Грецию обвиняют в мягкости к теневому флоту России

Главное в нескольких пунктах

• Грецию обвиняют в слишком мягком подходе к контролю российского теневого флота, особенно на фоне более жёстких действий Франции.
• Афины участвуют в операции IRINI, но стараются избегать массовых задержаний судов без чётких юридических оснований.
• Греческие судовладельцы продолжают легально перевозить российскую нефть, если сделки соответствуют санкционным правилам и ценовому потолку.
• Судоходство имеет критическое значение для экономики Греции: греческий флот контролирует около пятой части мирового тоннажа.
• Главный конфликт заключается в выборе между санкционной политикой ЕС и защитой национальной отрасли, приносящей стране огромные доходы и влияние.

Осторожная позиция правительства Греции в отношении российского «теневого флота» вызывает растущее недовольство в Брюсселе и Париже. Европейские партнёры требуют активнее задерживать и досматривать подозрительные танкеры, тогда как Афины пытаются одновременно выполнять санкции и не ударить по судоходной отрасли, на которой держится значительная часть влияния и богатства страны.

О недовольстве ряда европейских столиц сообщило французское специализированное издание Intelligence Online. По его данным, в Брюсселе и Париже считают, что греческие власти могли бы делать больше для пресечения деятельности старых танкеров с непрозрачной собственностью, сомнительными флагами и недостаточным страховым покрытием.

Речь идёт о судах, которые перевозят российскую нефть, скрывают маршруты, неоднократно меняют владельцев и флаги либо используют страховку компаний, не способных покрыть последствия крупной аварии.

Однако само понятие «теневой флот» не является строгой юридической категорией. Под него могут попадать как суда, прямо внесённые в санкционные списки, так и формально законные танкеры, вызывающие подозрения из-за возраста, структуры собственности, флага или маршрута.

Франция перешла от заявлений к абордажу

В начале июня французские военно-морские силы при поддержке союзников задержали танкер Tagor, следовавший из российского Мурманска.

Французские власти заявили, что судно использовало недействительный камерунский флаг и было связано с перевозками российской нефти в обход западных ограничений. Танкер направили к французскому побережью для дальнейшего расследования.

Tagor стал уже четвёртым подобным судном, задержанным Францией. Ранее французские силы проводили операции против танкеров Grinch и Deyna, также подозревавшихся в использовании ложных флагов и обслуживании российского нефтяного экспорта.

Франция делает ставку на юридически более надёжную претензию: не пытается задерживать любое судно с российской нефтью, а ищет нарушения регистрации, флага, документов и международных правил безопасности.

Это позволяет Парижу представить операции не только как исполнение санкций, но и как защиту мореплавания от судов, фактически не имеющих надлежащей государственной юрисдикции.

Испанская операция не была задержанием танкеров

В исходных публикациях с этой историей связывают и операцию испанского военного флота у берегов Майорки. Однако это сравнение не вполне корректно.

В конце мая испанский патрульный корабль Rayo обнаружил южнее Майорки российскую группу, состоявшую из корвета, фрегата и судна снабжения, сопровождавших два торговых судна.

Испанцы отслеживали соединение во время его движения через море Альборан и Гибралтарский пролив, после чего передали наблюдение Португалии. Российские корабли не задерживали и не досматривали, нарушений международного права официально не зафиксировали.

Это была стандартная операция присутствия, наблюдения и сдерживания в рамках задач Испании и НАТО. Она демонстрирует растущее внимание к российскому морскому присутствию, но не является прямым примером борьбы с нефтяным теневым флотом.

Не Aspides, а IRINI

Греческая сторона в ответ на критику указывает на активное участие военно-морских сил страны в европейских операциях. Однако здесь необходимо различать две миссии, которые в некоторых публикациях смешали в одну.

Операция EUNAVFOR Aspides действует в Красном море и прилегающих водах. Её главная задача — защита торгового судоходства от атак хуситов. Она не предназначена для контроля над экспортом российской нефти.

