Menu
Login
  •  
  •  

Христос Яннарас и его «эротическая» связь с русской мыслью

  • Автор  Василий Ванчугов
  • Просмотров 1390
Христос Яннарас и его «эротическая» связь с русской мыслью

14 сентября 2010 г. в Свято-Владимирскойдуховной семинарии (Православной Церкви в Америке) прошла церемония вручения степени доктора богословия honoris causa профессору Христосу Яннарасу, греческому богослову, специалисту в области этики и религиозной философии, выступившему в этот день с лекцией на тему «Триединство Бога как основание экзистенциальной свободы». Христос Яннарас — автор множества книг, одну из которых «Свобода морали» («The Freedom of Morality») издала Свято-Владимирская семинария.

 

А чуть ранее, в мае того же года, Яннарас побывал в Москве, где встретился со студентами и преподавателями духовных академий — Санкт-Петербургской и Московской, а также Сретенской духовной семинарии. Он пообщался с прихожанами храма святой мученицы Татианы в притворе университетского храма, где рассказал о своем видении общины и ее соотношении с административной структурой церкви («Приход — это умение делиться своим я»).

Пятью годами ранее в России уже была издана книга, где собраны работы Яннараса[1], содержащие рассуждения об онтологии Хайдеггера и святоотеческой мысли, где личность представлена как то, в чем «есть» бытие, а эрос — как способ ее существования.

Примечательно, что отечественный читатель, даже специально интересующийся философией, был несколько ошеломлен новостью, что у нас появилось сочинение «современного греческого философа», поскольку все «любители мудрости», представители φιλοσοφία, остались в далеком прошлом, в Древней Греции, а в наше время Греция — страна, где проживают всего лишь «профессора философии», о которых мало кто знает за пределами их отечества. Ведь еще в 529 г. император Юстиниан запретил преподавание эллинской философии, закрыв последнюю школу в Афинах — платоновскую Академию. С тех пор если в каком-либо крае объявлялся кто-нибудь «родом из греков» и именовался философом, то лишь потому, что знал точно, что можно выписать для спасения души из сочинений Платона или Аристотеля.

В самой Элладе с тех пор также довольствовались исключительно богословием, только поменяв языческий политеизм на моно, с его учением о Троице, в силу чего частично пригодилось наследие Стагирита и его великого учителя, старательно переписываемые в христианских монастырских скрипториях. Для подобного и университеты оказались не нужны — старейший здесь, Афинский, появился лишь в 1837 г., а следующий, в Салониках, спустя век.

И если в Элладе мыслители двигались в направлении «от мифа — к Логосу», то в Греческой Республике сегодня иной вектор, другая доминанта: «от Логоса — к индексу Хирша», и странички на университетских сайтах, где изложены curriculum vitae, отображают заботу о наукометрических показателях. В общем-то, как и у нас — философов нет, а профессоров и доцентов (специалистов в этой области умозрительности)  полно. Хотя у нас и пытаются выдать Христоса Яннараса за греческого философа, сам он склонен считать себя богословом.

Однако в его жизни и творчестве можно найти несколько интересных моментов, имеющих отношение и к нашей философии.

Многие работы Яннараса давно переведены на различные языки, благодаря чему он стал одним из самых читаемых в мире современных греческих мыслителей, и по его творчеству уже даже защищают диссертации[2]. Многие отмечают влияние на него идей Сартра и Хайдеггера, однако я выделю один раздел учения, благодаря которому Яннарас предстает перед нами одним из искателей «нового религиозного сознания», последователем «метафизики пола», типа сознания, характерного для мыслителей Серебряного века.

К освоению богословия Яннарас приступил в Афинах (1954-1958), тогда же присоединился к братству «Зои» («Жизнь»), затем к «Сотиру» («Спаситель»), но, оставив и его, принял участие в издании журнала «Синоро» («Граница»), занявшись обновлением церковной жизни. Одновременно с богословием он осваивал и философию. В 1968-1970 гг. Яннарас живет в Париже и работает над диссертацией на тему «Метафизика тела у св. Иоанна Лествичника». Сюда он приехал с желанием непосредственно познакомиться и приобщиться к жизни русской диаспоры, о которой уже знал заочно.

