«Это уже не Новая демократия»: зачем Самарас снова атакует Мицотакиса

Но теперь бывший премьер всё откровеннее ставит вопрос не о конкретных ошибках правительства, а о том, осталась ли нынешняя «Новая демократия» той партией, которой она была раньше.

Поводом для нового витка конфликта стала пресс-конференция Кирьякоса Мицотакиса на 90-й Международной выставке в Салониках. Премьер-министр дал понять, что пространства для примирения с Антонисом Самарасом практически не видит, и обвинил бывшего лидера НД в систематическом нанесении ущерба партии.

Ответ последовал почти сразу и был намного жёстче.

«Кто обладает экспертизой в нанесении ущерба партии, решает не семья Мицотакиса, а народ партии».

Самарас напомнил, что когда-то около 800 тысяч членов и сторонников «Новой демократии» избрали его лидером партии, а затем перешёл к прямой атаке на политическое наследие нынешнего премьера.

Он перечислил дороговизну, коррупцию, прямые государственные контракты, давление на средний класс, проблемы фермеров и регионов, миграцию, скандал ОПЕКЕПЕ, трагедию в Темпи, прослушки и внешнюю политику правительства.

Закончил Самарас фразой, которая намного важнее самого перечня претензий:

«Это не наша партия, господин Мицотакис. Это партия Мицотакиса».

Полный текст заявления приводит SKAI. Аналогичную формулировку публикуют in.gr и другие греческие СМИ.

Конфликт начался не вчера

Если читать эту историю только как реакцию Самараса на слова Мицотакиса в Салониках, можно потерять главное.

Их разрыв формировался постепенно. Самарас всё чаще публично спорил с курсом правительства по вопросам внешней политики, миграции, отношений с Турцией, социально-культурной повестки и функционирования государственных институтов.

К осени 2024 года противостояние дошло до открытого разрыва. После очередного жёсткого интервью Самарас был исключён из «Новой демократии». Kathimerini тогда прямо описывала произошедшее как результат «нарастающего открытого противостояния» между бывшим и действующим премьером.

Позднее Самарас пошёл ещё дальше. В одном из больших интервью он заявил, что НД превратилась из «партии принципов» в «партию владельца» и что нынешнее политическое образование уже не является той «Новой демократией», которую он знал.

«Афинские новости» уже отмечали, что для Мицотакиса возможный самостоятельный политический проект Самараса опасен не потому, что бывший премьер обязательно способен выиграть выборы, а потому, что он способен отнять у НД несколько критически важных процентов правого электората.

На нашем Telegram-канале мы также неоднократно обращали внимание на то, что потенциальные новые проекты справа становятся для НД всё более серьёзной проблемой — особенно на фоне снижения лояльности традиционного консервативного электората.

Самарас и Караманлис: критика похожая, стратегия разная

Здесь особенно важно сравнение Антониса Самараса с другим бывшим премьер-министром и бывшим лидером НД — Костасом Караманлисом.

Караманлис также неоднократно дистанцировался от отдельных решений правительства и критиковал положение с институтами, внешнюю политику и некоторые стратегические решения. Но он значительно реже превращает разногласия в открытую персональную войну.

Самарас действует иначе.

Он систематически выносит конфликт на поверхность, персонализирует ответственность и напрямую обвиняет Мицотакиса в изменении идеологического характера партии.

При этом даже внутри так называемого караманлисского крыла далеко не все готовы следовать за Самарасом. В феврале 2026 года Kathimerini отмечала, что после особенно резкой формулировки Самараса — «Мицотакис есть хаос» — часть традиционно близких к Караманлису депутатов НД публично дистанцировалась от бывшего премьера.

Это важное ограничение его возможностей: критика Мицотакиса внутри традиционного правого лагеря существует, но она далеко не автоматически превращается в поддержку Самараса.

Чего на самом деле добивается Самарас?

Однозначного ответа пока нет.

Есть как минимум три возможных сценария.

Первый: Самарас пытается добиться политического ослабления самого Мицотакиса и сформировать внутри правого лагеря запрос на смену руководства.

Второй: его давление должно вернуть НД вправо — к более жёсткой позиции по Турции, миграции, национальным вопросам и консервативной социальной политике.

Третий: конечной целью остаётся отдельный политический проект, который сможет собрать часть бывшего электората НД.

Возможность создания новой партии Самарас сам до сих пор окончательно не исключил. И именно этот сценарий больше всего беспокоит руководство НД.

Почему сейчас конфликт опаснее, чем несколько лет назад

Три или четыре года назад Мицотакис мог позволить себе гораздо легче игнорировать внутреннюю критику.

Сегодня ситуация другая.

Правительство несёт политический груз сразу нескольких тяжёлых тем: дороговизны, Темпи, прослушек, ОПЕКЕПЕ, коррупционных обвинений, состояния региональной экономики и недовольства сельскохозяйственного сектора.

Одновременно правый электорат становится всё более раздробленным.

Именно поэтому конфликт с Самарасом теперь опасен не столько количеством его личных сторонников, сколько тем, куда он направляет недовольных избирателей НД.

Даже несколько процентов, ушедших от Мицотакиса вправо, могут окончательно разрушить его стратегическую цель — получение самостоятельного большинства на следующих парламентских выборах.

Война уже идёт не за кресло, а за наследство НД

Именно поэтому последнюю фразу Самараса нельзя рассматривать как очередное эмоциональное оскорбление.

Фраза «это партия Мицотакиса» фактически является политическим тезисом.

Самарас пытается разделить два понятия: историческую «Новую демократию» и нынешнее руководство партии.

Мицотакис, наоборот, пытается доказать, что именно его курс является современной версией НД, способной удерживать одновременно центр и правый электорат.

И здесь находится настоящее содержание их старого конфликта.

Речь уже давно идёт не только о личной неприязни двух бывших союзников и не только о конкретной политике правительства.

Это спор о том, кому принадлежит право определять, что сегодня означает быть избирателем «Новой демократии».

И чем ближе следующие выборы, тем труднее будет удерживать этот спор внутри партийной истории.