Menu
Login
  •  
  •  

Турецкая угроза и Флорентийская Уния

Турецкая  угроза  и  Флорентийская Уния

Османская империя, ставшая к середине ХV века сильнейшей военной державой в Европе, неуклонно расширяла свои границы, захватывая одну за другой области Балкан и Малой Азии. Продолжение начало Возникновение княжества Феодоро и другие материалы автора в разделе история Греции .

Поскольку военные действия не принесли пользы ни грекам, ни генуэзцам, и усилилась угроза нападения турок на Крым, то недавние враги стали склоняться к союзу.

Османская империя, ставшая к этому времени сильнейшей военной державой в Европе, неуклонно расширяла свои границы, захватывая одну за другой области Балкан и Малой Азии. Обладая огромной, отлично вооруженной, имевшей сильную артиллерию, армией, турки усиливали напор на Константинополь и Трапезунд. Султан Мурад II, правивший османами с 1421 г, после осады в марте 1430 г захватил крупный греческий город Салоники. На следующий год он захватил город Янину, и турецкие войска, захватив Фессалию, Беотию и Атику, вышли к Истму, перешеек стал границей между Византией и турками.

Под властью византийского императора Иоанна Палеолога остались Константинополь с его окрестностями и Пелопоннес. Не полагаясь на собственные силы, он решился на объединение православной и католической церквей, взамен ожидая помощи против турок от западноевропейских стран. После многочисленных переговоров папа Римский Евгений IV пригласил его и отцов восточной церкви в Италию.

Конгресс двух церквей начался в 1438 г в Фераре, а в 1439 г был продолжен во Флоренции. На нем присутствовали не только патриархи от восточной церкви, но и митрополиты из Крымских епископий и России. Конгресс во Флоренции закончился подписанием унии между двумя конфликтовавшими церквями. Только один из участников конгресса епископ Эфеса Марк Евгеник отказался подписать соглашение. Известие о заключении унии привело к возмущению большинства народа и духовенства Константинополя, выступавшего против нее. Митрополит Московский Исидор (последний митрополит грек), подписавший унию, был изгнан из города. Восточные патриархи и митрополиты Готский и Херсонский отказались от своих подписей.

Один из сторонников унии епископ Виссарион из-за беспорядков, начавшихся в Константинополе, уехал в Италию. Выходец из Трапезунда Виссарион, один из крупнейших деятелей Возрождения, ратовал за крестовый поход против турок, в котором должны были принять участие все христианские страны. Виссарион, ставший в Италии кардиналом, сделал много для оказания помощи грекам Западом, так как был дружен со многими католическими кардиналами и папами.

Княжество Феодоро, находившееся под властью Алексея II, продолжает экономически развиваться, чему способствует восстановление торгового порта Каламита. Князь усиливает укрепления крепости Фуны и приморского Алустона, но не вступает в военные конфликты с генуэзцами. Как и его отец, Алексей II поддерживает союзные отношения с крымским ханом Хаджи-Гиреем. За период его десятилетнего правления княжество феодоритов получило мирную передышку, и население смогло нормально вести хозяйство.

Умершего в 1444 г Алексея II на княжеском престоле Феодоро сменяет его старший сын Иоанн, женатый на родственнице Византийского императора Марии Палеолог. В этот год берегов Крыма достигает известие о разгроме султаном Мурадом II на Балканах войска крестоносцев, шедших крестовым походом против турок под командованием короля Польши и Венгрии Владислава, организованным папой римским.

Турецкая угроза явственней стала ощущаться в Крыму. Но в самом княжестве Феодоро в это время происходит борьба за власть. Второй по старшинству сын умершего Алексея II, от которого сохранилось в письменных источниках его татарское прозвище Олу-бей (великий князь), в результате борьбы сумел свергнуть князя Иоанна с престола и захватить княжескую власть. Князь Иоанн с семьей был вынужден уплыть в Трапезунд, где женой деспота Давида была сестра его отца - Мария.                           

Олу-бей, видно, был в хороших отношениях с крымским ханом Хаджи-Гиреем. Вполне возможно, что он вырос при дворе Хаджи-Гирея как заложник, посланный туда отцом. В средневековую эпоху заложничество было гарантией союзнических или вассальных отношений. Возмужавший при дворе хана и имевший много друзей среди татарских беев и военачальников Олу-бей принимал участие во всех мероприятиях хана Хаджи-Гирея. Своему татарскому прозвищу он обязан, по-видимому, за свои способности политика и военачальника. В документах итальянцы называют его Олу-бей грек.

Настоящее имя князя, данное ему при крещении, долгое время не могли определить из-за отсутствия письменных источников. При раскопках руин крепости Фуна была обнаружена большая плита с греческой надписью, датируемой 1459 г. На ней помещены гербы владетелей княжества Феодоро на пяти монограммах в виде щитов. Левая крайняя монограмма содержит надпись ИСУС ХРИСТОС и НИКА (Победа). Вторая принадлежит князю Алексею II. После долгих размышлений мы пришли к выводу, что третья монограмма должна читаться как Михаил.

Это имя носили не только императоры Трапезунда, но и Византии, родственниками и наследниками которых считали себя князья Гаврасы. сын Алексея II. Четвертая принадлежит княжичу Александру, и последняя изображает двуглавого орла - герб княжества Феодоро. По всей видимости, княжичу Александру крепость Фуна с округом Кинсанус была отдана в удельное владение. Александр, занимавшийся реконструкцией укреплений крепости, решил увековечить это событие. По примеру своего прадеда Алексея I, установившего свои плиты в столице и в Каламите, установил плиту в Фуне. Не считая крайне левый и правый щитки, слева направо он дал монограмму своего деда Алексея II, в центре-монограмму своего отца Михаила (Олу-бея), как правящего князя, а затем свою, как сына и наследника князя Феодоро.

Трапезундская эскадра, пришедшая в 1446 г к крымским берегам, заходила перед походом на Кафу в Каламиту. Деспот Давид, командовавший понтийским флотом, вел какие-то переговоры с князем Олу-беем, сведения о которых до нас не дошли. Феодоритский князь поддержал военную экспедицию понтийцев, которая закончилась миром, заключенным между греками и генуэзцами. Иначе и не могло быть, так как турецкая угроза становилась все явственней. Экспедиция понтийского флота к берегам Крыма была последним военным предприятием Трапезундской империи, а княжество Феодоро, считавшееся вассальным по отношению к империи, уже проводило независимую от нее политику. Турецкий султан Мурад II, одержавший ряд побед в сухопутных сражениях на Балканах, в 1447 г послал эскадру из 56 галер в Черное море. Турецкая эскадра пыталась захватить генуэзскую колонию Монкастро (современный Белгород-Днестровский), но потерпела неудачу и пошла в Крым. Все попытки турок захватить на побережье Крыма хоть один укрепленный порт были отбиты. Осада Каламиты принесла им одни потери.

