Кто разрушал Грецию: почему Элладу веками ломали те, кто называл себя её наследниками

Мы расскажем, почему Элладу веками ломали не только открытые завоеватели, но и те, кто называл себя её наследниками, защитниками, исследователями или ценителями искусства.

От римских легионов, вывозивших статуи и храмовые сокровища после разграбления Коринфа, до венецианского военачальника Франческо Морозини, чей артиллерийский обстрел взорвал Парфенон, и британского лорда Элгина, при котором с Акрополя снимали и увозили мраморные скульптуры, — у каждого был свой предлог.

Одни говорили о победе. Другие — о вере, военной необходимости, науке или сохранении древностей. Но для храмов, статуй, рельефов и надписей итог часто оказывался одним: разрушение, вывоз, переделка или исчезновение.

В следующих материалах цикла «Кто разрушал Грецию» мы подробно расскажем о Луции Муммии Ахейском и разграблении Коринфа, Сулле и осаде Афин, императорах Феодосии I и Феодосии II, франкских правителях Афин, Морозини, аббате Мишеле Фурмоне, лорде Элгине и других фигурах, оставивших на культурной карте Эллады следы, которые видны до сих пор.

***

Одними из первых великих «ценителей» греческого искусства стали римляне. После покорения Греции они не просто подчинили города, а начали вывозить из них скульптуры, бронзу, рельефы и храмовые сокровища. Победитель забирал не только землю, но и красоту. Так Эллада постепенно превращалась в культурную кладовую Рима, а её искусство — в трофеи, которые украшали дворцы и площади Вечного города.

Позднее разрушение стало менее шумным, но не менее тяжёлым. Когда античные культы уходили в прошлое, многие храмы теряли прежнее значение. Одни перестраивали, другие разбирали на камень, третьи просто оставляли доживать без защиты и ухода.

Памятники погибают не только от удара молота. Иногда их убивает забвение — медленно, буднично, почти беззвучно.

Когда Акрополь перестал быть святыней и стал крепостью

Средневековая и османская эпохи добавили к этой истории новую логику: древности начали использовать не как наследие, а как удобные сооружения. Акрополь превращался то в крепость, то в резиденцию, то в гарнизон, а Парфенон стал мечетью. То, что для нас сегодня — вершина мировой культуры, для многих правителей было просто выгодной высотой, хорошо укреплённой точкой и полезным запасом камня.

Самый страшный удар по Парфенону нанёс в 1687 году венецианский военачальник Франческо Морозини. Во время осады Акрополя его артиллерия попала в храм, где османский гарнизон хранил порох. Взрыв изуродовал Парфенон так, что он уже никогда не вернулся к прежнему виду.

Иногда одной ночи хватает, чтобы уничтожить то, что простояло две тысячи лет.

Учёные, путешественники и «спасители»

Но на этом беды Эллады не закончились. В XVIII веке в Грецию пришёл новый тип разрушителя — образованный европеец с блокнотом, линейкой и большими амбициями. Французский аббат Мишель Фурмон вошёл в историю не только как собиратель надписей, но и как человек, чьё имя связывают с разрушением древних памятников после того, как он успевал снять с них нужные копии.

Это уже не война, а почти холодная хирургия по живому телу истории.

А в начале XIX века появился самый одиозный персонаж этой драмы — лорд Элгин. Сфабриковав фальшивое разрешение на изучение Акрополя, его люди занялись не просто осмотром, а демонтажем. С Парфенона снимали метопы и фрагменты фриза, из Эрехтейона вывезли одну из кариатид, другие античные части отправились в Британию. Так родилась одна из самых громких культурных ран новогреческой истории: мраморы Элгина до сих пор остаются символом спора о том, где заканчивается коллекционирование и начинается узаконенное ограбление.

Во всей этой истории важнее всего одно: Грецию разрушали не только мечом. Её разрушали под видом веры, войны, науки, охраны, реставрации и дипломатии. Каждый новый хозяин объяснял свои действия необходимостью.

Но для мрамора это слабое утешение...

История сохранила имена тех, кто вывозил, взрывал и разбирал. Греции остались пустоты, которые приходится объяснять потомкам.

Этот материал открывает цикл о людях и эпохах, которые наносили тяжёлые удары по наследию античной Греции. В следующих публикациях мы отдельно расскажем о римлянах, Морозини, Фурмоне, Элгине и о тех, кто приходил к Элладе якобы с уважением, а уходил, оставив после себя пустое место.