Работа с подозрительными танкерами в Средиземном море возложена на операцию EUNAVFOR MED IRINI. Первоначально она была создана для контроля за соблюдением оружейного эмбарго в отношении Ливии.

Позднее её задачи расширили: IRINI начала отслеживать подозрительные суда, защищать морскую инфраструктуру и собирать сведения о возможной незаконной деятельности.

В июне 2026 года глава европейской дипломатии Кая Каллас заявила, что операция перешла от наблюдения к досмотрам судов, связываемых с российским теневым флотом.

Новые правила позволяют военным подниматься на борт при наличии обоснованных сомнений в подлинности флага или соблюдении международных норм.

Греция действительно участвует в операции

Обвинять Афины в полном бездействии было бы несправедливо. Греция и Италия каждые шесть месяцев поочерёдно принимают командование морской группой IRINI и предоставляют флагманские корабли, штабных офицеров и другие силы.

В апреле 2026 года смена командования операцией вновь состоялась на греческой военно-морской базе в Суде на Крите. Ранее греческие офицеры неоднократно руководили тактической группой IRINI.

По официальным данным ЕС, уже к маю операция занималась наблюдением за подозрительными судами и проверкой их государственной принадлежности в соответствии со статьёй 110 Конвенции ООН по морскому праву.

Проблема заключается не в отсутствии греческих кораблей, а в политической готовности переходить от наблюдения к систематическим задержаниям.

Афины подчёркивают, что досмотр торгового судна в международных водах требует ясных юридических оснований. Ошибка может привести к судебному иску, дипломатическому конфликту и обвинениям в нарушении свободы судоходства.

Этот аргумент нельзя полностью отвергать. Но европейские партнёры подозревают, что за юридической осторожностью скрывается ещё и нежелание создавать опасный прецедент для собственных судовладельцев.

Легальная нефть и теневые танкеры — не одно и то же

Особенно важно не смешивать два разных явления: перевозку российской нефти европейскими компаниями в рамках санкционных правил и деятельность настоящего теневого флота.

Греческие судовладельцы могут законно перевозить российскую нефть в третьи страны, если цена груза не превышает установленный потолок и участники сделки не находятся под санкциями.

В апреле 2025 года, после падения стоимости сорта Urals ниже тогдашнего потолка в 60 долларов за баррель, греческие компании вернулись на этот рынок. По данным Reuters, 15 из 25 танкеров, загруженных российской нефтью в ключевых портах в течение месяца, управлялись греческими операторами.

Среди них назывались Minerva Marine, Dynacom и TMS Tankers. Более поздние отраслевые базы также фиксировали перевозки российской нефти судами, связанными с New Shipping Ltd-Lib и Stealth Maritime Corp.

Сам факт перевозки российской нефти не доказывает нарушение санкций. Для этого необходимо установить стоимость груза, происхождение страхования, статус судна и всех участников сделки.

Именно здесь европейская дискуссия становится неудобной. Брюссель заявляет о борьбе с нефтяными доходами Москвы, но санкционные правила долгое время позволяли европейским судоходным компаниям получать прибыль от той же торговли при соблюдении ценового потолка.

Более того, по данным Reuters, Россия в начале 2026 года по-прежнему экспортировала свыше трети нефти на танкерах, связанных с западными юрисдикциями, прежде всего с Грецией, Кипром и Мальтой.

Еврокомиссия предлагает перейти к полному запрету европейских морских услуг для российского нефтяного экспорта. Если такое решение будет принято, удар придётся уже не только по сомнительным старым танкерам под африканскими флагами, но и по вполне легальному бизнесу крупных греческих компаний.

Морская сверхдержава без больших военных амбиций

Экономический вес греческого судоходства объясняет, почему правительство Кирьякоса Мицотакиса избегает резких движений.