 

Крепость Каламита

Потерпев неудачу, турки разграбили небольшие поселения Южного побережья и убрались восвояси. После набега турецкого флота на крымские берега и известия о разгроме еще одного войска крестоносцев в 1448 г султаном Мурадом II генуэзцы и греки стали искать пути для более тесного сближения. Обе стороны понимали, что в одиночку они не устоят перед турками, которые в любой момент могут снова атаковать их владения.

Князь Олу-бей, прочно утвердившийся на престоле, продолжал политику своих предшественников. При его правлении княжество Феодоро усилилось еще больше. Каламита как порт процветала. Брешь, пробитая князьями Гаврас в монопольной международной торговле генуэзцев в Крыму, приносила свои плоды и подняла престиж княжеского дома. Увеличилось благосостояние не только феодальной знати княжества, но и населения. Феодориты, связанные с морской торговлей, стали одной из главных опор княжеского дома, имевшего связи со всеми странами Черноморского побережья. В генуэзских документах князя Олу-бея называют "сеньор Феодоро", в русских документах он зовется князем, а татарское прозвище - Великий бей или Большой. Это свидетельствует о том, что князь, как и его дед и отец, был важной политической фигурой не только феодального Крыма, но и всего Северного Причерноморья.

 

ПАДЕНИЕ  КОНСТАНТИНОПОЛЯ  И  ТРАПЕЗУНДА

Столица Византийской империи Константинополь после захвата турками Салоник оказалась вдали от своих последних владений на Пелопоннесе. Греки по существу владели лишь огромным красивым городом, обнесенным мощными оборонительными стенами, которые приходили в ветхость. Власть столицы распространялась лишь на близлежащие окрестности. Император Иоанн VIII, правивший с 1425 по 1448 г, приложил немало усилий для создания союза, способного остановить турецкие захваты. Для достижения этой цели он был вынужден на конгрессе 1439 г во Флоренции подписать унию католической и православной церквей под главенством папы Римского. Подписание соглашения об унии церквей Востока и Запада привело к противоборству населения и духовенства Константинополя, разделившихся на сторонников и противников унии. Многие из отцов православной церкви, подписавших унию во Флоренции, затем отказались от своих подписей, что еще более подогрело страсти. Пока в Византии ждали практических решений, принятых во Флоренции, турецкий султан Мурад II продолжал захватывать Балканы. Он разгромил войско крестоносцев короля Польши и Венгрии Владислава, сам король погиб во время сражения. После смерти императора Иоанна VIII на византийский престол в 1448 г взошел его брат Константин, бывший до этого деспотом (владетелем) Пелопоннеса. Столица Пелопоннеса Мистра находилась неподалеку от древней Спарты. Мистра в XV веке представляла из себя крупный торговый и культурный центр, имевший связи с соседними странами. Она была центром греческого культурного возрождения, где при дворе владетелей Мистры, которым обычно бывал второй сын императора, находили себе покровителей ученые и деятели культуры. Император Константин XII Палеолог приложил немало энергии для организации обороны столицы. Ремонтировались обветшалые стены Константинополя, срочно набирались наемные войны-профессионалы. Посланцы Константина и кардинал Виссарион убеждали монархов Запада оказать помощь Византии.

В 1451 г турецким султаном стал Мохамед II, который не смотря на свою молодость - 21 год, принялся методично вести наступление на Константинополь. С целью полностью блокировать город он построил на европейской стороне пролива Босфор сильную крепость Румели Хисар, напротив ранее построенной султаном Баязидом на азиатской стороне крепости Анадолу Хисар. Установив в этих крепостях мощную для той эпохи артиллерию, он закрыл пролив со стороны Черного моря. Этим он отрезал Константинополь от Трапезундской империи, княжества Феодоро и генуэзских колоний Черного моря, которые могли оказать помощь с Востока. Константин Палеолог собрал в государственные хранилища пшеницу, которую удалось закупить, и со всей энергией готовил укрепления города к обороне. Обещанная Западом помощь так и не пришла, не считая 200 лучников, приплывших в Константинополь с греческим кардиналом Исидором.

В начале апреля 1453 г султан с огромным войском подошел к городу, и турки начали осаду. Турецкому войску, насчитывающему 250 тыс. воинов, противостояло 8000 греческих и 3000 наемных воинов. 7 апреля турки обрушили на древние стены города всю мощь своей первоклассной артиллерии, а когда стены местами стали рушиться, пошли на штурм. Осажденные заделали под огнем турецких пушек разрушения и отразили атакующих турок огнем своих пушек и мушкетов. Через несколько дней турки повторили штурм и опять потерпели неудачу. Героическим защитникам города приходилось отбивать бесконечные атаки турок после очередных бомбардировок стен. 20 апреля в осажденный город к всеобщему ликованию греков прорвались под командованием Флантонелли три генуэзских и один греческий корабль, которые встали в заливе Золотой Рог, закрытом с моря заградительной цепью. Разъяренный султан приказал перетащить по суше 72 корабля к Золотому Рогу, и кольцо осады сузилось.            

29 мая турки во время очередного штурма через вылазную калитку, оставшуюся без охраны, сумели проникнуть в город и захватить его, перебив героических защитников во главе с императором Константином, тело которого так и не было найдено. Город был предан страшному погрому. Усилия кардинала Виссариона, направленные на организацию помощи Византии Западом, окончились посылкой 300 воинов в 1459 г на защиту Южной Греции.

В 1460 г султан двинул свои войска на захват Пелопоннеса. После яростных боев турки захватили Южную Грецию. Греки сумели отстоять только Монемвасию и Мани.

Последний Трапезундский император Давид Комнин после падения Константинополя спешно пытался создать союз против султана Мохамеда II из соседних владетелей. Весной 1461 г турецкий султан с огромной армией и флотом выступил против Трапезунда. Разгромив малочисленные понтийские отряды, закрывавшие горные проходы, турки осадили город с суши и моря. С июля по август защитники Трапезунда героически отражали штурмы турецких войск. Турецкая артиллерия наносила осажденным грекам большой урон. Надежды Давида Комнина на союзников не оправдались. Грузия так и не решилась выступить на помощь понтийцам, а турецкие владетели - соседние союзники трапезундского императора, подавленные слухами о многочисленности султанской армии, не двинулись с места. Не видя возможность дальнейшего сопротивления, и желая спасти население столицы, император Давид решил сдаться туркам. Понтийская столица пала и стала жертвой грабежа и насилия турецких солдат. Семью Давида Комнина султан Мохамед отправил в свою старую столицу Адрианополь, а позднее казнил. 

