Menu
Login
  •  
  •  

В Греции себя чувствуешь, как за пазухой у Бога…

  • Автор  Надежда Ширинская, Алевтина Марьина
  • Просмотров 2460
© Фото из личного архива © Фото из личного архива

Сегодняшняя героиня портала  «Окно в Россию»  София Прокопиду, пройдя сложный, но интереснейший жизненный путь, вернулась на историческую родину. Но она по-прежнему в дороге. Всю свою жизнь София идет к своему "я", к своему дому, как Одиссей шел к своей Итаке...

Профиль:  Sofia Prokopidou , журналист, писатель, в Греции с 1990 года

- София, Вы гречанка?

- Да, я гречанка, но из тех греков, которые жили в Понтусе. Это черноморские греки, которые сохранили древнегреческий язык. У нас понтийский диалект, скажем так, "черноморско-греческий" язык. Это и древнегреческая грамматика, и лексика с каким-то тюркизмом в языке, естественно, за столько-то лет! Точную историю никто не знает, но, по крайней мере, мои предки к метропольной Греции не имели никакого отношения. То есть когда-то давно, может быть, и имели, но они уехали с территории Турции в связи с событиями, которые произошли в начале прошлого века. Это гонение христианского населения: сначала армян, а потом, в 22-м году началось изгнание греков с территории Малой Азии и Турции. Мои предки с территории Трапезунда приехали в Сочи, и там обосновались. Там же, в России, появились на свет и мои родители. Но они всегда держали в сознании, что они - греки, говорили на понтийском языке, но, конечно же, получили российское образование. Мы советские греки, скажем так.

- Но для Ваших предков это было не последнее гонение, я так понимаю. Ведь они оказались в Казахстане?

- Да, и эта история, кстати, мною описана. Сейчас я выпустила книгу, которая называется "Чемодан черной икры", состоящую из 18 новелл. Книжка написана на греческом языке. Несмотря на то, что я все-таки не носитель греческого языка, который был для меня иностранный, а носитель понтийского диалекта, греческий выучила самостоятельно. Не могу сказать, что у меня таланты к языкам, но, видимо, так должно было случиться. Я пишу на греческом и как журналистка. И в этой книге как раз описываю историю советских греков. Это маленькие новеллы, но мне удалось создать такие интересные образы, что Комитет Министерства образования и культуры Греции рекомендовал мою книгу для школ. Эта книга осветила столетний исторический период, рассказывая о греках Советского Союза и о самой стране с любовью и болью. Вы знаете, вся эта гамма присутствует в этой книге, и она написана таким языком, что понятна и ученикам. Читая ее, можно многому научиться, и поплакать, и посмеяться. Например, новелла об истории высылки моих родителей называется "Отец Ваня", и описываю я все глазами моего отца. Для семилетнего мальчика было необыкновенно радостно, что он впервые выезжает из своей деревни и уезжает куда-то, поедет на корабле, на поезде. Он такой счастливый, а все вокруг плачут: мужчин забрали в тюрьму, потому что у них были греческие паспорта, а женщинам и старикам пришли и сказали: через 20 часов вас выселяют. Куда, никто не знает. Он только помнит, что мама зарубила поросенка на мясо, собрала какие-то вещи, разбила стекла в доме, чтобы никто не поселился. И вот так мальчик радовался, пока не получил оплеуху. А потом он описывает это путешествие, в котором ничего не боялся, потому что радость от перемены мест в нем преобладала. В этой новелле всего 10 страниц, но благодаря тому, что я описывала не страшные события, а радость этого ребенка, трагизм ситуации только усиливается. И хотя для семилетнего мальчика это было всего лишь приключение, но за ним стояла трагедия целого народа.

- Получается, что Вы родились в Казахстане?

- Да, я родилась в Казахстане в семье высланных греков и прожила там до десяти лет. Обожаю Казахстан. Сейчас в Астане была, только что прилетела оттуда с греческой спортивной командой. Я как журналист занимаюсь темой греков, греческих общин бывшего Советского Союза, а также пишу о российской диаспоре в Греции. Я не нахожусь на перепутье. Мой паспорт совершенно определен. Естественно, я воспитана на всем советском, и это сделало меня такой, какая я есть. Но я всегда любила Грецию как мечту. И сейчас судьба просто дала мне возможность писать на греческом языке.

- А когда Вы приехали в Грецию? 