По данным Союза греческих судовладельцев, компании страны контролируют около 5691 судна и почти 20% мирового торгового флота по дедвейту.

Организаторы проходившей в Афинах с 1 по 5 июня выставки Posidonia 2026 приводят близкую оценку: 5543 судна, 21% мирового тоннажа и около 70% европейского флота стратегически важных типов.

Особенно сильны позиции Греции в перевозках нефти, газа и навалочных грузов. Греческие владельцы контролируют примерно треть мирового танкерного тоннажа и значительную часть флота газовозов.

Эта отрасль приносит Греции валютные доходы, рабочие места, налоги и политическое влияние. Она также остаётся одной из немногих сфер, где небольшая по населению страна действительно определяет правила глобального рынка.

Поэтому для Афин требование Брюсселя звучит не как абстрактный призыв усилить санкции. Речь идёт о возможном ограничении бизнеса семей и компаний, которые десятилетиями влияют на греческую экономику, СМИ и политику.

Греческие судовладельцы тоже опасаются теневого флота

При этом интересы легального греческого судоходства не всегда совпадают с интересами российского теневого флота.

Старые танкеры с сомнительной страховкой создают нечестную конкуренцию, снижают стандарты безопасности и увеличивают риск крупных нефтяных разливов. После аварии расходы могут лечь на прибрежное государство, поскольку владелец судна окажется фирмой-пустышкой, зарегистрированной по адресу с одним почтовым ящиком и очень богатой фантазией.

Во время Posidonia греческий судовладелец Евангелос Маринакис призвал Запад ускорить вывод таких судов из эксплуатации. Он предложил разрешить владельцам санкционных танкеров в течение четырёх-пяти месяцев сдавать их на утилизацию в ЕС или США.

По его оценке, такая схема могла бы сократить теневой флот на 20–25%. Маринакис подчеркнул, что старые и плохо контролируемые суда ежедневно создают угрозу морской среде.

Иными словами, греческие судовладельцы готовы поддержать борьбу с опасными и непрозрачными конкурентами. Но это вовсе не означает, что они добровольно откажутся от легальной перевозки российской нефти и связанных с ней доходов.

Двойная игра или защита национального интереса?

Критики правительства видят в позиции Афин привычную двойную игру: Греция голосует за санкции, участвует в европейских военно-морских операциях, но старается оставить собственному судоходству максимально широкое пространство для заработка.

Правительство, напротив, может утверждать, что защищает международное морское право и не позволяет политическим лозунгам заменить юридические процедуры.

Обе позиции содержат долю правды. Массовая охота на танкеры без надёжных доказательств действительно может превратить Средиземное море в арену опасных столкновений. Но бесконечные ссылки на свободу судоходства также удобны, когда на кону стоят доходы крупнейшей национальной отрасли.

Россия уже предупредила, что будет защищать свои морские интересы всеми доступными политическими и юридическими средствами. Москва называет новые полномочия IRINI незаконными и сравнивает европейские задержания с пиратством.

Это повышает ставки для всех участников. Досмотр старого танкера с поддельным флагом — одно дело. Попытка остановить судно под защитой российского военного корабля — уже совсем другое.

Греция оказалась между европейским требованием жёсткости, международным морским правом и интересами собственных судовладельцев. Афины, вероятно, продолжат поддерживать общую политику ЕС, но будут добиваться максимально узких и юридически выверенных оснований для каждого задержания.

Это можно назвать осторожностью, коммерческим прагматизмом или скрытым сопротивлением. Но причина очевидна: Франция рискует одним патрульным кораблём и дипломатическим скандалом, тогда как Греция рискует отраслью, контролирующей пятую часть мирового торгового тоннажа.

Брюссель хочет, чтобы Афины вели себя как прифронтовое государство санкционной войны. Афины же прекрасно помнят, что являются прежде всего морской державой, а море, в отличие от пресс-релизов Еврокомиссии, живёт по правилам денег, флагов, страховки и силы.