НАСЛЕДНИКИ  ВИЗАНТИИ 

После падения Константинополя и Трапезунда княжество Феодоро остается последней свободной территорией греков. Остальные греческие земли, не попавшие под власть турок-османов, находятся под владычеством Венецианской республики и генуэзцев, владевших и колониями на Черном море, где значительную часть их населения составляли греки.

Генуэзские колонии на Черном море находятся с 1453 г под управлением крупнейшего в Европе банка св. Георгия, которому генуэзская республика продает на них свои права, считая не выгодным владеть ими из-за закрытия турками проливов в Черном море.

Князь Феодоро Олу-бей занят укреплением обороны побережья, так как именно на него могут напасть турки в первую очередь. Отношения князя с ханом Хаджи-Гиреем становятся более тесными, так как крымский хан в виду изменившийся международной обстановки на Черном море начинает менять свою политику. Хаджи-Гирей, добившийся независимости от Золотой Орды и значительно расширивший свои владения за пределами полуострова, вынужден считаться с новой грозной военной державой султана Мохамеда II, перенесшего свою столицу из Адрианополя в Константинополь. Хочет он того или нет, турки вынуждают его признать главенство султана, обладающего огромной военной силой и запершего Черное море. Львиную долю торговых выгод имеет султан, для которого превращение Черного моря в свое озеро - дело времени.

Генуэзская Кафа теперь рассматривает княжество Феодоро как ценного и, пожалуй, важнейшего союзника. Князь Олу-бей в этот период является балансом между ханом Хаджи-Гиреем и генуэзской Кафой. Согласно инструкциям, полученным властями Кафы от протекторов - управителей банка св. Георгия, им рекомендовалось установить тесные дружеские связи с Феодоро, не взирая на то, что феодоритская Каламита по торговым операциям стала опережать Кафу в торговле с Турцией. Турецкий султан был главнейшим врагом Феодоро и Кафы и ни с кем не собирался делить барыши от выгодной морской торговли.

14 июля 1454 г турецкий флот атаковал Кафу, но генуэзцы сумели отбить десант, на стороне которого действовал Хаджи-Гирей.

 

Не сумев овладеть Кафой, турецкий флот пошел вдоль Южного побережья, разоряя и грабя греческие поселения. Многие поселения были разрушены, а население угнано в рабство. После пиратского рейда турецкого флота отношения между Феодоро и Кафой становятся более тесными. Между ними заключается договор о ненападении. Кафа пыталась заключить договор и с ханом Хаджи-Гиреем, но он отказался, так как был уже на стороне турок. Из сохранившейся переписки властей Кафы с Генуей известно, что князь Олу-бей, узнав от своего агента о планах нападения турок на Кафу, предупредил власти города. В мае 1455 г консул Судака пишет письма князьям Олу-бею и Исааку, то есть генуэзцы и феодориты постоянно поддерживают связь, сообщая друг другу важные новости.

Генуэзцы, вынужденные уплачивать дань турецкому султану, ведут фортификационные работы в Кафе, Судаке и Чембало. Их примеру следует и князь Феодоро, восстанавливая разгромленные поселения. Оба невольных союзника не оставляют попыток сделать хана Хаджи-Гирея своим сторонником. Так сохранился документ о подарке татарскому хану на 315 соммов, сделанном совместно феодоритами и генуэзцами. Но эти усилия бесполезны, так как Хаджи-Гирей сделал свой выбор, правильно оценив силы. В то же время хан явно благоволит к Феодоро. Не сохранилось ни одного свидетельства о нападениях татар на греков в период его правления. Причиной этого были не только давние дружеские связи между ханом Хаджи-Гиреем и князьями Феодоро, начиная с Алексея I, но и взаимовыгодное торговое сотрудничество. Одним из таких важных торговых центров была греческая Каламита, имевшая большое значение для Крымского ханства.

В 1455 г власти Кафы посылают подарок князю Олу-бею и передают ему письмо протекторов банка св. Георгия. Протекторы в этом послании называют князя своим возлюбленным братом и призывают его как христианина к совместным действиям. Называя князя Феодоро "ваше великолепие", они высоко оценивают его деятельность и поддержку. Протекторы ищут дружбы князя Олу-бея и в другом письме наставляют консула Кафы поддерживать дружеские отношения с греками. В этом году князь Олу-бей отправляет своего посла Фоку в Кафу для переговоров с генуэзцами. Князю Феодоро стали известны какие-то секретные планы кафинцев в отношении его княжества, и он сообщает об этом протекторам в Геную. По всей видимости, генуэзцы вели двойную игру, потому что в послании протектораты ругают власти Кафы за их неосторожность.

Усилия властей Генуи и кардинала Виссариона по оказанию помощи христианам в Крыму перед лицом турецкой опасности привели лишь к тому, что папа римский приказал своему легату в Венгрии поддержать генуэзские колонии в Черном море. Протекторы же в очередной раз указали Кафе не вступать в конфликты с Феодоро, Молдавией и Трапезундом.

Блокада турками пролива Босфор после захвата ими в 1453 г Константинополя и двухлетняя засуха привели к экономическому кризису Кафу, жители которой стали покидать город из-за угрозы голода. Греческое население колоний могло найти себе приют на землях Феодоро. Бегство из Кафы населения приняло такие размеры, что правление банка св. Георгия приняло в 1454 г чрезвычайное решение об амнистии баглецам и неоплатным должникам. Оно предусматривало предоставление "всем бывшим жителям Кафы" гарантированные права - в течение 5 лет возвращаться туда вместе со своими семьями, имуществом, товарами и капиталом. Вернувшимся прощались любые долги не превышающие 200 серебряных соммов.

Но жители покинувшие Кафу, несмотря на гарантии генуэзских правителей, не собирались возвращаться. Большинство православных беженцев перебралась в княжество Феодоро и русские земли. Небольшая их часть поселилась в окрестностях резиденции хана Хаджи Гирея Кырк Оре, на месте современного Бахчисарая.