- Я приехала в Грецию в 90-м году, когда мне было 33 года. Тогда мы жили в Адлере, я работала в школе учителем, у меня были друзья. Жили мы, кстати, небедно: у мужа был свой дом. И у меня все было хорошо. Но в стране наступил кризис, помнится первый российский парламент - Дума, это был такой хаос… И все это совпало, буду откровенна, с моим личным хаосом в семейной жизни - кризис наступил в семье, кризис наступил везде. Мы еще не были тогда ни нищими, ни безработными. У нас все было, и мы хорошо жили в тот период, в 90-м году. Я тогда очень хотела туристкой поехать в Грецию, но мой бывший супруг, (он недавно умер, три года назад, хотя, расстались мы с ним давно), решил уехать в Грецию. И он меня, гречанку, уговаривал. А я не хотела оставлять свою школу. У меня в Адлере была слава хорошего учителя, у меня была своя театральная группа. Для меня школа - это как любовь, как семья, - и учителя, и ученики, все вместе. Я была счастлива в работе и боялась оставить все это, тем более, что не знала языка. В итоге мы все-таки уехали, и, естественно, нам пришлось начинать все снова.

Конечно, чтобы уехать, нужна смелость. Мы уехали не потому, что у нас не было работы, нечего было есть или от безвыходности. Из первых эмигрантов греков-понтийцев уехали в 90-м году все те, кто имел на самом деле силу и характер, физические и, естественно, материальные возможности. Они продавали свои дома в Казахстане, в Грузии. И первое поколение эмигрантов уезжали, потому что верили, что все будет нормально, и не боялись трудностей. Это был очень смелый шаг. Трудности начинались потом, и я поняла, что это было безумие.

- Интересно узнать вот что: Вы приехали на свою историческую родину. Что Вы чувствовали как человек, который там никогда в жизни не был?

- Вы знаете, иногда я думаю, что все цивилизованные люди и есть греки. Ведь Древняя Греция, в общем-то, создала формулу современной цивилизации, вобрав в себя все культуры других народов, и создала эту формулу, по которой живет все цивилизованное общество уже много тысяч лет! И тот образ мышления, который сегодня мы встречаем в западном мире, основан именно на древнегреческом мышлении, на древнегреческой философии. Поэтому любой человек, который приезжает в Грецию и начинает здесь жить, находит здесь фактически свою родину. И мне, как человеку образованному, было нетрудно, но в то же время странно. Я ожидала что-то другое. Я описываю этот момент в рассказе "Чемодан черной икры". Когда моя героиня приехала в Афины, то сошла с ума от этой грязи, пыли и жары. Ей это напомнило фильмы Тарковского, такой сюр. Так было и со мной. Был ужас, был страх. Но Греция сегодня - страна намоленная. Когда-то она была намолена теми же богами, и все вокруг них тут решалось и создавалось, что и стало основой западной цивилизации. А от Византии осталась христианская религия. Вся Греция буквально усыпана монастырями и церквями. Представьте себе, сколько людей здесь молятся каждый день! Здесь воздух другой, другое настроение! Я была недавно в Болгарии, мы пересекаем границу, и я вдруг понимаю, что там совершенно другая атмосфера. И это не какой-то мой бред патриотки. Я, кстати, человек реальный, мыслящий. А потому что - другая энергетика. Так что Греция - страна чудесная. Я так ее полюбила за эти годы при том, что мы ее критикуем, и греки бывают совершенно бестолковые. Мне не нравится, что, к сожалению, современная Греция осталась под восточным, скажем так, воспитанием. Все-таки последние четыреста с лишним лет Османской империи сказались на менталитете греков. Отсюда и этот кризис. Если бы здесь были итальянцы или французы, тогда, может быть, и менталитет у греков был бы другой. Но что-то есть в этой стране такое, от чего чувствуешь себя здесь спокойно. Спокойно, как за пазухой у Бога, что бы ни случилось.

- София, прошло уже практически 25 лет, как Вы живете в Греции. Сейчас Вы писатель, журналист. А как Вы нашли себя там, в новой для Вас стране?

- Во-первых, я приехала сюда как бы одна, с детьми. Сын, у меня, кстати, сейчас в Сочи живет, он уехал к отцу, получил там образование. Дочь со мной, здесь, получила греческое образование. Конечно, у меня так сложилась жизненная история, что поначалу я создала себе карьеру в России. Все-таки я работала учителем довольно успешно. Перед отъездом меня даже не хотели отпускать. Я любила свою работу, мне даже нравился школьный запах. И ученики меня до сих пор помнят. Но здесь я создала себе другой имидж, другую карьеру. В Советском Союзе я активно существовала в социуме, воспитывая каждый год столько детей! Причем воспитывала людей с большой буквы, по крайней мере, я так видела свою работу. В Греции я тоже оказалась в социуме. Судьба, наверное… Постоянно занималась общественными делами, эмиграцией, вела русскую передачу... Меня здесь знает достаточно много людей - наших, русскоязычных, и греков. Я влилась в это общество легко, но мне помог в этом и мой характер, видимо, советский. Я смотрела на всех местных людей с позиции человека сильного, знающего «как жить дальше». Я не смотрела на них с позиции несчастной эмигрантки, хотя могла быть и такой, без работы и без денег. Но было во мне что-то, какая-то сила, которую мне дала моя бывшая страна, и я на самом деле думала, что знаю что-то большее, и могу быть полезна чем-то большим, тем, чего они не знают. Но в то же время мне хватило ума и характера, в христианском понятии, не иметь гордыню. Я смогла этот баланс выдержать, а это помогло мне в карьере. Вы не думайте, что я самая умная здесь, самая успешная. Нет, мне действительно помог мой характер, мое трудолюбие.

