Menu
Login
  •  
  •  

ДОБРЫЙ АНГЕЛ ПОСЕЛИЛСЯ В ГРЕЦИИ

Летний вечер… Освещение мероприятия по открытию памятника…

Нет. Это неправильно! Статья изначально  задумывалась как освещение мероприятия, посвящённого открытию памятника. Однако, потом оказалось, что открытие памятника - это только огромная часть прекрасного деревенского праздника, подготовка к которому заняла долгие - долгие месяцы. Стало быть, рассказ обо всей деревне и новом памятнике. И название не совсем то.. Точнее, совсем не то…

 

Откуда у нас эта манера всё умалять и упрощать до безликости? Ведь не «вечер» же был на самом деле летним! Были два совершенно замечательных дня в Эриссо - практически столице третьего полуострова Халкидики, Салоникской области.

Опять не уследила за речью! Слова почему - то бегут впереди мыслей. В Эриссо вообще все дни совершенно замечательные. Такой покой и полнейшая отрешённость от внешнего мира с его заморочками и утомительностью, может быть только у врат одного из самых знаменитейших для православного человека мест на Земле - врат в колыбель Христианского мира - Афона. Того самого, на землю которого не должна ступать нога женщины, потому, что по преданиям, он сразу потеряет свою святость. Наблюдать Афон, мягко скажем, обтекаемая половина человечества имеет возможность, либо, пролетая над Священной Землёй на различных видах воздушного транспорта, либо, проплывая мимо на прогулочном катерочке. И сколько раз мне предоставлялась возможность проходить вдоль береговой линии вместе с туристами на борту, поверьте на слово, при рассказах о афонских монахах, я слышала один и то же вопрос, задаваемый на всех языках мира дамами с нездоровым блеском в глазах:

- А вот если я сейчас прыгну в воду и поплыву к берегу. Что будет!? Эти монахи не дадут же мне утонуть? Они же меня вытащат на берег? И я попаду тада-а-а…

Причём, туристки, исполняющие эту преамбулу на родном языке, совершенно неведомом мне, так алчно вглядывались в Афонский берег и так красочно показывали, размахивая руками, как бы именно они плыли к заветным местам, что у окружающих не оставалось никаких сомнений, что является основным вопросом в данный момент у отдыхающей с облупившимся носом.

Так вот: наверное, чтоб оградить Святое место от подобных и всякого рода других небогоугодных мыслей и поступков, Международный фонд Филантропов и Меценатов решил подарить границе бренного и духовных миров прекрасного Ангела, чтоб стоял он на площади в Урануполи и хранил всех верующих и не ведающих, что творят от прямого пути в гиену огненную. Чтоб стоял он на высоком постаменте, и каждый прохожий, взглянув на него, сразу же подумал:

- А правильно ли я живу?

Этот Добрый Ангел в Урануполи должен был стать двадцать пятым. Подобные памятники уже давно стоят во многих городах мира: Москве, Новозыбовске, Абакане, Фролове, Чебоксарах. Узнав о задумке фонда, обрадовались безмерно уранополчане. Ан, не тут то было! Нашли на площади в Уранопули, в аккурат там, откуда должен был взирать Добрый Ангел на грешных туристов, глубоко под землёй археологически ценные предметы. А для Греции её история - прежде всего. И остались ураноплчане с носом и неуёмными туристками. Тогда мер Эриссо - господин Михалис Влахопулос предложил в полнейшее распоряжение фонда свою родную деревню, находящуюся всего в пятнадцати минутах езды от пограничной зоны. Так и решили, что Добрый Ангел будет стоять в Эриссо.

И стали готовиться. Выбрали на площади перед мэрией самое подходящее место, между кустами белых роз и огромными столетними соснами. И стали возводить постамент. Уж как рабочие его ставили, в какое время работали, но до самого последнего мгновенья все до одного жителя деревни спорили, да гадали - кого скрыли от любопытных глаз огромным серым брезентом? Кто говорил, огромную чайку, кто, Фёдора Достоевского…Однако, оказалось, что из русских не только Фёдора Достоевского любят и чтят в Эриссо! Но, об этом чуть позже…

9 июля 2010 года маленькая деревня, находящаяся в середине третьего полуострова Халкидики, казалось, превратилась в самую яркую жемчужину Греции и заиграла своим бесценным матовым светом.

