Menu
Login
  •  
  •  

Греция фактически теряет национальный суверенитет

  • Автор  Редакция
  • Просмотров 2735
Греция фактически теряет национальный суверенитет

«Сейчас хотят силой сломить волю народа. Хотят разложить Грецию путем изменения этнического характера государства и притока иммигрантов-мусульман. Заставить греков эмигрировать. Но греческий народ не сломлен», – о том, что сегодня происходит в Греции, рассказывает кандидат исторических наук, доцент исторического факультета МГУ, автор монографий о святом равноапостольном Косме Этолийском, заместитель главного редактора издательства «Святая Гора» и главный редактор сайта AgionOros Афанасий Зоитакис.

 

 

Беседа с Афанасием Зоитакисом, заместителем главного редактора издательства «Святая Гора»

 

– Парламент Греции решил взять еврокредиты – при этом, как мы знаем, месяц назад народ на референдуме проголосовал против. Что же произошло?

– Все говорят, что по тем или иным причинам произошло предательство, потому что это решение идет вразрез с решением народа и с его волей. Эта воля была высказана однозначно: народ готов пойти на самые крайние меры, но не подписывать меморандум с кредиторами. Против меморандума было большинство.

И Ципрас в своей речи после победы на выборах сказал, что время меморандумов закончилось. И вот он подписал третий меморандум, еще более жесткий, чем предыдущие. То есть он цинично обманул избирателей, доверивших ему судьбу страны.

– Что принесет этот меморандум?

– Фактически Греция теряет национальный суверенитет. Прежде всего, в финансовой сфере.

Греческая экономика и так управлялась в соответствии с директивами из Брюсселя, но все-таки греки могли сказать: «Мы не согласны» или «Это продавать будем, а это не будем». Теперь – нет.

Вот сейчас начинается приватизация иностранными компаниями железнодорожной сети, приватизация портов крупнейших – в Пирее, Салониках, то есть распродажа всего государственного имущества. Деньги будут уходить непосредственно кредиторам, а греки потеряют остатки того, что позволяло им вести независимую политику.

Если раньше, до того, как Греция вступила в ЕС, у нее было свое производство, своя тяжелая и легкая промышленность, то сейчас ее не осталось. Сельское хозяйство тоже в критической ситуации. И вот Греция теряет последнее – транспортные коммуникации.

Вы прилетаете в Афинский аэропорт, но он не принадлежит Греции, а находится в полном управлении немецкой компанией. Вы едете по крупнейшему мосту, соединяющему Пелопоннес с материковой Грецией, – он принадлежит французской компании.

 Всё, за что держалось правительство Греции, – всё это, по всей видимости, будет распродано. Греция потеряет последние возможности вести себя самостоятельно, и народ будет полностью контролируем, и это будет уже катастрофой.

– Можно ли сказать, что Греция – православное государство – перестает существовать?

– Сейчас главная угроза для Греции – фактически оккупация страны. Греция останется существовать как государство, но ее суверенитет во многих областях будет сведен к нулю. В финансовой политике он будет полностью утрачен – и, соответственно, во внешней политике тоже.

Если вы помните, Греция была той страной, которая, находясь в рамках НАТО и ЕС, вела независимую внешнюю политику. Это проявилось, в частности, в том, что Греция отказалась предоставлять аэродромы для бомбежек Югославии.

Греция пропустила русских десантников в Косово – многие страны отказались сделать это, а Греция предоставила наземный коридор. Она – единственная страна НАТО – покупала российское оружие. Греция участвовала в разработке нефтепровода «Бургас – Александрополис», который очень негативно воспринимался в США, – и, тем не менее, она продолжала в этом участвовать.

Тут можно долго перечислять.

Причину того, что сегодня Греция оказалась в таком тяжелом положении, греки возводят еще к Ялтинской конференции, когда Европа была разделена на зоны влияния. Греция, несмотря на то, в стране были пророссийские настроения и все симпатии были на стороне Советского Союза, оказалась в Западной Европе.