Князь Олу-бей, сумевший сохранить дружеские отношения с ханом Хаджи-Гиреем, по всей видимости, не платил ему дани, как генуэзская Кафа, и не был у него в вассальной зависимости. Это положение князья Феодоро сумели сохранить до самого конца существования княжества.

Для упрочнения своей внутренней и внешней политики, чтобы подчеркнуть свою преемственность от Византии, князь Михаил I стал величать себя василевсом-императором. На многочисленных фрагментах парадной посуды княжеского двора, извлеченных археологами при раскопках, имеются монограммы ТХ и ВТХ. Первые ТХ мы относим к князю Олу-бею (Михаил) до 1453 г-даты падения Константинополя. Вторую-как обозначение ВАСИЛЕВС Михаил. В подтверждение этому служит герб из крепости Фуны, датируемый 1459 г, где над двуглавым орлом появляется корона василевса.

Небольшое греческое княжество в Крыму, ставшее наследницей Византии на полуостртве после падения Трапезунда в 1461 г, могло проводить лишь одну политику(и на это были направлены все силы княжества)-политику выживания.

Но генуэзцы на Черноморском побережье не оставляли мыслей о захвате не только прибрежных городов феодоритов, но и самой столицы княжества. Так военный инженер Джовани Печино, руководивший фортификационными работами в Кафе в период, когда турецкий султан стал пропускать генуэзские корабли в Черное море, написал письмо протекторам банка св. Георгия. В своем послании Джовани Печино сообщает протекторам о завершении работ и напоминает об обещанной ему премии. В то же время он делает авантюристическое предложение. Он просит дать ему большую галеру и сто профессиональных солдат, с которыми он берется захватить все княжество Феодоро. Генуэзцы, наладившие на некоторое время отношения с султаном Мохамедом II, которому исправно платили дань, вели двойную игру с князем Феодоро, не в силах забыть времена монопольной торговли на Черном море.

В 1465 г посол Кафы, армянин Вартабед, едет по поручению консула на переговоры с феодоритами и посещает Алусту, Чембало и Каламиту. Тема переговоров-мирные отношения и продление союза генуэзцев и греков. В то же время Кафа, имевшая хорошие отношения с ханом Менгли-Гиреем, сыном умершего Хаджи-Гирея, оказывает давление на Феодоро и призывает князей платить дань татарам и туркам, чтобы не вызывать их ненависть. Наличие такого письменного документа свидетельствует о том, что греки не платили дани, обладая реальной силой для отпора врагам.

После смерти Олу-бея (Михаила) в 1471г престол в обход наследника Александра захватывает брат умершего, князь Исаак, обладавший более значительной силой. По всей видимости еще при жизни князя Михаила из числа влиятельных феодалов Феодоро создалась сильная оппозиция против его независимой политики, которую возглавил Исаак. Опасаясь последствий отказа правящего князя платить дань туркам и татарам и желая избежать участи Трапезунда и Константинополя, они решили не допускать к власти законного наследника, княжича Александра. Молодой князь разделявший взгляды отца на политику независимого существования княжества не устраивал архонтов Феодоро, считавших нереальным противостояние феодоритов, оставшихся в одиночестве. Крымский хан Менгли-Гирей, бывший в хороших отношениях с генуэзцами, не нуждался, как его отец Хаджи-Гирей в поддержке феодоритов, и их торговом порте Каламита. Политическая ситуация в Крыму резко изменялась не в пользу Феодоро, и архонты поддержали князя Исаака. Княжич Александр, владевший Фуной, где он провел фортификационные работы по усилению крепости и построил новый донжон, остался на втором плане и, реально оценив силы, в борьбу за власть не вступил. На стороне князя Исаака была Кафа, а значит и дружественный генуэзцам хан Менгли-Гирей.

Князь Исаак едет в Кафу для переговоров с генуэзцами и татарами, которые проходят успешно для него. Кафа делает князю богатые дары. Протекторы банка св. Георгия ведут переписку с князем Исааком и говорят в своих посланиях о желании и дальше развивать дружбу с ним. Против тесной дружбы с генуэзцами выступал княжич Александр и часть сочувствующей ему знати. Заносчивая генуэзская знать, в частности феодалы братья Гуаско, часто совершали разбойничьи набеги на земли феодоритов. Они угоняли скот, расхищали и уничтожали имущество греков побережья, не считаясь с указаниями консулов Кафы и Судака.

 

Генуэзские  воины

Преследуя свои личные интересы, генуэзские феодалы разрушали хрупкий мир между греками и итальянцами. Их хищнические налеты вызывали обратные меры греческих архонтов. Княжич Александр, владевший пограничной Фуной, мог защищать население Феодоро от посягательств алчных генуэзцев.

Напряжение на границах греко-генуэзских владений не входило в планы князя Исаака, и он искал удобного предлога, чтобы избавиться от племянника. Вскоре для этого представился удобный случай. В Феодоро прибыли послы господаря Молдавии Стефана III для переговоров с Олу-беем. Со смертью последнего они были прерваны.

Господарь Молдавии с помощью династического брака хотел получить в союзники княжество Феодоро, так как крымский хан Менгли-Гирей оказывал давление на его владения. В то же время у Стефана были напряженные отношения с генуэзцами и венецианцами. Итальянцы, владевшие Монкастро в период мира с турецким султаном, не поддерживали господаря Молдавии в его борьбе с турками из-за боязни закрытия проливов в Черное море для их кораблей.

Князь Исаак дал согласие на брак своей племянницы Марии с господарем Стефаном III, который был вдовцом. В 1472 г княжна Мария с братом Александром отбыли в Молдавию.

Отсутствие Александра развязало руки князю Исааку, который стал проводить политику более тесного сближения с генуэзской Кафой. К этому его подталкивала дружба хана Менгли-Гирея с Кафой. Князь Исаак должен был считаться с усилившимся Крымским ханством. Так генуэзцы-протекторы, обращаясь к хану Менгли-Гирею, величали его императором татар и делали ему богатые дары.

Позиции Исаака на политической сцене Крыма были значительно слабее, чем у правившего до него брата. Если Олу-бей имел претензию на герб с коронованным двуглавым орлом, а на своих блюдах к монограмме ТХ добавляет В - василеос, то Исаак к своему имени на посуде дает свой титул как афтенди - господин, владетель.

