Будет ли энергетическое и морское перемирие между Россией и Украиной: главные вопросы

В преддверии зимы этот вопрос непосредственно касается миллионов людей, поэтому важно понять, о чём стороны действительно говорят и что пока мешает заключению соглашения.

Кратко о главном

• Дональд Трамп призвал Украину прекратить удары по российским нефтеперерабатывающим предприятиям.
• Киев заявил о готовности обсуждать взаимное прекращение ударов при аналогичных шагах со стороны России.
• Полноценного и опубликованного соглашения пока нет, а взаимные атаки продолжаются.
• Параллельно обсуждается прекращение ударов по портам и судоходству в Чёрном море.
• Остаются нерешёнными вопросы перечня запрещённых целей и возможной связи договорённости с санкциями против российского нефтегазового сектора.

Что предложил Трамп

13 сентября Дональд Трамп призвал Украину прекратить удары по российским НПЗ. Президент США связал атаки на нефтеперерабатывающие предприятия с сокращением предложения дизельного топлива и ростом цен на мировом рынке, включая Соединённые Штаты.

Киев дал понять, что готов обсуждать взаимное прекращение ударов, если Россия, в свою очередь, прекратит атаки на украинскую энергетическую и другую критически важную инфраструктуру.

Позднее Трамп заявил о достигнутой договорённости по энергетическим объектам. Однако ни Россия, ни Украина не представили полноценного соглашения с согласованным перечнем целей и условиями его выполнения.

Более того, взаимные удары продолжились. Поэтому сейчас правильнее говорить не о действующем энергетическом перемирии, а о попытках его согласовать.

Порты и Чёрное море

Параллельно обсуждается прекращение ударов по портам, коммерческому судоходству и связанной с ним инфраструктуре в Чёрном море.

Фактически энергетический и морской треки тесно связаны, поскольку значительная часть нефтяного и другого экспорта проходит именно через морские терминалы и порты.

Два главных препятствия

Первый вопрос — смогут ли Россия и Украина согласовать единый и зеркальный перечень объектов, которые запрещено атаковать.

Иными словами, если Украина прекращает удары по российским НПЗ, портам и энергетической инфраструктуре, должна ли Россия отказаться от атак на аналогичные украинские объекты на тех же условиях.

Публично согласованного списка пока нет.

Второй вопрос — будет ли соглашение связано с ослаблением западных санкций против российского нефтегазового сектора.

Здесь ситуация осложняется тем, что санкционная политика США и Европейского союза формируется отдельно. Даже возможное изменение позиции Вашингтона не означает автоматического изменения санкций ЕС.

Почему Трамп заинтересован в соглашении

Для президента США этот вопрос имеет не только внешнеполитическое, но и внутреннее экономическое значение.

Рост цен на дизельное топливо и напряжённость на мировом рынке нефтепродуктов становятся чувствительной темой для американских потребителей.

Поэтому Вашингтон заинтересован в сокращении ударов по инфраструктуре, способной влиять на мировые поставки топлива.

Заинтересованы ли Москва и Киев?

Для населения и бизнеса обеих стран прекращение ударов по энергетике означало бы снижение риска перебоев с электричеством, отоплением и топливом.

Однако для военно-политического руководства ситуация сложнее. Обе стороны рассматривают дальние удары как важный инструмент давления на противника.

Россия продолжает атаковать украинскую энергетическую и транспортную инфраструктуру. Украина, в свою очередь, наносит удары по российским НПЗ и другим объектам нефтегазового комплекса, рассматривая их как один из способов давления на российскую экономику и военный потенциал.

Поэтому реальное перемирие потребует от обеих сторон хотя бы временно отказаться от инструмента, которому они придают серьёзное военное и экономическое значение.

Что в итоге?

На сегодняшний день полноценного энергетического и морского перемирия между Россией и Украиной нет.

Есть инициатива США, заявления сторон о возможности взаимных ограничений и переговоры о том, какие именно объекты должны быть выведены из-под ударов.

Результат зависит прежде всего от трёх вопросов: удастся ли согласовать зеркальный список защищённых объектов, распространится ли договорённость одновременно на энергетику, порты и судоходство и будет ли Москва связывать её с изменением западной санкционной политики.

Пока ответы на эти вопросы не получены, говорить о начале реального энергетического перемирия преждевременно.