Это вылилось в тяжелейшую кровопролитную гражданскую войну с десятками тысяч убитых.

Греческий народ исторически тяготел к России, но все последующие годы его искусственно ограничивали и пытались загнать в прокрустово ложе европейских норм. И если в 1970-е, 1980-е, даже в 1990-е годы Греция очень активно сопротивлялась этому, и отдельные политики откликались на запросы народа, то сейчас народное мнение вообще не учитывается политиками, что видно как раз из результатов референдума.

Значительно больше половины народа говорит «нет», а правительство сразу подписывает «да». Народ говорит «нет» санкциям против России, а правительство подписывает санкции.

Мнение народа совершенно не учитывается, и в связи с этим царит разочарование – а с другой стороны, уверенность в том, что с помощью выборов уже ничего не добиться.

– И к чему же это может привести? К событиям, подобным тем, что происходят на Украине?

– В Греции такой насильственный сценарий со свержением власти, с майданом едва ли возможен. Во-первых, греческая армия не сможет сыграть какой-то самостоятельной роли, потому что после свержения диктатуры «черных полковников», которая была в Греции в 1960-е годы, армия, генералы не имеют права участвовать в политических событиях. Сценарий как в Латинской Америке, когда военные брали власть, в Греции невозможен. Что касается политических протестов, то здесь необходимы какие-то лидеры, которые поведут за собой, а народ разочарован в них. Путь стачек и митингов тоже ни к чему не приведет: на каждом митинге, который собирает 100, 200, 300 тысяч человек, появляются провокаторы, вступающие в столкновение с полицией, под этим предлогом полиция разгоняет мирных демонстрантов слезоточивым газом, и делает это достаточно сурово. Если вспомнить начало событий на Украине, то в Греции это невозможно: в Западной Европе принято не церемониться с какими-то митингующими.

Единственное, что возможно, – это если от отчаяния люди выйдут на улицы и начнется бунт, бессмысленный и беспощадный, без каких-то результатов. Который не приведет ни к смене строя, ни к смене власти – просто стихийный протест голодающих людей.

– А что говорит духовенство? Епископат, священники, афонские монахи?

– Если говорить о мнении иерархов, то, скажем, архиепископ Афинский и наиболее известные иерархи, возглавляющие крупнейшие кафедры – в Салониках, в Пирее, – высказываются за продолжение участия Греции в Европейском Союзе, за сохранение страны в зоне евро.

При этом нельзя сказать, что они соглашатели: они считают, что, если Греция выйдет из ЕС, будет еще хуже: начнется полный хаос – и это действительно может произойти, – а в наказание ее могут отдать на съедение соседям – тем же Албании и Турции.

А учитывая, что в стране уже находятся несколько миллионов иммигрантов-мусульман, здесь очень много рычагов влияния на Грецию.

Но и эти иерархи также критикуют ЕС. Нельзя сказать, что они европейски ориентированы, – это не так: просто это выбор из двух зол, как они считают, в пользу меньшего.

Но если говорить о монашестве и об Афоне, то здесь большинство как раз против ЕС – так же, как и некоторые иерархи. ЕС Греции ничего хорошего не принес, говорят они, и поэтому отделение от Европы, от европейских структур – как раз тот выбор, который необходимо сделать, несмотря на то, что он такой сложный и опасный.

 Оба пути будут очень болезненны для Греции. Если Греция выходит из ЕС, то будет одномоментный обвал экономики, полный кризис в отношениях с соседями, голод, возможно массовый, – но с реальной перспективой самостоятельно поднять голову.

А вот если Греция остается в ЕС, то… Можно это сравнить с тем, как человека постепенно душат. Его душат так, чтобы он не замечал, что его медленно убивают. Могут ему ввести обезболивающее, потом посильнее подушить, ослабить хватку и снова продолжить, но понятно, что в какой-то момент это приведет к его смерти.