Испортились отношения у князя Исаака со Стефаном III. Господарь, женившись на княжне Марии, принял участие в судьбе шурина и приблизил его к себе. Стефан III, недовольный политикой генуэзцев, проводивших по его мнению политику уступок туркам-османам, напал на итальянскую факторию в Монкастро и разграбил там товары генуэзских и венецианских купцов. Это привело его к противостоянию с генуэзцами и союзниками, но господарь Стефан, бывший очень решительным человеком и упорным противником турок, которым он не раз бросал вызов, имел претензии и к Исааку, который не поддержал его. Отношения между Исааком и Стефаном по этой причине стали враждебными.

При князе Исааке возникают тесные связи с Московским государством. В 1472 г племянница последнего византийского императора Софья Палеолог отправилась в Москву, чтобы вступить в брак с великим князем Иваном III.

В составе многочисленной свиты византийской принцессы находился князь Константин Гаврас. Включение в свиту мангупского вельможи было вызвано тем, что в Москве уже около 70 лет жили потомки князя Стефана Гавраса, занимавшие видное положение при дворе великого князя Московского. Род Гаврасов, считавшийся родственниками Палеологов и Комнинов согласно норм средневековья, мог претендовать на высокое положение и должности. Позднее Константин принял монашество под именем Кассиана и удалился в Ферапонтов монастырь. Затем он основал свой собственный монастырь на берегу реки Учмы. В монастыре на стене одной из церквей Константин поместил плиту с двухглавым орлом без корон, похожим на изображения плит князя Алексея I 1425 и 1427 г.

Великому князю, женатому второй раз, по душе пришлась Софья Палеолог, и он, видимо, с подачи московских Гаврасов решил посватать за своего наследника феодоритскую княжну.

Своим браком с византийской принцессой Иван III имел право на герб Византийской империи, а возможный брак его сына с феодоритской княжной не только закреплял эти права, но и давал возможность претендовать на византийское наследство. С этой целью великий князь отправил послов в Феодоро к князю Исааку. Князь Исаак в течение 1474 г вел переговоры с великим князем Московским Иоанном III, через его послов. Московский государь просил руки дочери Исаака для своего сына. Этот династический брак способствовал бы не только укреплению связей двух православных государств, но и давал князю Исааку мощного союзника в лице бурно развивающегося Русского государства.

Но когда в 1475 г. в Крым прибыло второе посольство из Москвы Алексея Старкова, чтобы договорится о приданном невесты, Феодоро уже находилось в турецкой осаде и брак не состоялся.

Князь Исаак, избравший тактику умиротворения врагов, не применял решительных мер против участившихся после отъезда в Молдавию княжича Александра разбойничих нападений генуэзских феодалов. Так дошедший до нас документ сообщает о нападении братьев Гуаско на пограничные владения феодоритов.

Феодалы Гуаско не только угнали домашний скот у греков, но и сожгли помещения для скота. Власти Кафы ничего не могли поделать с зарвавшимися феодалами и жаловались на них протекторам. Феодориты так и не получили компенсации за причиненный ущерб и с тоской вспоминали о решительном князе Михаиле и его сыне Александре, не дававшем в обиду подвластных им людей. Правление князя Исаака вызвало у населения Феодоро глухое недовольство. Они слышали о войне молдаван против турок, в которой принимали участие феодориты, уплывшие в Молдавию с Александром. Сын князя Исаака Тихон поддерживал политику своего отца и после его смерти. По турецким документам князя Тихона называют Техур. Тихон, занявший престол, не пользовался популярностью среди населения Феодоро. Молодой князь ради сохранения власти и княжества готов был признать власть султана Мохамеда II. Участие княжича Александра с феодоритами в боевых действиях молдаван против турок-османов ставило Тихона в шаткое положение, могущее вызвать осложнения в отношениях не только с турками, но и с союзниками.

В это время господарь Стефан III, отражавший в Молдавии нашествие турок, начал переговоры с генуэзцами, пытаясь перетянуть их на свою сторону. Он обещал Кафе выплатить 1300 золотых венецианских дукатов за нанесенный им ранее ущерб при налете на Монкастро. Генуэзцы отказались от предложения Стефана III и не поддержали его борьбу с турками и татарами. Князь Тихон, как и его отец, занял враждебную позицию по отношению к господарю Молдавии, на стороне которого был княжич Александр.

Консул Кафы и князь Феодоро надеялись отсидеться в своих владениях при помощи крымского хана Менгли-Гирея, бывшего союзником турецкого султана. Но аппетит захватов чужих земель у Мохамеда II все более увеличивался, он только и ждал удобного предлога, чтобы вмешаться в крымские дела и подчинить полуостров своей власти.

Князь Тихон за время своего недолгого правления ничего примечательного не сделал и, по всей видимости, не пользовался авторитетом у населения княжества. Сын Исаака так и не сумел упрочить свое положение, так как симпатии греков были на стороне Александра, сражавшегося против турок.

 

КНЯЗЬ  АЛЕКСАНДР 

Князь Исаак, отдавая замуж дочь Михаила Марию за господаря Молдавии Стефана III Великого, заодно избавлялся от своего племянника Александра, посланного сопровождать свою сестру к жениху. Вместе с молдавскими послами в 1472 г княжна Мария, ее брат Александр со своей небольшой дружиной, составлявшей ее почетный эскорт, отбыли из порта Каламита на феодоритских галерах ко двору Стефана III.

Молдавский господарь, правивший с 1457 г страной, проводил решительную политику противостояния захватам турок-османов. В этом он находил поддержку не только среди горожан городов Молдавии и свободного крестьянства, но и среди значительного греческого населения Черноморского побережья страны, которое увеличилось после падения Константинополя и Трапезунда. Были греки и при дворе господаря Стефана III, прозванного Великим за победы, одержанные над турками и их союзниками. Молдавский господарь проводил независимую политику, поддерживая города и православную церковь. Стефан III для укрепления обороны страны возвел новые крепости.

В соседней братской Молдавии Валахии правил господарь Петр III Арон, после падения Константинополя плативший дань туркам в размере 2000 золотых дукатов и проводивший протурецкую политику. Господарь Стефан III вторгся в Валахию и при поддержке населения страны сместил Петра III. Женитьба Стефана Великого на феодоритской княжне увеличивала число его союзников в борьбе с турками-османами, военное давление которых испытали все страны, граничившие с ними. Делегация феодоритов во главе с княжичем Александром, прибыв в Молдавию, приняла участие в свадебных торжествах.