Среди новых его знакомых — Павел Евдокимов, живший в скромной квартире в предместье Парижа, с которым Яннарас обсуждал различные богословско-философские проблемы. Самым большим открытием для него стал русский церковный приход, как «собрание общающихся личностей». Его поразило, что русские переселенцы принесли с собой в Европу не особую церковно-богословскую традицию, более духовную и мистическую, а подлинное «богообщение», чем оживили закостеневший язык богословского академизма и морализма, и это было подобно чуду после столетий «вавилонского пленения», подражания интеллектуализму и юридическому морализму Запада.

Вскоре Яннарас стал для греков одним из лидеров неформального движения православных интеллектуалов, чей образ мышления существенно отличается от принятых в среде традиционалистски настроенных христиан. Это движение часто обозначается как «неоортодоксия» или «нео-православие», однако сам Яннарас отвергает данный термин, как журналистский ярлык, поскольку для него вновь обретенное православие является не «реконструкцией̆», а обретением глубоких и живых корней подлинного, аутентичного христианского Предания.

Молодые интеллектуалы, не удовлетворенные «братствами» и всевозможными христианскими «организациями», в поисках подлинной православной традиции вышли на труды русских эмигрантов, обосновавшихся в основном в Париже, которые помогли им вдохнуть в богословие экзистенциальный̆ дух и, в противовес господствующему академизму, возродить живое богословствование.

С 1982 г. Яннарас становится профессором философии в Афинском Университете социальных и политических наук, а в сентябре следующего года появляется в свет книга «Алфавит Веры», переведенная на французский язык Михаилом Ставровым под названием «Живая Вера Церкви» (La Foi vivante de l’Eglise»), с подзаголовком «Введение в православное богословие». Автор позиционирует себя не как мыслитель или философ, а как богослов, рассматривая свой труд глубоко верным православному преданию, где излагается вера Православной Церкви, а не просто размышления автора.

Однако консервативные круги (при всех оговорках) восприняли эту книгу, как типичный продукт либерального интеллектуала, а не как православное, или даже «нео-православное», учение, особенно в той части, где содержится рассуждение об образе Божием, в основе которого анализ половой любви.

Учение об образе Божием развито, в частности, в седьмой главе его книги, в разделе, «Различие полов». Основываясь на 27 стихе первой главы Бытия: «И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его, мужчину и женщину сотворил их», Яннарас утверждает, что церковная экзегеза давно увидела в этой фразе выражение связи между образом Божиим в человеке и любовным влечением, в силу которого люди реализуют свою жизнь в единении с противоположным полом. Половое разделение является образом троичной жизни, и различие это обусловлено необходимостью выразить в рамках тварной природы образ жизни нетварного.

Другими словами, для Яннараса мужчина и женщина обнаруживают, что они личности, в половых отношениях которые устанавливают некое со-существование, единство жизни. Женщина есть образприроды, в противоположность мужчине — символу слова (логоса). Без соединения мужского и женского жизнь невозможна, и любовное влечение, сексуальная любовь являются образом Божиим в человеке. Именно в половом различии человек раскрывается или осознает себя личностью и ипостасью, а в плотском совокуплении реализует в твари нетварную тринитарную модель.

Бог любит человечество той же самой эротической любовью. Подлинный эротизм, таким образом, осуществлен в Церкви христианином, понимающим подлинный смысл этого влечения.

Книга Христоса Яннараса, который обнаруживает в эротических отношениях между мужчиной и женщиной аналогию отношений между лицами Святой Троицы и то, что нас делает «образом Божиим», была положительно оценена во Франции, а в Греции она издана тиражом более 60 000 экземпляров!

Однако были здесь и недовольные «богословием эроса», которое выдается за богословие Писания и Отцов Церкви, поскольку автор цитирует святых Максима Исповедника и Иоанна Лествичника, тогда как на самом деле оно основывается на древнейших гностических традициях. И чтобы показать эту гностическую преемственность в учении греческих «нео-православных» и изучить источники мыслей Христоса Яннараса, Патрик Рансон, принявший сан священника в 1983 г., отец четырех детей, подготовил специальную брошюру «Учение нео-православных о любви».

Опираясь на цитаты Яннараса, он показывает, что они сходны с цитатами из Павла Евдокимова, который, в свою очередь, унаследовал это учение из другого источника, в частности, из софиологии Соловьева.

Посредствующим звеном здесь оказался Бердяев.

Роль Павла Николаевича Евдокимова, с которым, работая в Сорбонне над диссертацией, часто общался Яннарас, в формировании взглядов греческого философа сложно переоценить. Среди работ Евдокимова есть книга «Брак, таинство любви» (Le Mariage Sacrement de l’Amour, 1944), где он говорит о «троичности» любви, размышляет о таинстве брачной жизни, объединяющей супругов во Христе, который укрепляет любовь. Есть у него еще и книга «Женщина и спасение мира» (La Femme et le Salut du Monde. P., 1958), с подзаголовком «Учение христианской антропологии о харизмах женщины», посвященная таинству брачной жизни.