Они сами это признали – МВФ признал, – что план «новый меморандум с кредиторами» приведет к тому, что долг Греции только увеличится. Если Греция будет всё выполнять – все рекомендации, все предписания, – пожертвует своим национальным суверенитетом, отдаст свои национальные богатства, то в итоге долг только вырастет. Здесь нет луча света.

Люди были готовы затянуть пояса – проводились опросы, – потерпеть пять лет или даже десять. Но когда им говорят, что они всё это сделают – будут голодать, останутся без работы, их дети будут без работы, – но в результате никакого позитивного сдвига всё равно не произойдет, а только какие-то кредиторы будут получать свои деньги и какие-то банкиры – выгоду от спекулятивных процессов, это вызывает наибольшее разочарование.

А кроме того понятно, что в одном пакете с экономическими мерами будет проталкиваться и то, что обещано европейской повесткой дня: легализация «гей-браков» и прочая. Например, одно время владыки били тревогу в связи с тем, что будут цензурироваться чуть ли не евангельские тексты…

– Они попадают под Антирасистский закон – то есть могут быть расценены как дискриминационные. Этот закон уже действует?

– Да, но Греция немножко похожа на Россию – в том смысле, что строгость законов компенсируется необязательностью их исполнения. Очень многие владыки и священнослужители уже наговорили себе на срок в соответствии с этим «антидискриминационным» законом, но государство, прокуратура не рискуют заводить дела, потому что понимают всю абсурдность этого.

Закон вступил в силу, но иерархи чувствуют себя совершенно свободными. Церковь очень жестко высказывается против содомии, против ревизии священных текстов и других вещей.

Все священнослужители – и те, которые считают, что выбирают меньшее из зол, и те, кто за полный разрыв с Европой, – вместе выступают против этих законов. В этом смысле Церковь занимает очень активную позицию.

Вообще Церковь большую роль играет в сегодняшней Греции. Это касается и огромной помощи нуждающимся, голодающим: сотни тысяч людей живут только за счет того, что Церковь организует бесплатные столовые, помощь многодетным семьям продуктами. Авторитет Церкви достаточно высок. Он всегда был высок в Греции, но за счет того, что она не боится выступить и с критикой ЕС, и Брюсселя и поддержать народ материально и морально, он стал еще выше.

– Вы говорите, что пока эти законы не работают, потому что государство и прокуратура, видя их абсурдность, не хотят их исполнять. Но такое положение ведь может измениться.

– Вы помните всю эту историю с отцом Ефремом Ватопедским? Люди очень активно его защищали, не только в России, но и в Греции, притом что обвинения были непонятные, расплывчатые, двусмысленные.

А если священника арестуют за то, что он защитил Евангелие, или за то, что он выступил против содомитов, это вызовет бурю – здесь опасаются таких вещей. С греческим народом такие вещи не пройдут – по крайней мере пока.

Но тут реализуется второй план: постепенная дехристианизация Греции – не столько через пропаганду атеизма или безнравственности, сколько через изменение этнического характера страны за счет нелегальной иммиграции.

Лишь с начала 2015 года в Грецию прибыло 124 тысячи беженцев – и это только по официальным данным ООН. И сейчас прибывает более 1000 человек каждый день.

– Из каких стран?

– На 95% – из мусульманских, таких как Пакистан, Афганистан и т.д.

– И Греция обязана их принимать?

– Греция обязана их принимать, потому что, если этого не делать, в Европе начинается критика. Был такой комиссар по правам человека из Латвии, он всё время говорил, что греки бесчеловечно относятся к мигрантам, они варвары и так далее. Такое из Брюсселя звучит всё время.

