности сохраняются. В одном из своих проявлений мы увидели это в том, как проходил Brexit. В значительной степени это была консервативная ностальгия по временам, когда Британия была великой империей и надежда на возвращение части этого величия. Сегодня мы видим это в том, как Британия настойчиво хочет заключить сделки со своими бывшими колониями, чтобы отправить туда людей, ищущих убежища.

Это объясняет, почему сегодня так много противников возвращения мраморных скульптур Парфенона. Это не страх, что Британский музей станет менее популярным, а страх, что он станет еще одним символическим напоминанием о том, что дни империи прошли.

И это также говорит о том, как мы должны упорствовать в своих требованиях. Недостаточно сказать, что теперь у нас есть хороший современный музей, куда мы можем их поместить. Главное - показать, что отказ от возвращения памятников идет рука об руку с отказом избавиться от колониального прошлого и его преступлений. Это также позволяет нам координировать свои действия со всеми теми силами, которые хотят, чтобы Британия, наконец, сделала шаг вперед.