Греки сами по себе довольно сдержанные к культурным мероприятиям люди. Вот если б была какая - нибудь презентация Высшей школы Кулинарного Искусства со всеми вытекающими отсюда вкусовыми дегустациями - это я понимаю! Готовились бы, сходили в парикмахерскую, надели шифоновое платье, безумной величины бижутериевое колье на декольтированную мощную грудь и вперёд! Пробовать! Загружать одноразовую пластмассовую тарелку так, чтоб края гнулись, и содержимое сыпалось на щебёнку в парке. А тут гляжу: что-то странное творится!

В самом центре двора небольшой гостинички, в которую нас поселили, возлегла уставшая от работы девушка и стала дёргать себя за брови. На мой вопрос, чего это она, девушка сказала, что сегодня «открытие памятника», что это будет «очень большой праздник», что ещё « приедут из других деревень», а так же «будет мэр и посол из русского, украинского посольства, и, кажется узбекского». А, она вот, дескать, так устала, но очень хочет хорошо сегодня выглядеть, вот и проводит себя в порядок лёжа. Я крайне удивилась такой осведомлённости деревенской девушки, однако, списала это всё на руссофилию.«Мож, - думаю про себя,- у неё ухажёр есть русский! Тем не менее, я оказалась совсем не права! Кишела и копошилась вся деревня! В парикмахерскую было вообще не пробиться. Оказывается все дамы, особенно, весьма преклонных лет, пожелали в этот день стать красавицами, и задолго записались к парикмахеру. Все с нетерпением ждали « русских», подразумевая под этим словом представителей национальностей не только республик бывшего СССР, но, кажется, и всего бывшего соцблока.

Памятник так и стоял закрытым, притягивая к себе множество глаз и вызывая пересуды.

- Достоэфски! - скрипел зубами старичок с палкой справа от меня.

- Пускин, ахристе, - крутил в руке чётки, уверенный в своей непоколебимой правоте второй дед.

Торжество открыл мэр Эриссо Михалис Влахопулос. Удивительно красивый и импозантный мужчина, казалось, он и был рождён для того, чтоб когда - либо стать мэром! Он поздравил собравшихся с большой честью, которая им выпала, а так же поблагодарил всех, кто принимал то или иное участие в установлении памятника. Слова его были настолько теплы и красивы, что казалось, все присутствующие - его близкие друзья и родственники. И было так уютно и тепло на душе, словно и ты сам приехал в эту греческую деревню к своим братьям и сёстрам, которых давно не видел. Президент Международного фонда Филантропов и меценатов Олег Олейник – организатор этого мероприятия сам награждал мера Эриссо, а также всех тех, кто внёс свою огромную лепту в установку памятника. В первых рядах сидели представители Посольств России, Украины, Узбекистана, что нам - русскоговорящим было особенно приятно, как если б ты вернулся в глубокое детство и отдыхал в международном пионерском лагере «Артек», а туда бы приехали высокие гости, и с ними, о, подарок судьбы, настоящий, любимый живой Дроздов из « Мира животных», (в данный момент - член Международного фонда Филантропов и Меценатов).

- После открытия  будет хороший концерт! - всё тот же неуёмный дед - поклонник Фёдора Достоевского тычет второго, с чётками палкой в сандалю, - смотри, не уходи! Потом пожалеешь! Говорят музыканты из Афин приехали!

- Надо же, - восхищаюсь я, - утром по огороду сквозь арбузы на карачках ползал, а теперь «музыкантов из Афин» дожидается! А-а-а, - догадываюсь мгновенно,- он, наверное, думает, что ему из столицы привезли бузучище, бузуки, бузучечку и бахламу, и всё это ему будет играть зембетико! А он будет подпрыгивать и приплясывать, и ещё подпрыгивать , кружиться и приплясывать! Только зачем нужно было везти кого-то из Афин!? Тут в каждой деревне, кто за струны дёргает, а кто ещё за что!

Как же я жестоко ошибалась в своём неведении!

Стало смеркаться. Торжественная часть подходила к концу. Дипломы вручены, медали розданы. Закат багряным светом сел на верхушки столетних елей. Вдруг сидящие, все как один, обернулись к памятнику, закутанному в брезент.