Недавно на острове Самос правительство все-таки было вынуждено применить силу. Но при этом со всех островов, где есть иммигранты, в правительство поступают обращения: греки не просто не чувствуют себя в безопасности – они боятся за свою жизнь. На одного грека на острове приходится пять мигрантов, и они волками смотрят на местных жителей, и преступность за эти годы выросла в разы, и это тоже – результат пребывания в ЕС.

 Помню, когда я был маленьким, в 1980-е годы, меня совершенно спокойно могли одного отправить в соседний район за хлебом – в пять, шесть лет, – без присмотра, не опасаясь, что что-то случится. Ключи даже в Афинах оставляли под ковриком – или просто в двери. Кража или разбойное нападение были новостью всегреческого масштаба, тема для сюжета в центральных новостях – настолько незначительной была преступность.

А сегодня преступность – это наркобизнес, торговля оружием, проституция – всё что угодно. И всё это контролируется этническими группировками.

В Афинах есть целые районы, куда греки боятся заходить, – это гетто в полном смысле этого слова. Мусульманское пока еще меньшинство – по разным оценкам, их в стране до нескольких миллионов – распространяет свои экстремистские листовки даже в афинском метро. Они выходят на акции протеста…

На острове Калимнос иммигрант сорвал греческий флаг. В другом месте греческий флаг сожгли.

А есть еще албанцы – очень агрессивные соседи, которые не оставляют планов по созданию Великой Албании; активно действует подполье, даже склады с оружием находили в Греции – они могут в любой момент организовать косовский вариант. И работа в этом направлении идет – они открыто претендуют на целый район Северной Греции.

И турки тоже не сидят сложа руки. Это уже признано, есть соответствующие публикации, что Турция очень активно помогает иммигрантам перебираться на территорию Греции. И транспортом помогает, и целые структуры созданы – условно говоря, «туристические агентства», которые совершенно законно действуют на территории Турции и ежедневно отправляют более 1000 человек в Грецию, которая задыхается от этого наплыва, потому что этих иммигрантов требуют и кормить, и поить, и все условия для них создавать.

– Афанасий, а вот скажите, насколько греки, как народ, религиозны?

– Хороший вопрос. Сложно сказать. Опросы показывают, что больше 90% называют себя православными. Тех, кто соблюдает посты, – поменьше. Но в условиях войны или оккупации эта инертная масса, православная по рождению, может быстро трансформироваться в настоящих православных верующих.

За годы кризиса немногие повернулись к Церкви, но число верующих растет. На воскресных богослужениях присутствует значительное число греков, все храмы более-менее полны в воскресенья, в большие праздники.

На Страстной седмице по всей стране очень высок процент людей, участвующих в богослужениях.

Не в обиду соседним странам: в Болгарии, что признают сами болгары, гораздо больше людей, равнодушных к Церкви, но и в Сербии народу в процентном соотношении в храмы ходит меньше.

Не нужно забывать и о греческих монастырях – их очень много, и это сильное монашество. Не говоря уже об афонских монахах, из которых большинство – греки.

Греки религиозны, несмотря на все попытки как-то их сбить с этого пути. И ситуация экономического краха и такого давления как раз и способствует – вопреки, может быть, ожиданиям тех, кто это проводит, – тому, что народ все-таки поворачивается лицом к Церкви. Хотя в СМИ идет постоянная антицерковная пропаганда.

 – На чем она строится?

– Первый пункт – то, что у Церкви очень большое имущество, и она должна всем пожертвовать, всё отдать государству, чтобы облегчить народное бремя.

Надо сказать, что это имущество – в основном территории, которые заросли бурьяном, и Церковь неоднократно просила издать какой-то закон, чтобы эти земли могли быть переданы фермерам, тем, кто в этом нуждается[5].

Церковь как раз идет навстречу народу – и народ это знает, так что больше это работает на зарубежную, европейскую аудиторию: европейские политики регулярно требуют, чтобы богатства Греческой Церкви были экспроприированы или пошли на выплату долгов и т.д.

