После атак на суда Турция ужесточила контроль в Чёрном море, но проход через Босфор остаётся открытым

Однако уже 9 августа турецкие официальные источники уточнили: проход гражданских судов через Босфор и Дарданеллы продолжается, а введённые меры носят временный характер и связаны прежде всего с резким ухудшением безопасности в Чёрном море.

Первоначально Bloomberg со ссылкой на источники сообщил, что Анкара ограничила разрешения для части коммерческих судов, направляющихся через турецкие проливы в Чёрное море. Особое внимание привлекли суда, следующие в Новороссийск, а в некоторых сообщениях упоминались также направления к украинским портам.

Эта информация быстро породила гораздо более широкие выводы — вплоть до предположений, что Турция пытается экономически надавить на Россию.

Анкара: коммерческий проход не остановлен

Однако уже на следующий день турецкие власти дали значительно более осторожное объяснение.

По данным Reuters, представители правительства Турции заявили, что движение торговых судов в Чёрное море продолжается без серьёзных перебоев. Действительно были введены дополнительные временные меры, но они связаны с оценкой рисков для судоходства, а не с политическим запретом на проход судов в российские порты.

Гражданское судоходство через турецкие проливы регулируется Конвенцией Монтрё 1936 года, предусматривающей в мирное время свободу прохода торговых судов. Поэтому полноценная односторонняя блокада коммерческого трафика потребовала бы куда более серьёзных юридических и политических оснований.

Причина — серия атак на торговые суда

Ситуация в Чёрном море действительно резко ухудшилась в последние недели.

4 августа возле Новороссийска беспилотник атаковал грузовое судно Nadezhda, следовавшее из российского порта в турецкий Самсун. Три члена экипажа получили серьёзные ранения, а всех находившихся на борту впоследствии эвакуировали.

После этого Турция публично обратилась и к Москве, и к Киеву с призывом прекратить нападения на гражданское судоходство.

Министр иностранных дел Хакан Фидан предложил ввести своеобразный мораторий на удары по торговым судам, портам и энергетической инфраструктуре Чёрного моря.

Анкара подчёркивает, что опасность уже касается непосредственно турецких интересов: под удар попадали суда, принадлежащие турецким компаниям или перевозившие турецких граждан.

Новороссийск становится всё более опасным направлением

Новороссийск имеет особое значение для международной торговли. Через его терминалы Россия экспортирует нефть, нефтепродукты и зерно, а расположенный неподалёку терминал Каспийского трубопроводного консорциума обеспечивает вывоз основной части экспортной нефти Казахстана.

В июле атакам подверглись сразу несколько танкеров в районе терминала.

«Афинские новости» ранее сообщали, что Казахстан осудил удары по танкерам греческих компаний возле Новороссийска. Атаки непосредственно затронули интересы греческого судоходного сектора, который играет ключевую роль в перевозках нефти и сырья.

Ещё раньше греческие судовладельцы требовали от ЕС более жёсткой реакции на атаки танкеров в Чёрном море, предупреждая об угрозе экипажам и международным морским перевозкам.

Греция уже предупредила свой флот

Опасность воспринимается серьёзно и в Афинах.

В июле Министерство судоходства Греции рекомендовало греческим торговым судам, находящимся в Чёрном море, усилить меры безопасности, повысить наблюдение и избегать районов повышенного риска.

Для Греции происходящее имеет далеко не теоретическое значение: греческие судоходные компании остаются одними из крупнейших операторов танкерного и сухогрузного флота в мире.

Это давление на Россию?

С экономической точки зрения даже дополнительные проверки и задержки способны создать проблемы российским экспортёрам.

Если суда будут дольше ожидать разрешений или судовладельцы начнут отказываться от рейсов в Новороссийск из-за рисков, это неизбежно отразится на стоимости фрахта, страхования и графике отгрузок.

Однако на сегодняшний день нет подтверждений, что Турция ввела эти меры именно для давления на Россию.

Более того, Анкара публично требует прекратить атаки как от Украины, так и от России, стараясь сохранить традиционную для себя роль посредника между двумя сторонами.

Связь с новым союзом Турции, Саудовской Аравии и Пакистана пока не доказана

Особое внимание привлекло совпадение по времени: сообщения об ограничениях появились всего через сутки после подписания нового соглашения о взаимной обороне между Турцией, Саудовской Аравией и Пакистаном.

Отсюда возникла версия, что Анкара могла использовать контроль над проливами как первый совместный инструмент давления нового блока — например, чтобы заставить Москву воздействовать на Иран и уменьшить угрозу саудовским интересам.

Однако никаких фактических подтверждений этой версии пока нет.

Ни Анкара, ни Эр-Рияд, ни Исламабад не связывали меры в Чёрном море с новым оборонным соглашением. Нет также данных о том, что Саудовская Аравия или Пакистан участвовали в принятии решения о режиме прохода торговых судов.

Пока значительно убедительнее выглядит более простое объяснение: Турция пытается снизить риск новых атак на торговое судоходство после серии инцидентов, которые уже затронули её собственные суда и граждан.

Но у Анкары действительно есть мощный рычаг

Это не отменяет главного стратегического факта: Босфор и Дарданеллы являются единственным морским выходом из Чёрного моря в Средиземное.

Любое изменение режима прохождения судов — даже административное или временное — способно быстро отразиться на экспорте России и Украины, поставках казахстанской нефти, зерновом рынке и международном судоходстве.

По данным Reuters, участившиеся атаки уже привели к росту военных страховых премий, увеличению стоимости фрахта и перебоям в работе терминалов. Российские порты Новороссийск, Тамань и другие экспортные узлы в последние недели были вынуждены периодически ограничивать приём грузов.

Что это значит для Греции

Для греческого судоходства дальнейшая эскалация в Чёрном море создаёт двойную проблему.

С одной стороны, атаки непосредственно угрожают экипажам и судам греческих компаний. С другой — дополнительные ограничения в турецких проливах увеличивают время рейсов, страховые расходы и неопределённость для судовладельцев.

При сохранении нынешней тенденции Чёрное море может постепенно превратиться в ещё одну зону повышенного риска наряду с Красным морем и Ормузским проливом.

Поэтому нынешний шаг Турции пока правильнее рассматривать не как начало экономической блокады России и тем более не как первую операцию нового «исламского НАТО», а как попытку Анкары удержать под контролем всё более опасный морской коридор. Но сам факт того, что Турция способна одним административным решением вызвать нервозность от Москвы до мировых нефтяных рынков, показывает, насколько сильным геополитическим инструментом остаются турецкие проливы.