Александр, став родственником господаря Стефана, попал в число его близких друзей и помошников. Умный и смелый княжич, бывший решительным противником каких-либо уступок турецким захватчикам, пришелся ко двору Стефана Великого. Господарь Молдавии, признавший еще в 1459 г вассальную зависимость от польского короля Казимира, в расчете на помощь поляков в борьбе с турками с помощью феодоритов, генуэзцев и крымских татар, хотел остановить продвижение турок за Дунай.

В 1474 г Стефан Великий вступил со своим войском в Валахию, чтобы изгнать оттуда турок-османов и их ставленников, разграбивших страну. Действия Стефана в Валахии принесли ему успех и известность по всей Европе. Княжич Александр со своими феодоритами принимал участие в военных действиях молдован против турок, совершенствуя свой военный опыт.

В конце 1474 г многочисленное войско турок-османов во главе с бейлербеем Румели Сулейман-пашой вторглось в Молдавию. Стефан Великий в войне против турок применил тактику выжженной земли. Молдавское войско уходило от турок, уводя население и уничтожая все, что могло пригодиться захватчикам. Скоро в османских войсках начался голод. Ослабив этим турок, Стефан III вступил в решительное сражение с турками у Вислуя 10 января 1475 г и разгромил их наголову. Александр вместе со своим отрядом, принимавший участие в сражении, разделил радость победы с молдаванами.

В это время к княжичу прибыли вестники от его сторонников из Феодоро. Посланцы сообщили, что старый князь Исаак умер, а на престол вступил его сын Тихон, что народ княжества, как и прежде, на его стороне. Александр принял решение вернуться на родину и бороться за власть над княжеством. Обсудив положение с господарем Стефаном и заручившись его поддержкой, Александр со своей феодоритской дружиной, пополненной молдавскими воинами, сражавшимися под его начальством, отбывает в Крым. Отряд Александра, насчитывавший 300 воинов, испытанных в сражениях с турками, на итальянском корабле и нескольких небольших галерах подошел к берегам Таврики. Александр решил высадиться не в Каламите, которую контролировали сторонники князя Исаака и его наследник, а идти в бухту Ласпи. Поселение Ласпи входило в удельное владение княжича Александра, и здесь ему с дружиной был оказан дружеский прием. Галеры Александра беспрепятственно причалили к берегу. Отсюда княжич с дружиной пошел по территории своего удела к столице на горе Мангуп. Феодориты дружественно отнеслись к прибытию Александра и поддержали его, так как о вооруженных столкновениях нет никаких сведений. Владетель Феодоро сын Исаака был вынужден оставить город, население которого ждало Александра, и удалиться в свой удел, одну из крепостей княжества, уступив власть брату без вооруженной борьбы.

Вооруженная борьба ничего хорошего не сулила князю Тихону, так как у Александра была не только боевая дружина и многочисленные вооруженные сторонники, но и симпатии народа Феодоро, недовольного протурецкой политикой нового владетеля.

Не успел Александр обустроиться в столице, как пришло известие, что турки 31 мая высадились под городом Кафой. Турок призвали на помощь татарские беи, восставшие против хана Менгли-Гирея, который укрылся от них за стенами генуэзской Кафы. Турецкий султан, только и искавший повода для нападения на полуостров, послав на помощь Эминеку, командовавшему мятежными татарскими феодалами, армию везиря Кедык Ахмад-паши. Турецкий флот, состоявший из 300 судов, вооруженный пушками, имея 24 тыс. десанта на борту, должен был присоединить Крым к владениям султана. Власти Кафы, увидевшие турецкую армаду, высаживающую десант, лихорадочно готовились к обороне. Турки по приказу Ахмад-паши сняли осадные орудия с кораблей и подтащили их на позиции, удобные для обстрела города и его укреплений. Татарская конница прочесала все окрестности города и блокировала с суши Судак, на случай подхода союзных генуэзцам феодоритов. Турецкие галеры перекрыли генуэзцам в Кафе и Судаке сообщение с морем.

Ахмад-паша приказал обстреливать Кафу, и началась многодневная канонада, которая должна была стать прелюдией к штурму большого, многолюдного и богатого города. На пятый день осады часть стен от огня пушек начала разрушаться, и генуэзцы решили сдаться. Перед турецким главнокомандующим предстали кафинские парламентеры и заявили удивленному Ахмад-паше, что власти города решили сдаться. Ахмад-паша даже возмутился, что такой сильный укрепленный город с большим количеством защитников сдается практически без борьбы.

Он готовился к долгой и трудной осаде, его солдаты уже вели подкопы под укрепления города, и вдруг город, который еще не штурмовали, сдается. Еще недавно татарские беи и бежавший к нему сын князя Исаака Тихон уверяли его, что город будет очень трудно взять, и вдруг - капитуляция. Турецкие солдаты ворвались в сдавшийся город и предали его ужасающему погрому и грабежу. Большая часть уцелевшего населения города была отправлена в Стамбул, чтобы пополнить податное население обезлюдившего после 1453 г города. Турецкий флот взял направление на Судак, население которого приготовилось к решительной обороне, зная уже о судьбе сдавшихся кафинцев.

О катастрофе, постигшей этот город, известно из описания, оставленного Мартином Броневским: "От митрополита греческого, мужа почтенейшего и честного, который с греческих островов прибыл для осмотра церквей, я узнал, что, когда турки осаждали этот город с моря многочисленным войском, генуэзцы храбро и сильно защищали его. " Как известно, самих генуэзцев в Судаке было немного, основными защитниками города было греческо-армянское население.  

Осажденные держались до тех пор, пока не иссякли запасы продовольствия и не наступил голод. Обессилившие от голода защитники города не выдержали очередного штурма, и турки ворвались в крепость. Все население города было уничтожено. Многие греки искали спасения в церкви, там их и настигла гибель. Разъяренные турки подожгли церковь, и сотни горожан сгорели заживо.

Князь Александр имел очень мало времени для организации обороны княжества. События лавиной обрушивались на Феодоро: высадка турок и переход на их сторону татарских беев, бегство к ним сына князя Исаака и осада Кафы, позорная капитуляция сильной крепости с 70 тысячным населением и героическая оборона Судака, движение турецкого флота в сторону Алусты и осада турками Фуны. Попытки князя оказать помощь осажденным крепостям оказались неудачными. Силы были, слишком неравны. Александр был вынужден отказаться от тактики выжженной земли в войне с турками. На их стороне были татарские феодалы со своей легкой конницей, и турки имели большие запасы продовольствия, захваченные в Кафе. Поэтому руководители феодоритов приняли решение запереться по своим крепостям и замкам и защищаться до последней возможности. Для целей обороны должны были использоваться и пещерные монастыри, защищавшие подходы к столице. У феодоритов нашло убежище и население генуэзских колоний, избегнувших турецкого плена. Население княжества спешно готовилось к обороне: запасалось продовольствием, топливом, водой, угонялся скот в безопасные места, ковалось оружие.