Второй пункт – если происходит какой-то случай, позволяющий выставить духовное лицо в неприглядном свете, это тут же становится поводом для истерики в центральных СМИ. Все про это пишут, говорят, собираются эксперты, высказывают мнения и т.д. Что какой-то священник сбил кого-то на автомобиле или у него нашли какие-то деньги, например.

Тот же Ватопедский скандал. Как выяснилось в итоге, не было состава преступления. Но сколько было шума! На тиражах газет, которые писали об этом деле, можно было миллион деревьев сберечь. Сколько было обвинений монашества, Церкви, но всё это, как сейчас видно из судебных слушаний, оказалось полным пшиком. Даже либералы сейчас не вспоминают о Ватопедском скандале.

– Афанасий, может быть, вы скажете еще о чем-то важном, о чем я в силу своей неосведомленности не спросила?

– Несмотря на всю эту ситуацию, нельзя сказать, что на данный момент греческий народ сломлен, потому что люди понимают, откуда растут корни их бед.

У людей могут быть разные взгляды на происходящее. Одни выступают – и таких становится с каждым днем все больше – за немедленный выход из зоны евро, за разрыв с Европой, с ЕС. А есть люди, кто считает по-другому.

Но при этом все понимают, в чем источник бед Греции. Греческий народ нельзя считать какими-то баранами, которые оболванены телевидением и СМИ и повинуются рожку пастуха или его кнуту.

Это видно по всему. Я приведу только один пример, чтобы показать: греческий народ не манипулируем.

Вот ситуация со сбитым на Украине «Боингом». Когда это произошло, крупнейший греческий портал in.gr провел опрос: «Как вы считаете, кто сбил этот самолет?» Точную величину я не помню, но около 90% сказали, что его сбила Украина, и только совсем немногие – что его сбила Россия. Точно такие же цифры – по ответу на вопрос: «На чьей вы стороне – ополчения или официальной киевской власти?»

 В целом народ настроен очень позитивно по отношению к России, хотя, конечно, пропаганда идет, и греческие телеканалы и другие СМИ контролируются людьми, которые постоянно ведут промывку мозгов.

Телевидение постоянно твердит, что Россия – агрессор, вторглась на Украину, но это не работает: народ по-другому смотрит на эти вещи. Народ тяжело оболванить.

Сейчас хотят силой сломить волю народа. Хотят разложить Грецию путем изменения этнического характера государства. Заставить греков эмигрировать – потому что колоссальная безработица способствует тому, чтобы молодежь уезжала за границу.

Хотят сломать народ через колено – чтобы люди хоть и понимали, в чем их беда, но пассивно опустили руки.

Но не следует терять оптимизма. Сын греческого народа преподобный Паисий Святогорец говорил: «Благодатью Божией всё будет хорошо». Человеку, переживавшему из-за происков врагов Греции, святой дал следующий исполненный надежды ответ: «Даже если мне скажут, что на всей земле не осталось ни одного грека, я отчаиваться не стану. Бог может воскресить хоть одного грека, даже из мертвых. И если Он это сделает – то хватит и одного».

Кроме этого, святой Паисий верил, что «даже если на всей земле останется хотя бы один христианин, Христос всё равно исполнит Свой Божественный план». «Диавол пашет землю, – образно говорил старец, – но только сеять в нее будет Христос». Святой Паисий верил, что «Бог не попускает произойти злу, если из него не выйдет добра или, по крайней мере, не будет положено препятствие еще какому-то злу – большему, чем то, которое Он попустил».

 С Афанасием Зоитакисом беседовала Анастасия Рахлина, "Православие.ру"

 

Система Orphus

Не пропусти другие интересные статьи, подпишись:

Поделиться ссылкой:

О том, как поделиться
Правила комментирования
Последнее изменениеСуббота, 29 августа 2015 21:03
Комментарии для сайта Cackle
Наверх

Мобильные приложения

 

Новостные ленты

Партнеры сайта

Новости по Email