Президент США решил добавить в свой актив решение еще одного многолетнего конфликта и теперь настойчиво требует от Греции и Турции «договориться и урегулировать все разногласия» по Эгейскому морю, в противном случае, по сути, он оставляет за собой право «урегулировать» их сам — по образцу Венесуэлы или Гренландии.
На это указывают заявления посла США Кимберли Гилфойл, которая в интервью греческому телеканалу подчеркнула «необходимость диалога с Турцией и сохранения стабильности в регионе» накануне запланированной на следующий месяц встречи премьер-министра Кириакоса Мицотакиса с Реджепом Тайипом Эрдоганом в Анкаре.
Особое внимание она уделила своей личной связи с американским послом в Турции Томом Бараком.
«Что касается Турции, очевидно, что мы хотим иметь открытый диалог и коммуникацию. Хорошая новость заключается в том, что у меня есть тесные личные отношения с послом, которого президент назначил в Турции — Томом Бараком», — заявила Гилфойл.
И добавила: «Мы регулярно общаемся, и я считаю, что это будет крайне полезно для интересов всех наших стран. Мы знаем друг друга, доверяем друг другу, и это, на мой взгляд, идет на пользу и Греции, и Турции, поскольку способствует открытому диалогу и общей стабильности в регионе».
Не случайно премьер-министр Кириакос Мицотакис вновь подчеркнул, что у Греции есть один-единственный спор с Турцией — это разграничение континентального шельфа и исключительной экономической зоны (ИЭЗ).
Турецкая концепция "Голубая родина", показывает, что как минимум половина Эгейского моря, часть Критского и Срежиземного моря, а также все ныне греческие острова на территории выделенной голубым фоном, это их исконная территория.
Однако в обсуждение неизбежно входит и вопрос территориальных вод, по которым Турция выдвигает требования. В ряде случаев Анкара настаивает даже на сокращении шести морских миль вокруг отдельных островов.
Речь идет прежде всего об островах, расположенных близко к турецкому побережью — между Самосом, Хиосом и Лесбосом. По утверждению турецкой стороны, доступные «коридоры» выхода в международные воды являются слишком узкими, а расстоние между материком и островами менее 6 морских миль.
Переговоры затронут и энергетический фактор, поскольку гигантское месторождение «Бабура», расположенное за пределами греческих территориальных вод и юго-восточнее Тасоса, остается неразработанным из-за территориальных споров.
Напоминается, что во время кризиса 1987 года покойный Андреас Папандреу согласился на отказ от дальнейшего бурения в Эгейском море.
Фактически речь идет о всеобъемлющих переговорах, в рамках которых, однако, на стол будут положены исключительно требования Турции, поскольку греческая сторона, по сути, не выдвигает собственных требований.
Как известно, в переговорах все обычно «делится пополам». Если же Греции нечего требовать, значит, ей остается лишь терять, не получая ничего взамен. А учитывая тактику Трампа, Греции и Турции, скорее всего придется поделиться своими ресурсами взамен за решение конфликта (оплата за решение конфликта).
Дополнительным негативным фактором для Афин является то, что у греческого правительства нет представителей, близких к окружению Трампа, так как Кирьякос Мицотакис в своё время все поставил на "демократов", и использовал греческую диаспору для поддержки Камалы Харис во время предвыбороной кампании, чем заслужил неприязнь со стороны Трампа. Не в пользу действующего премьера Греции, играют и многочисленные скандалы, как коррупционные, так и с прослушкой оппозиции.
Трамп не испытывает антипатии к Мицотакису. Он просто не считает его значимым фактором - пустым местом. А это, особенно на фоне возможного обсуждения Эгейского вопроса, гораздо хуже, чем открытый конфликт.
Напротив Реджеп Тайип Эрдоган самим американским президентом неоднократно назывался «другом», (не партнером а именно другом (my friend)).
Трамп стабильно называл Эрдогана strong leader, very tough, very smart. Для него это комплименты, а не обвинения.
«Мы отлично ладим»Он подчёркивал, что у них great relationship и что они могут «договориться напрямую», минуя дипломатию.
Не в пользу Греции играет и масштаб, военная сила и геополитическая важность Турции как государства — фактор, который традиционно имеет вес при принятии решений в Вашингтоне.
Всеобъемлющий диалог по всем вопросам невыгоден Афинам и по внутриполитическим причинам: правительство Мицотакиса вряд ли рискнет подписывать какие-либо соглашения в условиях предвыборного периода, поскольку 2026 год является предвыборным.
Отдельно отмечается, что острова восточного Эгейского моря уже в значительной степени демилитаризованы, поскольку значительная часть их вооружений и боеприпасов была направлена правительством Мицотакиса на Украину.
Редакционный комментарий
Мы конечно не претендуем на то, чтобы давать советы премьер-министру Греции как вести диалог с администрацией Дональда Трампа по турецкому направлению, (у него есть масса своих советников) однако как сторона заинтересованная в успехе Греции на переговорах имеем что сказать:
10 ключевых советов премьер-министру: как выстраивать линию Греции при администрации Трампа
1. Говорить с США языком экономики, а не права
Администрация Трампа не реагирует на аргументы международного права, исторические ссылки или эмоциональные апелляции. Диалог должен вестись исключительно в категориях экономической выгоды, безопасности поставок и контроля потоков.
2. Использовать греческую диаспору как бизнес-инструмент, а не политическое лобби
Греческая диаспора в США — это не избирательная группа давления. Это глобальный судоходный и финансовый капитал, который Трамп понимает и уважает.
3. Сделать судоходство центральным аргументом греческой значимости
Греческие судовладельцы контролируют ключевые морские маршруты. Это напрямую связано с:
- мировой торговлей,
- энергетическими перевозками,
- интересами США.
4. Зафиксировать роль Греции как ключевого хаба американского СПГ
Греция уже является воротами американского LNG в Южную и Юго-Восточную Европу. Это должно подаваться как стратегический фактор, а не как технический проект.
5. Связывать стабильность в Эгейском море с энергетическими и судоходными цепочками
Любая напряжённость в Эгейском море должна трактоваться как:
- риск для морских перевозок,
- угроза энергетической безопасности,
- опасность для американских инвестиций.
6. Не просить «поддержки» — предлагать полезность
Трамп не поддерживает страны из солидарности. Он сотрудничает с теми, кто полезен и предсказуем. Греция должна выглядеть функциональным партнёром, а не просителем.
7. Избегать публичных конфликтов с Турцией через Вашингтон
Трамп воспринимает Турцию как «крупного игрока». Сравнение должно быть косвенным: стабильность, надёжность, контракты.
8. Выстраивать закрытые каналы с окружением Трампа через бизнес
Работают:
- непубличные контакты,
- личные связи,
- договорённости без шума и деклараций.
9. Не входить в «пакетную» сделку без чётких греческих выгод
Греция не должна участвовать в комплексных переговорах, если у неё нет ясных требований и конкретных встречных условий. Иначе баланс будет не в её пользу.
10. Помнить: масштаба нет, но роль есть
Греция — не сверхдержава. Но она может быть незаменимым звеном в:
- энергетике,
- судоходстве,
- региональной стабильности.
Это единственный способ быть значимым в эпоху Трампа.
