Эрдоган подарил лидерам НАТО именные револьверы с боевыми патронами

По данным Reuters, после встречи в Анкаре турецкий лидер вручил каждому из лидеров НАТО винтажный револьвер. Оружие сопровождалось боеприпасами, что сразу превратило дипломатический сувенир в юридическую проблему для многих получателей.

Речь, по данным агентства, идёт о модели Gumusay .357 Magnum — редком турецком револьвере, произведённом в 1990-е годы. Фотографии, распространённые офисом президента Литвы Гитанаса Науседы, показали оружие в деревянном футляре с символикой Турции и НАТО.

По словам представителя премьер-министра Испании Педро Санчеса, все лидеры получили одну и ту же модель, при этом на стволе каждого револьвера было выгравировано имя получателя.

Подарок с боеприпасами

Необычный подарок включал не только оружие, но и боевые патроны. По данным источника на Даунинг-стрит, револьвер, подаренный британскому премьеру Киру Стармеру, сопровождался набором для чистки и 500 патронами.

Сам Стармер, как сообщали турецкие СМИ, рассказал журналистам о подарке во время возвращения из Анкары. При этом британский премьер не смог ввезти револьвер в Великобританию из-за строгих правил оборота огнестрельного оружия. В результате оружие осталось в Турции и должно быть деактивировано.

Эрдоган, по данным Türkiye Today, приложил к подарку специальное разрешение, освобождавшее оружие от турецких экспортных процедур. Но, как выяснилось, даже президентская записка не отменяет законов стран-получателей. Какая неожиданность для международной дипломатии: законы всё ещё существуют.

Что сделают с револьверами

Подарки получили не только лидеры стран НАТО, но и представители Евросоюза. По данным ERT со ссылкой на Politico, именные пистолеты с боеприпасами были переданы председателю Еврокомиссии Урсуле фон дер Ляйен и председателю Европейского совета Антониу Коште.

В Европейском совете заявили, что команда безопасности Кошты забрала оружие для проверки. Затем его должны перевезти и хранить в соответствии с бельгийскими процедурами и требованиями безопасности Генерального секретариата Совета.

Представитель Урсулы фон дер Ляйен сообщил, что глава Еврокомиссии поблагодарила Эрдогана за жест. После безопасной транспортировки и деактивации оружие планируется передать в военный музей.

Reuters также сообщает, что бельгийский премьер Барт де Вевер после возвращения передал револьвер с боеприпасами полиции аэропорта Брюсселя. В Польше оружие президента Кароля Навроцкого ожидало таможенного оформления в аэропорту Варшавы. В Нидерландах и Швеции револьверы передали в посольства этих стран в Анкаре.

Итальянский премьер Джорджа Мелони, по данным Reuters, уже передала револьвер на хранение в Палаццо Киджи вместе с другими государственными подарками. Греческий премьер, как сообщается, намерен передать свой подарок в Военный музей в Афинах.

Почему подарок вызвал вопросы

Даже если подарок имел символический характер, в Европе он столкнулся сразу с двумя проблемами: правилами оборота оружия и ограничениями на стоимость подарков, которые могут принимать официальные лица.

Поэтому маловероятно, что получатели смогут оставить револьверы как личные вещи. В большинстве случаев речь идёт либо о деактивации, либо о передаче в музеи, посольства или государственные хранилища.

Сам жест Эрдогана выглядит не просто экзотическим сувениром. Reuters отмечает, что турецкий президент хотел подчеркнуть значение оборонной промышленности Турции, которая стала важным экспортным и внешнеполитическим инструментом Анкары.

По данным Small Arms Survey, на которые ссылается Reuters, Турция в 2019–2024 годах была третьим крупнейшим экспортёром стрелкового оружия в мире после США и Италии, а объём экспорта за этот период составил около 3 млрд долларов.

Редакционный комментарий

Подарок Эрдогана получился предельно символичным: НАТО обсуждает безопасность, Европа ужесточает правила оборота оружия, а лидерам вручают именные револьверы с патронами. В итоге жест, задуманный как демонстрация турецкой оборонной промышленности, стал ещё и напоминанием о том, что дипломатический протокол иногда ходит по очень тонкой границе между церемонией и юридической головной болью.