Вы знаете, я работала домработницей поначалу, и не скрывала и не стыдилась этого, потому что это была замечательная работа: не тратишь никаких душевных сил, о чем-то думаешь постоянно, сохраняешь свое «я», имеешь хорошую зарплату, и можешь заниматься – писать, читать. Я работала так всего два года, но если бы ушла на завод или в каком-нибудь коллективе греческом работала, они бы меня просто задушили или я заболела бы депрессией. Там же коллектив, там же начальство. А тут приходишь в дом, к людям, а часто, кстати, их и дома-то не было, замечательная работа! Параллельно я смогла в университете заниматься греческим, общественной работой. Можно было иногда и отменить уборку в доме, сказать: извините, я приболела, ну, соврать немножко, и пойти на какой-то фестиваль или какое-то мероприятие. А если ты на фабрике работаешь или еще где-то? Ты этого не сможешь сделать, тебя просто уволят. Таким образом, я сохранила свою независимость.

- А какой же была Ваша первая постоянная работа?

- В Афинском информационном агентстве, в котором работаю уже 17 лет. На телевидении работала 9 лет, много раз хотела уйти, думала, ну, хватит уже. Говорю им, что по моему акценту чувствуется, что я не носитель греческого языка, зачем вы меня держите? Но они продолжали меня держать, и я работала в новостях, хотя говорить толком не могла, мучилась. Но потом ушла по объективным причинам, надо было выбирать.

- А как относятся в Греции к нашим соотечественниками?

- В Греции сегодня для всех нас, русскоязычных, большая радость. Когда я приехала в Грецию, то сказала, что когда-нибудь Греция станет курортом России. Я не экономист, но просто было понятно, что это произойдет, потому что мы очень близкие по менталитету страны. Российский народ по своему характеру, темпераменту – это не северный народ, а средиземноморский. Ведь и на самом деле все россияне очень теплые и темпераментные люди, и им гораздо больше подходит не какая-нибудь Финляндия, а именно юг, южные европейские страны. И так и случилось, что сегодня в Греции действительно наплыв российских туристов. До этого к нам, эмигрантам, и даже к таким, как я, у которых была престижная работа, относились с некоторым неуважением. Коммунисты нас не любили за то, что мы предали Советский Союз. Социалисты хоть и говорили, что нас любят, но на самом деле постоянно попрекали: а вы что, греки, может, вы чеченцы? Ведь кавказские люди все друг на друга похожи. А правые вообще считали, что мы тут лишние. И вдруг нас все полюбили. Россия неожиданно для нас создала такой фундамент, что мы чувствуем себя здесь теперь важными. Русскоязычные стали неожиданно востребованы.

- София Прокопиду сегодня – какая она?

-  Я поняла, что сегодня пытаюсь вернуться к себе самой, и работаю над тем, чтобы достичь мудрости. Мне сейчас исполнится 56 лет, и я понимаю, что должна катиться к старости, которая все равно наступит. Я понимаю, что социум мне уже не очень интересен, потому что я вложила в него очень много. Писать книжки - да. Но я понимаю, что все-таки надо идти к мудрости душевной, которая будет внутри, и воспринимать жизнь с той радостью, с которой ее воспринимают дети: вот просто так, потому что это и есть жизнь и больше ничего. И неважно, где ты – в Москве, в Афинах, в Салониках, в деревне какой-то заброшенной. Но если ты воспринимаешь жизнь такой, как она есть, то серые будни - это тоже радость жизненная, и вот тогда ты счастлив. Сегодня я пытаюсь, имея этот большой опыт, отдав много чего обществу, просто вернуться к себе. Мне в этом помогает мой сын, который живет в Сочи, мы с ним беседуем, моя дочь - они тоже мои ученики, но теперь уже и учителя. Это как в известном стихотворении Константина Кавафиса «Итака» - жизненный путь - это возвращение фактически к себе, в Итаку. Как Одиссей, который много лет возвращался в семью, но весь его путь был интересен, мы путешествуем ради путешествия. Но всегда важен конечный пункт. И этот конечный пункт – это твой дом, это ты сам и есть. И если ты достигаешь самого себя, то есть "своей Итаки", то это и есть хорошая жизнь и мудрая старость, в которой ты будешь востребован уже всеми вокруг. 

Система Orphus

Не пропусти другие интересные статьи, подпишись:

Поделиться ссылкой:

О том, как поделиться
Правила комментирования
Последнее изменениеСреда, 19 ноября 2014 23:32
Комментарии для сайта Cackle
Наверх

Мобильные приложения

 

Новостные ленты

Партнеры сайта

Новости по Email