Иными словами, обязательства по обслуживанию долга более чем удваиваются, и правительство будет вынуждено задействовать так называемую «подушку безопасности». Это автоматически повышает уязвимость страны — особенно в случае новой глобальной экономической или финансовой кризисной волны, вероятность которой вовсе не теоретическая.
Даже избрание Кирьякоса Пиерракакиса на пост главы Eurogroup в этой логике выглядит не только как «дипломатический успех». В Брюсселе он рассматривается как удобная фигура для продвижения крайне чувствительных решений — в том числе по конфискации замороженных российских активов. Его бельгийский конкурент, как известно, отказывался подвергать свою страну юридическим рискам.
Второе, не менее важное «преимущество» для кредиторов — возможная досрочная выплата межгосударственных европейских кредитов (GLF) за счёт нового, более дорогого заимствования. Для Греции это заведомо невыгодно: дополнительная нагрузка по процентам превысит 420 млн евро, а проблема будет просто переложена на следующие поколения.
Не случайно, в кулуарах активно обсуждается идея полного закрытия первого Меморандума до 2030 года — любой ценой и не в интересах страны.
На этом фоне практически не обсуждается новое Среднесрочное бюджетное планирование на 2026–2029 годы, уже представленное правительством в ЕС. Его параметры фактически становятся «надгробным камнем» для греческой экономики. По сравнению с ним три предыдущих Меморандума выглядят как «прогулка по детской площадке».
Те, кто видел документ, говорят об шокирующем урезании расходов, что наглядно доказывает: вся «экономическая динамика» прошлых лет держалась почти исключительно на Фонде восстановления.
Впервые за весь постмеморандумный период расходы почти всех министерств в 2025–2029 годах резко сокращаются. Речь идёт о цифровой реформе, сельском хозяйстве, экологии, образовании, здравоохранении, туризме, культуре и спорте, инвестициях, инфраструктуре, внешней политике и обороне.
Экономика входит в режим удушения: –30% госрасходов (–4,94 млрд евро) в 2025–2028 гг., –5% зарплат госслужащих (–753 млн евро), рост налогов на 15% (+10,7 млрд евро) и дополнительное повышение НДС на 13,9% (+3,8 млрд евро) — при том, что ставка уже составляет 24%.
Одновременно рост инвестиций замедляется до 0,9% и 0,8% в 2028–2029 годах, а цели по первичным профицитам снова ужесточаются: 2,8% ВВП в 2026 году и 2,7% ВВП в 2027–2029 гг.
Главная проблема окончания Фонда восстановления в том, что сразу станет очевидно: без внешних денег страна жила бы не в режиме роста, а в условиях затяжной и глубокой рецессии.
Иллюзия развития заканчивается — и очень быстро.