Брезент был на месте, но в самом низу зажглась подсветка, и люди стали пытаться рассмотреть хоть какие-то очертания Валентины Терешковой. Надо отдать должное организаторам: всё было разыграно, как по нотам. Откуда не возьмись, вдруг на ступеньки взлетели музыканты. Лёгкий, сам похожий на Чёрного Ангела, молодой человек привычным движением положил руки на клавиши. Бритый под ноль красавец взял в руки гитару. Задумчивый брюнет с грустными глазами достал из футляра саксофон. И с ними ещё была девушка - скрипачка…Да, пожалуй Патриция Каас должна гордится собой, что очень на неё похожа.

С первыми звуками музыки брезент зашевелился. Толпа ахнула. Это с тёмной стороны улицы подъехал кран, которого почти не было видно из-за стволов сосен. И человек, стоящий в люльке и снимающий брезент был тоже в тёмном. Поэтому казалось, что каким-то мистическим образом ткань шевелится сама по себе, то обнажая, то снова скрывая детали, то ли « Пускина», то ли « Путына». Внезапно обнажились крылья. Почти стон пронёсся над головами…

Люди, как завороженные, смотрели вверх. Последний рывок и…Вот он взмыл над грешной Землёй - Добрый Ангел Любви и Света!

Люди заулыбались, стали поздравлять друг друга, фотографироваться на фоне стеллы. Было уже довольно темно, но многие пытались снять на свою немощную фототехнику хоть тень Доброго Ангела на фоне померкшего заката. И всё было торжественно сказочно. Как будто сама её величество Большая Гармония спустилась вместе с этим Ангелом к жителям и гостям деревни. Ощущение блаженства разливалось по всему телу, обдуваемому лёгким ветерком, нежный аромат белых роз стоял в воздухе, глаза наслаждались зрелищем Доброго Ангела, который теперь в свете небольших прожекторов тоже улыбался и радовался вместе со всеми.

Угощенье было прекрасным. Мэрия  Эриссо, во главе с Вергини Элени постаралась, чтоб всё было на высшем уровне. А вот в ушах… Боже! Я только сейчас поняла, что в ушах звучала музыка! Она настолько гармонировала со всей церемонией открытия, что была, как хорошие дорогие духи, которые командуют настроением, но не пахнут.

Теперь мне хочется задать читателю вопрос, часто ли он видел местных греков, которые после тяжёлого крестьянского дня сидят на открытии памятника и ну, грубо скажем, ждут шведского стола, а потом, покушамши с полным пузом, не обнаружив у музыкантов ни одного бузуки усаживаются поудобней слушать Вивальди?! Я никогда не видела! Я была просто потрясена. Так вот зачем музыкантов везли из Афин! Лучшие из лучших, крутые профи - с этой секунды праздник был их. Гиоляс Никос - его голос чёрного бархата с серебряным отливом слушала вся деревня, потому, что в Эриссо очень тихо и каждая нота продолжает звучать за много километров. Саксофон и труба одновременно плакали и смеялись  в руках Илиодора Корнеску. Пианист Андреас Сарантидис в чёрной блестящей разлетайке стал напоминать покаявшегося графа Дракулу, уже ставшего добрым, но пока не потерявшего своего мистического величия. И Леночка… Леночка Киселёва… чудная изящная скрипачка… Патриция Каас…

Но, как известно и всему хорошему приходит конец.

Однако, как оказалось конец концерта вовсе означал окончания праздника! И потом нас всех пригласили в таверну местные жители, не желая соглашаться с тем, что день погас.

И в таверне все пили за всё хорошее. Благодарили тех, кто подарил такой чудесный праздник, жали руки музыкантам и целовали Ленку. Оказывается, из русских любят и уважают в Эриссо не только Фёдора Достоевского!

День открытия плавно перетёк в новый день. И снова на площадь перед мэрией приходили люди, чтоб ещё и ещё раз взглянуть на Доброго Ангела.

Когда мы ехали в аэропорт, я помахала ему на прощание рукой. А он…улыбнулся мне в ответ.

Валида БУДАКИДУ,

Эриссо-Салоники-Эриссо

Источник газета "Омониа"

Система Orphus

Не пропусти другие интересные статьи, подпишись:

Поделиться ссылкой:

О том, как поделиться
Правила комментирования
Последнее изменениеСуббота, 14 мая 2011 21:03
Комментарии для сайта Cackle
Наверх

Мобильные приложения

 

Новостные ленты

Партнеры сайта

Новости по Email