Саудовская Аравия выступила против вступления Египта в «исламское НАТО»: что происходит между Эр-Риядом и Каиром

Так называемое Мекканское соглашение о совместной обороне было подписано 7 августа Саудовской Аравией, Турцией и Пакистаном.

Его ключевой принцип действительно напоминает знаменитую статью 5 договора НАТО: нападение на одного участника рассматривается как нападение на всех.

Министр иностранных дел Турции Хакан Фидан прямо заявил, что с технической точки зрения механизм коллективной обороны похож на натовский. При этом конкретная форма помощи в случае нападения должна определяться консультациями между участниками.

Именно поэтому в СМИ новый блок уже начали неофициально называть «исламским НАТО».

На видео обсуждается создание нового оборонного союза Саудовской Аравии, Турции и Пакистана и возможное присоединение Египта.

Почему Египта не оказалось среди участников

Египет выглядел практически естественным кандидатом на вступление.

Каир уже участвовал вместе с Саудовской Аравией, Турцией и Пакистаном в четырёхстороннем формате R4, созданном для консультаций по региональной безопасности.

Однако на церемонии подписания соглашения в Мекке Египта среди участников не оказалось.

По данным Middle East Eye, именно Саудовская Аравия выступила против его немедленного включения.

Saudi Arabia opposed Egypt's inclusion in Mecca agreement, sources say

The kingdom didn't want Egypt to join the new defence pact with Turkey and Pakistan despite Ankara's push for Cairo to be included, sources say

— Middle East Eye (@MiddleEastEye) August 11, 2026

Это публикация самого Middle East Eye, сообщившего о позиции Эр-Рияда со ссылкой на источники.

По версии издания, саудовская позиция связана с накопившимися разногласиями между Эр-Риядом и Каиром и сомнениями в том, насколько надёжным стратегическим партнёром остаётся Египет при президенте Абдель Фаттахе ас-Сиси.

Саудовцы недовольны Сиси?

Источники Middle East Eye утверждают, что в Эр-Рияде всё чаще воспринимают Египет как страну, которая на протяжении многих лет получает значительную экономическую помощь от государств Персидского залива, однако не всегда отвечает на неё поддержкой саудовских региональных инициатив.

После прихода Сиси к власти Саудовская Аравия и Объединённые Арабские Эмираты вложили огромные средства в поддержку египетской экономики.

Но Каир традиционно избегает обязательств, которые могли бы привести к масштабному участию египетской армии в чужих региональных конфликтах.

Особенно показательной была осторожность Египта в отношении войны в Йемене, где Каир не захотел втягиваться в крупную сухопутную операцию.

Фактор ОАЭ

Есть и ещё одна причина растущей осторожности Эр-Рияда: тесные отношения Египта с Объединёнными Арабскими Эмиратами.

Раньше Саудовская Аравия, ОАЭ и Египет воспринимались почти как единый региональный блок.

Однако в последние годы интересы Эр-Рияда и Абу-Даби всё чаще расходятся.

Разногласия проявляются в Йемене, Судане, вокруг Красного моря, в инвестиционной политике и в борьбе за влияние в регионе.

Египет при этом сохраняет очень тесные финансовые и политические отношения с ОАЭ.

По версии источников Middle East Eye, это усиливает сомнения Саудовской Аравии: Эр-Рияд не хочет получить внутри нового оборонного механизма участника, чьи ключевые решения могут зависеть от интересов другого регионального центра силы.

Но и сам Египет не спешит вступать

Однако сводить происходящее к простой формуле «Саудовская Аравия не пустила Египет» было бы слишком удобно.

У самого Каира тоже имеются серьёзные причины для осторожности.

Механизм коллективной обороны означает потенциальное участие в войнах других государств.

Для Египта сразу возникают неприятные вопросы: обязан ли он будет вступить в конфликт, если нападут на Саудовскую Аравию? Что произойдёт при столкновении Турции с каким-либо государством в Сирии или Восточном Средиземноморье? Как должен вести себя Каир при новом кризисе между Пакистаном и Индией?

Египет явно не заинтересован подписывать военный «чек без суммы», пока реальные обязательства участников остаются до конца не определены.

Израиль, Греция и Кипр тоже имеют значение

Каир связан мирным договором с Израилем, имеет тесные военные отношения с США и стратегическое сотрудничество с Грецией и Кипром.

При этом Турция остаётся участником целого ряда споров в Восточном Средиземноморье.

Вступление Египта в союз с автоматическим принципом коллективной обороны потенциально могло бы создать крайне сложные ситуации, если интересы одного из участников столкнутся с интересами существующих партнёров Каира.

Турция хочет расширить союз

Анкара, судя по публичным заявлениям, вопрос закрытым не считает.

Хакан Фидан заявил, что президент Реджеп Тайип Эрдоган рассчитывает на дальнейшее расширение нового оборонного механизма и прямо назвал Египет возможным будущим участником.

По его словам, Каир может присоединиться после решения определённых технических вопросов.

Однако информация Middle East Eye показывает, что за дипломатическим выражением «технические вопросы» может скрываться гораздо более серьёзный политический торг.

Почему союз называют «исламским НАТО»

Это название пока неофициальное и несколько упрощённое.

Саудовская Аравия, Турция и Пакистан подчёркивают, что соглашение носит оборонительный характер и не направлено против какой-либо конкретной страны.

Но сочетание участников действительно выглядит очень серьёзно.

• Саудовская Аравия обладает огромными финансовыми ресурсами и активно модернизирует вооружённые силы;
• Турция располагает второй по численности армией НАТО и быстро растущей оборонной промышленностью;
• Пакистан является ядерной державой и обладает одной из крупнейших армий мусульманского мира.

Соглашение предусматривает создание министерского комитета и постоянного секретариата на территории Саудовской Аравии.

При этом пока остаётся неясным, насколько далеко страны действительно готовы зайти в выполнении обязательства «нападение на одного означает нападение на всех».

Видео посвящено подписанию Мекканского оборонного соглашения Саудовской Аравией, Турцией и Пакистаном.

Что изменится, если Египет всё-таки вступит

Присоединение Египта резко увеличило бы политический и военный вес новой структуры.

Египет располагает одной из крупнейших армий региона, контролирует Суэцкий канал и занимает стратегическое положение одновременно в Средиземном и Красном морях.

С участием Каира новый механизм действительно начал бы приобретать очертания крупного суннитского военно-политического блока.

Но пока ситуация показывает другое: старые союзы Ближнего Востока становятся всё менее устойчивыми, а государства региона предпочитают одновременно поддерживать несколько конкурирующих партнёрств.