Феодориты за время осады турками Судака сумели основательно подготовиться к встрече врага. После разгрома сдавшейся Кафы и взятия Судака, в котором было уничтожено все население, греки приняли решение биться до конца с турками. Значительная часть мирного населения княжества была отослана бысоко в горы, где пряталась в укромных убежищах.

Турецкую армию, осаждавшую Алусту, поддержал огнем своих орудий флот. Турецкие воины взяли город штурмом и уничтожили его защитников. Затем настала очередь Фуны. Гарнизон небольшой крепости стойко защищался, но турецкие пушки разрушили, как и в Алусте, крепостные стены, и защитники героически пали. Флот Ахмад - паши пошел к Чембало, параллельно по суше двигалась и его армия, методично уничтожая укрепления греков и их защитников. Археологические исследования показали, что все укрепления феодоритов были разрушены в 1475 году. Видны следы пожаров и разрушений от каменных ядер турок, в стенах укреплений найдены застрявшие наконечники стрел. Турецкий флот, подойдя к Чембало бомбардировал город. Небольшой генуэзский гарнизон крепости из 60 человек при одной пушке и поддержке плохо вооруженных горожан не смог долго сопротивляться, и был разгромлен. Город разделил участь поселений побережья. Наступила очередь Каламиты. После бомбардировки крепости из орудий, турки яростно атаковали стены древнего города, неся огромные потери. Им удалось сломить упорство немногочисленных защитников и через проломы ворваться в крепость. После падения Каламиты княжество осталось отрезанным от внешнего мира.

Турецкая армия выступила из разгромленной Каламиты на столицу Феодоро. Ахмад-паша приказал своим воинам тащить тяжелые осадные орудия к горе Мангуп. По пути к столице турки уничтожили форпосты Феодоро, пещерные монастыри и подошли к городу, за стенами которого собрались все феодороиты из окрестностей, решившие дать отпор турецким захватчикам. Турки подошли к горе Мангуп и осадили Феодоро с южной стороны, с северной стороны подошла татарская конница. Феодоро оказалось в кольце осады.

Турецкий командующий вместе с подкреплениями, полученными из Стамбула, имел более 25 тысяч воинов, около 5 тысяч человек насчитывалось в татарских отрядах. Таким образом, под командованием Ахмад - паши находилось около 30 тысяч воинов, что равнялось населению осажденного Феодоро. Князь Александр мог собрать для обороны столицы не более 4 тысяч феодоритов и такое же количество нестроевых мужчин, занятых изготовлением и ремонтом оружия на оборонительных работах и привлекавшихся к обороне укреплений при общем штурме стен неприятелем. Остальные воины, около двух тысяч, погибли при защите приморских укреплений и Фуны.

Наиболее точное описание осады Феодоро нам оставил Ашик-паша-заде (1400-1483), современник событий, и Сад-Эд-Дин (1536-1599) - турецкие историки. Остальные писатели средневековья сообщают лишь незначительные, путаные сведения о падении города Феодоро. Картину осады Феодоро турками значительно проясняют исследования археологов на горе Мангуп и его окрестностей.

Турецким войскам под командованием великого везиря Кедык-Ахмед-паши пришлось осаждать Феодоро пять месяцев. Бомбардировка турками укреплений из осадных орудий, заряженных каменными ядрами, достигавшими в диаметре до 35 см, феодориты противопоставили свое умение под огнем противника заделывать разрушения и укреплять стены с внутренней стороны, закладывая их камнями и землей. В наше время археологи нашли немало останков защитников Феодоро в завалах стен. В самой кладке стен с наружной стороны найдены многочисленные наконечники стрел и застрявшие ядра. Турки для обстрела осажденного города из пушек и камнеметных машин вынуждены были использовать каменные ядра, выпущенные в них греками из-за нехватки боеприпасов. Борьба велась очень ожесточенно. Александр неоднократно предпринимал вылазки против турок, нанося им чувствительные удары. Невзирая на урон, который при этом неизбежно несли феодориты, князь не мог дать туркам безнаказанно разрушать стены города. Туркам достаточно было проломить стену, так как имея превосходящую во много раз силу и огнестрельные орудия, они могли опрокинуть защитников города, силы которых после многомесячной осады стали таять.

Ахмад-паша несколько раз посылал князя Тихона к стенам осажденного города. Сын Исаака умолял князя Александра и феодоритов сдаться на милость визиря великого султана, но осажденные были непреклонны в своем решении стоять до конца. Князь Александр и феодориты знали об участи захваченных турками городов, когда люди теряли не только свое имущество, но и жизни. Оставшихся в живых ждали рабские рынки, а затем мужчин отправляли гребцами на галеры, а женщин - в гаремы османов. Понимая, что помощи ждать неоткуда, феодориты дрались с врагами с яростью обреченных. Визирь Ахмад-паша, видя безуспешность попыток разрушить стены города артиллерией, предпринял пять штурмов Феодоро. Турки понесли большие потери, но были отброшены греками.

Князь Александр, предпринимая вылазки из города со своей дружиной, зная военную тактику турок и татар, после неожиданных налетов не преследовал отступающего противника, а возвращался под защиту крепостных стен. Такая тактика приносила успех феодоритам, ожидавшим зимы, которая принесла бы осаждающим лишения. Ахмад-паша, вынужденный просить дополнительных войск для осады, так и не смог найти слабого места в оборонительных укреплениях города. Ожесточенным обстрелам турок из пушек стен феодориты отвечали из камнеметных машин, арбалетов и пращей. В городе постоянно пылали огни в кузнечных горнах: здесь ковалось оружие и заново перековывались наконечники вражеских стрел, затупившиеся при ударах о камни Мангупа. Феодориты не щадили своих жилищ, разбирая стены домов, расположенных близко к стенам города, их камни шли на заделку проломов и укрепление оборонительных стен. Стены, усиленные завалами, не сотрясались от ударов турецких ядер. Эти же камни из завалов летели в атакующих турок при штурме стен города. Противника феодоритов встречал град камней. При общих штурмах защитникам стен помогали женщины и дети. Мужество жителей Феодоро вынудили великого визиря пойти на хитрость. Ахмат-паша к этому времени, по словам турецкого писателя Эвлия Челеби, потерял около семи тысяч воинов и больше решил не предпринимать рискованных для турок штурмов. Он распустил слух, что основная часть его армии уходит к побережью, чтобы отплыть на зиму в Стамбул. Для этого он отдал приказ собрать все корабли с побережья в Каламите и готовить их к плаванию. Затем он вывел большую часть своего войска и ушел по дороге на Каламиту, оставив небольшую часть продолжать осаду вместе с татарами. Феодориты видели, как турецкое войско ушло в сторону порта, а затем разведчики донесли, что турецкая эскадра ушла в море. Но войско турок вернулось в Каламиту, а затем укрылось в засаде недалеко от Мангупа. Подождав некоторое время, князь Александр с большим числом воинов совершил вылазку, чтобы сокрушить турок, оставшихся в лагере. В ожесточенном сражении он разгромил осаждавших город турок, которые бросились бежать в сторону Каламиты. Александр с войском стал преследовать бегущих врагов. Князь поддался на военную хитрость Ахмада-паши, и, вопреки своему правилу не преследовать бегущих, гнал отступающих турок и угодил в засаду.