И потому не без оснований Яннараса можно считать одним из учеников Евдокимова, который заимствовал у учителя основные положения своей философии любви.

Для Евдокимова первый человек сотворен андрогином по образу Божию, и половое различие было разделением мужского-женского состояния, которое снова становится «образом Божиим», будучи вновь объединено. Именно грехопадение сделало половое разделение неким противопоставлением, упразднить которое и должно христианство.

Поскольку, согласно Евдокимову, Адам был андрогином, то в христианстве наступит момент, когда прежнее — андрогинное — состояние будет восстановлено. Троица содержит архитипически мужское (Логос) и женское (Святой Дух) начала, и единство двух имеет целью Отца.

Поскольку отцы Церкви не создали разработанную антропологию (они были монахами и не понимали богословие любви) то необходимо исправить аскетику и «вернуться к райской благодати эроса». За это дело и взялся Яннарас, внимательно слушавший Павла Евдокимова и прочитавший его труды.

Ну а Евдокимов, в свое время одним из первых записавшийся в Париже в Свято-Сергиевский институт, среди прочих внимательно слушал и Бердяева, который полагал, что наиболее полное и высокое учение о человеке может быть построено только на основе мифа об андрогине, принадлежащего к самым древним и глубоким по смыслу, и что он своим существованием обязан более углубленному, «эзотерическому толкованию книги Бытия».

Конечно миф об андрогине чужд для господствующих богословских учений, его отрицают вследствие «экзотерического характера», отрицают «Небесного Человека, Адама Кадмона» и учат лишь о человеке «земном, натуральном, эмпирическом», т.е. признают только «ветхозаветную антропологию, построенную ретроспективно с точки зрения греха»[3]. Не менее интересные суждения на тему пола и эроса содержатся и в «Смысле творчества» Николая Бердяева, и в его книге «Философия свободного духа. Проблематика и апология христианства» (1927-1928).

В сочинении «Христос в русской мысли» («Le Christ dans la pensée russe») Евдокимов отмечал, что истина, открытая Отцам Церкви, передана в наследие византийским богословам. Затем ее получило и русское богословие, и вместе с Соловьевым (представленным здесь аскетом, обладавшим «даром ясновидения» и имевшим «уединенные беседы и мистические видения») «засвидетельствовало свою верность Великой Традиции».

Именно от Бердяева Евдокимов мог, углубляя философию эроса, дойти до «Смысла любви» Соловьева[4], о котором в «Русской идее» он сообщал, что тот является первым христианским мыслителем, рассмотревшим физическую любовь не как движущую силу размножения, и что в «гениальных прозрениях «Смысла любви» ставится проблема антропологическая»[5].

Таким образом, уже из этого беглого и краткого обозрения видно, что философия эроса Яннараса имеет российские истоки: основными положениями своего учения он обязан Павлу Евдокимову, который черпал вдохновение в софиологии Соловьева, а посредствующим звеном здесь выступил Бердяев, разрабатывавший, среди прочего, «метафизику пола».

Об авторе: Василий Ванчугов

Историк философии,

профессор философского факультета Московского

государственного университета имени М.В. Ломоносова

 


[1] Яннарас Х. Избранное: Личность и Эрос. М.: Росспэн, 2005. Перевод с новогреческого Г. В. Вдовиной; http://predanie.ru/lib/book/159577/

[2] Grigoropoulou, Evaggelia (2008): The early development of the thought of Christos Yannaras. Doctoral thesis, Durham University.

[3] Бердяев Н.А. Из этюдов о Я.Бёме. Этюд II. Учение о Софии и андрогине. Я. Бёме и русские софиологические течения // Путь. Париж, апрель 1930. № 21. С.40.

[4] Vladimir Soloviev, Le sens de l’amour, Aubier – Montaigne, 1946.

[5] Berdiaev N. L’Idee russe, Paris, 1969.

Первичная публикация politconservatism.ru

Система Orphus

Не пропусти другие интересные статьи, подпишись:

Поделиться ссылкой:

О том, как поделиться
Правила комментирования
Комментарии для сайта Cackle
Наверх

Мобильные приложения

 

Новостные ленты

Партнеры сайта

Новости по Email