Начался жестокий бой в окружении. Князь Александр смог прорубиться с дружиной через многочисленные ряды турецких воинов. Феодориты, вырвавшиеся из окружения, бросились к городским воротам, отбиваясь от преследующих их турок. Князь успел с частью дружины пробиться в город, но турки на спинах отступавших феодоритов, давя своей массой, прорвались за ворота. Бой продолжался на улицах Феодоро. Греки яростно защищались. Двухэтажный дворец и соборную церковь св. Константина и Елены, в которой укрылось много феодоритов, турки взяли штурмом и разрушили.

Александр с уцелевшими воинами укрылся в цитадели города на Дырявом мысе, где находились семьи знатных феодоритов. Защитники последней твердыни города сумели отбросить турок. Весь остаток дня и наступившую ночь гарнизон цитадели отражал попытки турок, окрыленных удачей, сломить сопротивление феодоритов. На утро турки подтащили камнеметные машины феодоритов, стоявшие на захваченных ими укреплениях, и принялись обстреливать цитадель. Князю Александру и его окружению всю ночь сквозь шум сражения были слышны крики несчастных феодоритов, оставшихся в нижнем городе и избиваемых врагом. Вся масса населения, оставшаяся в живых, наутро была согнана турками вниз с Мангупа и уведена в сторону Каламиты. Турецкие воины по приказу Ахмат-паши подтащили пушки на позиции для обстрела цитадели.

Александр, оставшийся с небольшой группой воинов, понял, что сопротивляться бесполезно, и, чтобы сохранить жизни женщин и детей, среди которых находилась и его семья, принял решение сдаться. Знатных пленников доставили в Каламиту и погрузили на турецкие галеры, как и большинство феодоритов. Ахмат-паша отправил около 15-ти тысяч феодоритов в Константинополь для пополнения податного населения. Примерно такое же количество населения Феодоро погибло за время осады города и при его взятии. По прибытию в Стамбул князь Александр и все знатные мужчины феодориты, в том числе и князь Тихон былы брошены в темницы, а их женщины отданы в гаремы османов.

Князей Александра и Тихона вместе с другими феодоритами турки содержали в кандалах стамбульской тюрьмы до мая 1476 г. Из письма от 20 мая 1476 г. генуэзца из Перы Антонио Бонфильо известно, что он встречался в турецкой столице с послом молдавского господаря Стефана Великого. Посол Молдавии вел переговоры с турками, и одной из просьб господаря к султану Мохамеду II было - освобождение князя Александра с семьей и других вождей феодоритов. Господарь Стефан пытался спасти от смерти своего шурина со свойственным ему великодушием, рискуя вызвать гнев ненавидевшего его султана. При дворе ему сказали, что их уже нет в живых. Посол рассказал генуэзцу, что он побывал в тюрьме, где содержались знатные пленники, чтобы узнать что-либо о них. Там ему сообщили, что все князья казнены.

Наследник князя Александра малолетний Александр, был воспитан турками и под именем Скиндер встречался в ряде документов конца XV начала XVI веков. Он носил титул князя Мангупского и выполнял различные дипломатические и торговые миссии на службе турецких султанов, и роль его была малозначительной. К владениям своих предков он уже не имел отношения, они вошли в состав султанских кадылыков (волостей).

Греческое население, уцелевшее после завоевания турками княжества, сократилось более, чем наполовину. Оно потеряло свое имущество, разграбленное османами, и жилища, лучшие из которых забрали себе победители. В огне пожарищ погибли ценные предметы материальной культуры и искусства и письменные памятники.

Турки проводили жестокую политику исламизации покоренного населения, что привело к резкому сокращению численности греков в Крыму. Так во время переселения императрицей Екатериной II в 1778 г. христиан полуострова в Приазовье, среди них было всего около 19 тысяч греков, небольшая часть которых смогла позднее вернуться в Крым.

Сегодня мало что уцелело от материальной культуры княжества Феодоро. Величественные руины столицы и другие поселения феодоритов разрушаются и становятся опасными для посещения.

Княжество, бывшее центром распространения греческой культуры, искусства и православия в Северном Причерноморье, требует к себе большего внимания исследователей и археологов для пополнения скудных источников по истории княжества Феодоро, наследника Византии в Крыму, занимавшего видное место в средневековой истории. 

Об авторе

Кесмеджи Панаёт АлексеКесмеджи Панаёт Алексеевич  Источник: http://rua.gr/greece/history/author/6164-kesmedzhipanayotalekseevich.htmlевич

Писатель. 

Автор книг: «Греки Крыма», «Митридат Евпатор». Трагедия «Цена предательства». Статьи и рассказы в различных периодических изданиях.

В соавторстве с сыновьями издал книги: «Княжество Феодоро» «История княжества Феодоро» «Греческая топонимика Крыма». Исторические романы «Наёмник», «Князь Александр», «Боспорец». Готовится к изданию «Непокорная Таврика».

Родился 9 мая 1946 года в городе Коканде  Узбекской ССР.

Жена  Юрьева София Георгиевна поэтесса.

Сыновья Георгий и Александр.

Система Orphus

Не пропусти другие интересные статьи, подпишись:

Поделиться ссылкой:

О том, как поделиться
Правила комментирования
Последнее изменениеСреда, 22 апреля 2015 12:12
Комментарии для сайта Cackle
Наверх

Мобильные приложения

 

Новостные ленты

Партнеры сайта

Новости по Email